Найти в Дзене
Два года до пенсии

О мудрости, пижаме и праве на покой

Сегодня с утра было солнце. Настоящее, яркое, оно заливало всю комнату и играло на стенах солнечными зайчиками от зеркала. А сейчас за окном какая-то ватная, бессолнечная серость. Март в этом году опять выдался обманщиком — сначала радует солнцем, а потом погружает город в морось. Но мне всё равно. Я сижу на диване, закутавшись в плед. На мне пижама — подарок старшей сестры. Серая, мягкая, плюшевая. Я раньше никогда такие не носила. Сестра загадочно улыбнулась тогда, протягивая пакет. Теперь я понимаю: она просто знала что-то такое о жизни, до чего я должна была дойти своим умом. В этой пижаме тепло и безопасно, как в детстве в родительском доме. На коленях — ноутбук. На экране застыл очередной кадр из детективного сериала. Тупого, наверное. Следователь в красивых туфлях бегает по Питеру и ищет маньяка. Я даже не вникаю в сюжет, просто смотрю на картинку. Это идеальный звук — чьи-то выдуманные голоса, которые заглушают тишину квартиры. Ещё пару лет назад меня в выходные было не удерж

... и о динозаврах...
... и о динозаврах...

Сегодня с утра было солнце. Настоящее, яркое, оно заливало всю комнату и играло на стенах солнечными зайчиками от зеркала. А сейчас за окном какая-то ватная, бессолнечная серость. Март в этом году опять выдался обманщиком — сначала радует солнцем, а потом погружает город в морось. Но мне всё равно.

Я сижу на диване, закутавшись в плед. На мне пижама — подарок старшей сестры. Серая, мягкая, плюшевая. Я раньше никогда такие не носила. Сестра загадочно улыбнулась тогда, протягивая пакет. Теперь я понимаю: она просто знала что-то такое о жизни, до чего я должна была дойти своим умом. В этой пижаме тепло и безопасно, как в детстве в родительском доме.

На коленях — ноутбук. На экране застыл очередной кадр из детективного сериала. Тупого, наверное. Следователь в красивых туфлях бегает по Питеру и ищет маньяка. Я даже не вникаю в сюжет, просто смотрю на картинку. Это идеальный звук — чьи-то выдуманные голоса, которые заглушают тишину квартиры.

Ещё пару лет назад меня в выходные было не удержать дома. Город ведь правда красивый, я и всегда это знала. Я тепло одевалась, звала подругу, и мы шли в какой-нибудь музей, в кино или в кафе, где пекут улитки с корицей, или бродили по торговым центрам. Или звонил старый приятель, и мы ехали в парк — смотреть, как набухают на деревьях почки или опадают листья. А если забирала внука — маршрут чаще всего был один: сначала музей великана, где Игнат прыгал на огромном диване и примерял гигантские ботинки, потом обязательно тащил меня в парк Бабушкина — в парк динозавров, где эти рычащие фигуры приводили его в полный восторг. Ну, и конечно, после динозавров - аттракционы в том же парке. А потом — пицца и молочный коктейль в любимой пиццерии. Это были настоящие выходные!

Я думала: вот она, жизнь. Движение, люди, впечатления.

А сейчас... Сейчас я боюсь спугнуть этот вакуум. Серая мартовская муть за окном и серая плюшевая нежность на мне. Я перематываю серию назад, потому что пропустила диалог, пока думала о своём. Мне не хочется никуда выбираться. Ни в гости к друзьям, ни на прогулку с внуком, даже в магазин за хлебом не собраться.

Лень? Усталость? Или всё-таки мудрость?

Наверное, это называется правом на покой. Тем самым, которое зарабатываешь годами беготни по музеям, динозаврам и аттракционам. Тем самым, когда самым замечательным местом в городе становится собственный диван. Местом, где никто не требует быть бодрой, интересной и активной. Где можно замереть, как медведь в берлоге, и переждать эту бессмысленную мартовскую круговерть.

И знаете, мне кажется, я начинаю понимать сестрину мудрость. Она давно уже знает: в жизни каждой женщины иногда должны быть дни, когда ничего не надо, кроме чашки кофе и возможности никуда не спешить. Может, это и есть счастье — когда не надо ничего изображать.

В сериале нашли маньяка. Я даже не заметила как. Ну и ладно. Пойду, налью себе ещё кофе. Выходной удался.