Катерина
- До логического финала, дочь, - развожу руки в стороны, чувствуя, как спадает напряжение. - Давно прилетела?
- Неа, - мотает головой, откидывая назад короткую челку. - Я минут пятнадцать как зашла в комнату, и приперся «великий чемпион», - морщит нос. – Я не стала выходить, решила тебя дождаться. А потом началось представление, - ухмыляется. – Мам, я предпочла остаться невидимым зрителем. - Она резко подходит, крепко обнимает меня и звонко целует в обе щеки. - Я скучала, мам. Реально.
- И я, Кир. Я рада, что ты именно сейчас приехала. Как чувствовала.
- А сама бы ты не позвала и не призналась, - легонько щелкает меня по носу.
- Нет. Я знаю, как ты хотела попасть на ту практику. Я бы не стала тебе ее портить, потому что твой отец с цепи сорвался.
- Потому я приехала. Мне моя одноклассница прислала видос папы и общипанной курицы. Засняла как они в кафе сидят.
Кира проходит к гостиную, зависает над пьедесталом, заставленным кубками.
Дочь изменилась за полгода в Лондоне. Подстриглась короче, в движениях стало больше резкости. Но взгляд остался прежним — цепким, ироничным, сканирующим. Взгляд хирурга, который смотрит на неоперабельного пациента. Так она уже давно смотрит на отца.
Они никогда не ладили. Коля мечтал о дочери-амазонке, которая будет бегать с ним кроссы и блистать на обложках спортивных журналов. А родилась Кира. Тонкая, острая, с книжкой вместо гантели. Она ненавидела спортзалы, запах пота и разговоры о протеине. Она учится на аналитика, знает несколько языков, и я ею горжусь. Коля считает дочь «неправильной», но осознав, что ничего не может изменить, просто махнул рукой, сказал, что Кира моя копия, вот мне с ней и разбираться.
Конфликты прекратились, дочь переехала в свою квартиру, которую я ей подарила и окунулась с головой в учебу.
- И ты бросила все и вернулась? – качаю головой.
- Мам, учеба не убежит, но я не могла позволить, чтобы ты это все одна проходила, - идет к любимому креслу Коли и усаживается в него, демонстративно закинув ноги на подлокотник. Это Колю всегда так бесило. – Я рада, что ты это сделала. И я должна сказать – это было феерично. А папа реальный дурак, раз он недооценил, сколько всего в жизни ему дала наша семья. И на кого променял, - бьет себя ладонью по лбу, - На размалеванную куклы, которая со щенячьим восторгом заглядывает ему в глаза. Фу! Фу! Фу!
- Зато она с ним бегает кросс по утрам, - подхожу и наливаю себе воду из графина. Делаю несколько неторопливых глотков. – И восхищается его бицепсами.
- О ну да, это же самое важное. Меня за это он с детства списал со счетов. Он пытался вылепить из меня «Молота-младшего». А я оказалась человеком с мозгом. Для него это страшный удар. Ты же знаешь, мам, я мечтаю выйти замуж за какого-нибудь физика. Очкарика с впалой грудью. Лишь бы он не был похож на папу. Лишь бы дома были разговоры о квантовой механике, а не о том, как правильно качаться. Из-за него я ненавижу спорт и даже не могу заставить себя пойти в зал.
- И в этом моя вина.
- Мам, ты его всегда останавливала!
- Да, я всегда старалась его держать в рамках. И еще верила, что он надежный. Звезд с неба не хватает, но верный. Мы когда поженились, он после каждого боя орал, что посвящает его любимой жене. Он был романтичным, на руках носил, и он старался для семьи. Пусть порой неуклюже, но все же, - вздыхаю. – И да, я любила его.
- А еще у тебя был пример бабушки и дедушки. И ты верила, что и у тебя так получится, - четко подмечает дочь.
- Все идет с детства, Кир. Да.
- Папа был никем, пока дед не притащил его в дом, - дочь прекрасно знает семейную историю, и я уверена в своей голове она провела четкий анализ. – Именно наш дед, отмыл его, выдрессировал и вылепил из него чемпиона.
Теперь и я понимаю многое, на что раньше закрывала глаза. Я выросла с уверенностью, что умная жена плюс сильный муж равно идеальный брак. Так было у моих родителей.
Папа был главой семьи, «головой». Он решал глобальные вопросы, бил кулаком по столу. Но «шеей» была мама. Она управляла им так тонко, так деликатно, что он даже не замечал. Она направляла его силу в нужное русло. И они были счастливы. Мы с сестрой росли в счастливой семье и в гармонии.
- Только ты просчиталась, отец – это не дедушка. Наш дед – добрый и простой человек. И он за семью готов порвать, реально, а папа… Бабушка управляла львом, а ты пыталась дрессировать павлина, вот она разница, мам.
- Увы, - делаю еще один глоток воды. – Порой мы прозреваем поздно, но лучше так, чем дальше верить в благородного и верного рыцаря.
- Ну благородные рыцари не подбирают мусор под забором и не измазываются в нем. Но вопрос в другом, мам, когда загоняешь крысу в угол, она прыгает на лицо. Не стоит папу недооценивать, особенно когда у него может появиться очень серьезный союзник.
- Может, Кира. Хоть я перекрыла ему кислород. Но Коля пойдет напролом, я не сомневаюсь. Так что я и не надеюсь, что все закончилось. Все только начинается дочь. Но мы будем готовы, - устало улыбаюсь.
При дочери я могу быть собой и не держать лицо. Усталость есть, как и горечь от прожитых лет с предавшим меня человеком. Слишком много было к нему доверия, любви, надежд.
- Мам, тогда предлагаю устроить праздник желудка, заказать жирнющие пиццы, от которых бы папу инфаркт на месте хватил. И обязательно не диетическую колу, - Кира задорно на меня смотрит.
- Поддерживаю! Заказывай!
- Даже не верю, что в этом доме наконец-то будет пицца, и не будет его лекций о правильном питании, не будет подсчета калорий и прочей мути! – дочь хватает телефон. Идет на кухню, - Сейчас, выберу лучшую доставку.
А я остаюсь в гостиной. Я ведь всегда старалась наладить отношения отца и дочери, но Коля своим языком, поступками всегда сводил мои старания к нулю. Он не учитывал, что дочь личность, он так хотел сломать ее под себя.
Ну а его предательство теперь окончательно отвернуло Киру от отца.
Взгляд цепляется за фото на пьедестале с кубками. Оно стоит в дальнем углу. Неприметное. Старое. Но я отлично помню, когда оно было сделано. И то, как Коля появился в нашем доме. Память подкидывает картинки прошлого… вижу все так отчетливо, словно прошло всего пару дней.
Папа у меня тоже боксер. Он семимильными шагами шел к успеху. Показывал великолепные результаты. Ни одного проигрыша. Но в преддверии самого важного боя, он на тренировке сильно повредил спину и ему пришлось уйти.
Но отец не отчаялся. Он стал тренером. Организовал свой боксерский клуб. Очень быстро стал уважаемым человеком в разных кругах. Мама во всем поддерживала папу, вселяла ему веру в себя. Мы жили хорошо. Дружно. Но была у папы мечта – он искал чемпиона. Того, кто сделает то, что не успел сделать он сам. Того, кто взойдет на вершину мира, неся его знамя.
И он нашел его. На самом дне.
Я помню день, когда Коля впервые переступил порог нашего дома. Мне было четырнадцать. Ему — шестнадцать, но выглядел он гораздо старше и пугающе: взгляд затравленного волчонка, сбитые костяшки, грязная куртка с чужого плеча. Отец буквально вытащил его из отделения полиции, используя свои связи. Его отдали под личное поручительство папы, хотя Коле светила реальная статья за кражу магнитолы и жестокую драку.
- Этот парень будет чемпионом, - заявил отец, вталкивая грязного, дурно пахнущего подростка в нашу стерильно чистую прихожую.
Коля тогда и правда напоминал дикаря. Он смотрел на хрустальную люстру, на картины, на мою маму в шелковом халате как на нечто фантастическое, из другого мира. Он не умел пользоваться ножом и вилкой — хватал еду руками, глотал не жуя, будто боялся, что отберут. Он не знал слов «спасибо» и «пожалуйста», зато виртуозно ругался на трех диалектах подворотни.
Моя мама, она не брезговала. Она взялась помогать папе. Мы же одна команда, мы всегда играем в команде. Пока папа гонял его в зале до седьмого пота, выбивая из него дурь и прививая дисциплину, мама учила его быть человеком.
Я помню эти бесконечные вечера.
- Коля, локти со стола, - мягко говорила мама. - Коля, рубашки нужно менять каждый день. Трусы и носки тоже.
Он рычал, огрызался, но слушался. Потому что здесь его кормили. Здесь было тепло. Здесь ему впервые в жизни дали шанс не сдохнуть под забором.
Мы росли параллельно. Я, отличница, которая уже в десятом классе рисовала эскизы на продажу и копила на свой первый бизнес. И он — «проект» моего отца. Я видела, как он меняется. Как из угловатого хулигана проступает статный юноша. Как в глазах появляется осмысленность. Как растут его плечи, как крепнет уверенность. Отец лепил из него бойца. Мама лепила из него джентльмена. А я… я просто была рядом и наблюдала.
Коля всегда смотрел на меня с обожанием. По большей части молчал. Но его взгляды красноречиво говорили о многом. Он отгонял от меня поклонников. Молча. Всегда защищал. Но не приближался. Он относился ко мне с трепетом. А я была погружена в собственные идеи, планы, и у меня не было времени на свидания и парней. Да, и Коля никого не подпускал. Он был всегда рядом, он уже побеждал, слава шла к нему в руки. И все победы он неизменно посвящал мне.
Мои воспоминания прерывает резкий, требовательный звонок видеодомофона у ворот.
- Мам, я гляну кто. Надеюсь, не возвращение… - она замолкает. Тишина.
- Кир, кто там? – иду к дочери.
- Мам, ты не поверишь, там копия папы… - жестами подзывает, чтобы я посмотрела. Ее брови ползут вверх. - И не один…
Смотрю в камеру. На улице темно, хлещет мокрый снег, но фонарь освещает фигуру незваного гостя достаточно четко. У наших ворот стоит мужчина. Огромный. Широкоплечий. В расстегнутой куртке. Это не Коля, но очень похож. Тот же разворот плеч, мощный затылок, та же челюсть «кирпичом», те же тяжелые надбровные дуги.
Великан прижимает к своей широкой груди розовый сверток. У него что ребенок там?
Все части внизу 👇
***
Если вам понравилась история, рекомендую почитать книгу, написанную в похожем стиле и жанре:
"Развод по ее правилам", Александра Багирова ❤️
Я читала до утра! Всех Ц.
***
Что почитать еще:
***
Все части:
Часть 4 - продолжение