Подружки, соседки, коллеги🌺

— Только Ёлке ничего не говори! —попросил Родион. — Что за тайны от жены? — удивилась Аня. — Не важно. Ты мне поможешь? Ане это нравилось всё меньше, брат говорил загадками. — Нет! — вырвалось у неё. — А зря, ведь я тебя всегда выручал. Я на тебя надеялся. Думал… Дальше Родион изложил сестре свой хитроумный план, от которого Аня потеряла дар речи. Неужели всё это говорит её родной брат?! *** Когда старший брат Ани Родион ещё только познакомился с красивой девушкой по имени Ёлка и буквально сразу же влюбился, то расхваливал её перед родителями и сестрой на все лады...

— Вера Никитична, ну зачем так говорить? Разве мы шумим? — Конечно! Грохот, как будто рота солдат шагает. А у меня голова разболелась, прилегла, приняла лекарство и не могу отдыхать. В последний раз предупреждаю, хватит шуметь, а то полицию вызову! Нарушаете — будете отвечать! — грозно заявила старушка. — Да не нарушаем мы! — Вика изо всех сил сжала кулачки. Она была очень зла на соседку. — День белый на дворе. Можно и сверлить и стучать. А у меня просто ребенок маленький играет. Ну стукнул пару...

— Как ты могла?! Это не по-дружески! — А то, что ты сделала, это по-дружески?! — Я извинилась! И… Я тебе доверяла! — Тоже самое, я могу сказать о тебе, Ида. Я тебе доверяла. Но выходит, зря. Ида с мужем Сергеем и Лера с мужем Ильёй дружат семьями. Дружат давно и знают друг друга настолько хорошо, что доверие между ними полное. Ида и Лера вместе учились, вместе гуляли, потом познакомились с будущими мужьями. Мужья тоже очень подружились между собой. Жили они рядом, на одной улице. Собирались вместе на все праздники, и часто так просто забегали в гости по пустякам...

— Что вы делаете?! — возмутилась Вика. — Это надо выкинуть! Это мусор! — заявила старушка. — Да отдайте, же! — женщина, наконец, вырвала из рук агрессивной старушки пакет с вещами и понесла его подальше от того места. «Сумасшедшая, — думала про неё Вика, идя по дорожке. — Жалко же вещи! Хорошо, что я вовремя заметила!» У Вики недавно не стало мамы. Горячо любимой мамы. Было очень тяжело, но вот спустя несколько месяцев Вика смогла находиться в доме матери без слёз и стала потихоньку там наводить порядок, потому что квартиру скоро нужно было продавать...

—Руки грязные, полы не мытые, собаки носятся. А ещё кондитер! Покупают же у неё, дурачки, — бормотала себе под нос Нонна Романовна. — Шла бы работать на завод, как все! Или в магазин. Или на кондитерскую фабрику, раз уж ей так нравится это дело! Строит из себя. Тяжело отдуваясь, женщина наконец-то поднялась на свой пятый этаж и стала открывать дверь ключом. Это она, поднимаясь по лестнице в подъезде своего дома, заглянула в приоткрытую дверь квартиры, в которой жила женщина, занимавшаяся изготовлением тортов и десертов на дому...

— Да чтоб тебе пусто было! Гнилья наложила! Чтоб ты сама и дети твои… — Авдотья Васильевна, доброго здоровьица! Что случилось у вас? Шумите сильно. Бабушка смущённо заулыбалась и заюлила: — А… я… э… вот… Люди, говорю, недобрые какие. Ну как так можно? Попросила взвесить мне шесть помидорчиков, а она гнилых подсунула, где же она совесть-то её? А? Батюшка? Авдотья Васильевна возвращалась с рынка. Купила овощей, фруктов и молока. Присела отдохнуть на лавочку и стала разглядывать свои покупки. Тут она и заметила гнилые помидоры...