7 глава
С того самого вечера всё как-то само собой сложилось. Никто не назначал встреч, не договаривался о серьёзных отношениях - просто Игорь и Ксюша стали проводить время вместе. И это было так естественно, будто они знали друг друга много лет.
Утро начиналось с сообщения: «Проснулась? Как нога?». Потом - мимолётная встреча у колодца, когда Ксюша шла за водой, а Игорь помогал деду по хозяйству. Потом - совместные обеды то у бабушки, то у Ксюшиных родителей. Мама Ксюши, тётя Таня, поглядывала на молодых с доброй улыбкой и всегда норовила подложить Игорю добавки - «молодой человек, ешьте побольше, силы вам понадобятся».
А после обеда, когда спадала жара, они уходили гулять. Самым любимым местом стало озеро - то самое, куда Игорь впервые пришёл с дедушкой на рыбалку. Только теперь здесь всё выглядело иначе.
Они шли не спеша, по тропинке через луг. Ксюша уже почти не хромала, только чуть припадала на ушибленную ногу, но старалась не подавать виду. Игорь нёс плед и пакет с гостинцами, которые бабушка всегда собирала с собой: то пирожки, то яблоки, то бутылку домашнего лимонада.
На берегу выбирали уютное местечко - под старой ивой, которая склоняла ветви прямо к воде, или на песчаном пригорке, откуда открывался вид на всё озеро. Расстилали плед, садились рядом и могли говорить часами.
Говорили обо всём на свете. Ксюша рассказывала про деревенскую жизнь: как они с подружками в детстве лазили по сараям, как первый раз пошли в школу за семь километров в соседнее село, как топили печку и пекли картошку в золе. Игорь слушал, улыбался и удивлялся - у него в городе всё было по-другому, проще и скучнее, что ли.
Он рассказывал про свою жизнь: про школу, про друзей, про то, как мечтает поступить в институт и стать программистом. Ксюша слушала внимательно, задавала вопросы, и видно было, что ей правда интересно.
— А у вас там, в городе, есть озеро? - спрашивала она, глядя на воду.
— Есть, но там купаться нельзя, грязно, - отвечал Игорь. - И народу всегда много, шумно. А здесь - красота, тишина. И вода чистая.
— Это да, - соглашалась Ксюша. - Я другое и не знаю. Для меня город - это что-то далёкое и непонятное. Шумное, быстрое. А я люблю медленно, спокойно.
— Ты и сама спокойная, - заметил Игорь и чуть смутился от собственных слов.
Ксюша улыбнулась, опустила глаза. А через минуту сорвала травинку и принялась крутить её в пальцах, делая вид, что очень занята этим важным делом.
Иногда они замолкали и просто сидели, глядя на воду. Солнце отражалось в озере тысячами бликов, стрекозы носились над камышами, где-то далеко мычала корова, и было так хорошо, так уютно, что не хотелось никуда уходить.
Возвращаясь с прогулок, Игорь всегда рвал для Ксюши букет. Не покупал, конечно - где в деревне купишь цветы? - а собирал сам, по пути. Ромашки, васильки, колокольчики, какие-то жёлтые головки, названия которых он не знал. Срывал аккуратно, стараясь выбрать самые красивые, самые яркие.
— Это тебе, - говорил он, протягивая букет, и смущался, будто делал что-то неловкое.
Ксюша принимала цветы, вдыхала их горьковато-сладкий запах, и глаза её наполнялись теплом.
— Спасибо, - отвечала она тихо. - Они такие красивые. И пахнут... полем пахнут, летом.
Она ставила букеты в банку с водой на подоконник в своей комнате. Банка была простая, стеклянная, но цветы в ней смотрелись так хорошо, будто это была дорогая хрустальная ваза. Мама вздыхала, глядя на это, и улыбалась про себя.
Однажды Вася, увидев очередной букет в Ксюшиных руках, не выдержала:
— Ксюха, ну ты посмотри, какой заботливый! Каждый день цветы носит! Вон наш Ванька за все время ни одной ромашки не подарил.
— Так ты ему скажи, - засмеялась Ксюша. - Может, догадается.
— Ага, дождёшься от него, - махнула рукой Вася. - Он считает, что цветы - это баловство. А Игорь вон, городской, а понимает.
Прошла неделя, другая. Игорь уже не думал о том, когда поедет обратно в город. Здесь, в деревне, оказалось столько всего интересного, а главное - рядом была Ксюша. Они стали неразлучны. Даже дедушка с бабушкой привыкли, что внук теперь почти всё время проводит не дома.
— Влюбился наш Игорек, - говорила бабушка деду за вечерним чаем. - И правильно. Ксюша - хорошая девочка. Дай Бог, чтоб у них всё сложилось.
— Молодые ещё, - отвечал дед, но в глазах его светилось одобрение. - Пусть гуляют, радуются. Лето на то и дано.
А на озере по-прежнему было тихо и спокойно. Игорь и Ксюша сидели на своём любимом месте, смотрели на закат, и он перебирал её волосы, пропуская русые пряди сквозь пальцы. Она положила голову ему на плечо, и так хорошо им было вдвоём, что казалось - время остановилось.
— Игорь, - вдруг тихо спросила Ксюша, - а ты не жалеешь, что приехал сюда?
Он удивился:
— Жалею? С чего бы?
— Ну, городской же, привык к другому. А тут - деревня, скукота.
Игорь повернулся к ней, заглянул в глаза:
— Дурочка. Самая лучшая деревня на свете. Потому что ты здесь.
Ксюша смутилась, уткнулась лицом ему в плечо, но он видел, как она улыбается.
Так и сидели, пока солнце не скрылось за горизонтом, оставив после себя багровую полосу заката. А над озером зажглись первые звёзды.
Деревенская жизнь текла размеренно, но для Игоря и Ксюши каждое утро начиналось с нетерпеливого ожидания встречи. И что особенно приятно - все вокруг словно поддерживали их, радовались за них по-настоящему, по-доброму.
Ребята из компании - Ваня, Андрей, Кирилл, Василиса и Надя - приняли эту пару как нечто само собой разумеющееся. Никакой зависти, никаких кривых усмешек, только искренняя радость и дружеское участие.
Ваня, который считал себя опытным в сердечных делах (хотя особых романов у него как-то не складывалось), взял над Игорем шефство. При каждой встрече он подходил к нему, по-дружески хлопал по плечу и начинал наставлять:
— Ты это, Игорек, главное - не пропадай. Девушки не любят, когда их бросают. Если обещал прийти - приходи. Если цветы подарил - дари регулярно. Ксюха у нас девка простая, но внимания требует. Заслужил - береги.
Игорь слушал, кивал, посмеивался про себя, но советы запоминал. Хотя, честно говоря, особой нужды в них не было - он и сам чувствовал, как надо относиться к Ксюше.
Андрей, более молчаливый и практичный, давал советы другого рода:
— Ты смотри, если что надо - дров наколоть, воды принести, помочь чем - обращайся. Мы ж теперь почти родня. А то Ксюхина мать одна, без мужика, тяжело ей. Поможешь - она только спасибо скажет.
Кирилл, самый молодой из компании, больше подшучивал, но беззлобно:
— Ой, смотри, Игорь, если Ксюху обидишь - мы тебя всем селом засудим. У нас тут свои законы. Так что веди себя хорошо.
Василиса и Надя взяли на себя роль женской поддержки. Они постоянно крутились рядом, то с расспросами, то с советами, но делали это тактично, не навязчиво.
— Ксюх, ты смотри, не дури, - говорила Вася подруге. - Парень хороший, городской, воспитанный. Такие на дороге не валяются. Держись за него.
— Да я и так держусь, - смущалась Ксюша.
— А как он цветы тебе носит! - вздыхала Надя мечтательно. - Завидую белой завистью. Наши деревенские - они ж как обух топора, ни цветочка, ни ласкового слова. А Игорь - молодец.
Ксюша только улыбалась и чувствовала, как от этих слов на душе становится ещё теплее.
Но самым важным, наверное, было отношение Ксюшиной мамы - тёти Тани. Женщина она была простая, работящая, одна поднимала дочку после того, как муж ушёл из семьи. К мужикам относилась настороженно, переживала, как бы дочь не ошиблись, не обидели.
Сначала, когда Ксюша только начала встречаться с Игорем, тётя Таня поглядывала настороженно. Присматривалась, прислушивалась, задавала дочке осторожные вопросы. Но чем больше она видела этого парня, тем больше таяло её недоверие.
А посмотреть было на что. Игорь, если обещал прийти - приходил. Если видел, что надо помочь - помогал, не ждал, пока попросят. То дров наколет, то воды принесёт, то забор подправит, то сходить куда надо. И всегда вежливый, спокойный, без этой деревенской развязности, которая так раздражала тётю Таню в некоторых местных парнях.
Однажды она не выдержала и сказала дочке за ужином:
— Ксюш, а Игорь-то твой - хороший парень. Я смотрю, он и по хозяйству помогает, и с тобой ласково, и к старшим с уважением. Не то что некоторые... Ты это, береги его.
Ксюша чуть чаем не поперхнулась от неожиданности:
— Мам, ты серьёзно? А то ты сначала как-то...
— А что сначала? - отмахнулась тётя Таня. - Сначала я вообще никого не одобряла. Мало ли кто к моей дочке клеиться будет. А этот - видно, что человек хороший. И родители, говорят, у него нормальные, в городе живут, не пьют, работают. И сам он не балованный, вон как с дедом на рыбалку ходит, по хозяйству помогает. Так что одобряю.
Ксюша вскочила, обняла маму, расцеловала в обе щеки.
— Ну всё, всё, - отбивалась тётя Таня, но сама улыбалась. - Любовь у них, понимаешь. Ладно, живите, молодые.
А вечером, когда Игорь зашёл проведать Ксюшу, тётя Таня встретила его уже совсем по-другому. Не просто кивнула, а пригласила на кухню, налила чаю, поставила перед ним ватрушек.
— Ты, Игорь, ешь, не стесняйся. Вон, худой какой. Городские вы все такие - одни макароны да фастфуды. А тут деревенская еда, настоящая.
Игорь ел, благодарил, а сам чувствовал, как от этого простого человеческого тепла становится так хорошо, будто он дома, в своей семье.
Потом тётя Таня, проводив взглядом удаляющуюся пару - они собрались на озеро, - вздохнула и перекрестила их в спину.
— Хорошие, - прошептала она. - Лишь бы всё сложилось.
А вечером, когда Игорь вернулся домой, его ждал ещё один сюрприз. Бабушка сидела на крыльце и, увидев внука, поманила пальцем:
— Иди-ка сюда, внучек. Садись рядом.
Игорь сел, чувствуя, что сейчас будет серьёзный разговор.
— Я тут с тётей Таней сегодня встретилась, - начала бабушка неторопливо. - Говорили о вас. Она сказала, что ты ей нравишься. Что парень ты хороший, серьёзный. И что она не против, если вы с Ксюшей будете встречаться. Только, говорит, пусть не обижает.
— Бабуль, да вы что, - смутился Игорь. - Какие обиды? Я же...
— Я знаю, знаю, - перебила бабушка. - Я за тебя спокойна. Ты у меня молодец. Но совет дам: девушку береги. Такая она у нас одна, Ксюша эта. Добрая, тихая, работящая. Если уж полюбила - значит, насовсем. Вы уж там смотрите, не наломайте дров.
Игорь слушал и думал: как же всё просто и мудро у этих деревенских. Никакой городской суеты, никаких сложных игр. Если любят - радуются, если одобряют - говорят прямо, если переживают - тоже не скрывают.
А ночью, лёжа в кровати и глядя в звёздное небо за окном, он понял, что, кажется, нашёл здесь не просто летнее приключение. Нашёл что-то гораздо более важное. И, кажется, на всю жизнь.
Можете почитать также:
Продолжение следует
