Утро среды выдалось серым, как туман над рекой, но тёплым, словно кто-то невидимый согревал воздух. После затяжных холодов природа наконец-то вздохнула с облегчением, и оттепель разлилась по городу, обещая скорый приход весны. Её сердце билось так громко, что казалось, весь вокзал слышит этот стук. Она специально приехала пораньше, чтобы не пропустить ни секунды, чтобы увидеть его первым, чтобы поймать тот самый момент, когда вагоны замедлят ход и он выйдет из поезда.
Поезд появился из-за поворота неожиданно, как будто вынырнул из-за горизонта. Вагоны мягко затормозили у платформы, и Ирина замерла, затаив дыхание. Она вглядывалась в окна, пытаясь разглядеть его лицо среди толпы пассажиров. И вдруг увидела. Он стоял в тамбуре, держа в руках две огромные сумки, которые, казалось, были готовы разорваться от содержимого. Павел улыбнулся и махнул рукой, словно приветствуя её из другого мира.
Ирина сорвалась с места. Она не бежала, как тогда, когда они впервые встретились, но её шаги были лёгкими и почти невесомыми, словно она летела над перроном. Павел спрыгнул с подножки поезда, бросил сумки прямо на асфальт, как будто они были пустыми, и раскрыл объятия. Ирина влетела в них, чувствуя, как весь мир вокруг растворяется. Её сердце колотилось, как птица в клетке, а он крепко прижимал её к себе, словно боялся, что она исчезнет.
Они стояли так несколько секунд, и время словно остановилось. Только его руки, его запах и его губы, которые нашли её губы в долгом, жадном поцелуе, существовали в этом мире. Ирина чувствовала, как её сердце наполняется счастьем, как слёзы радости текут по щекам.
- Привет, - выдохнул Павел, отрываясь от её губ. Его голос был хриплым, но в нём звучала нежность.
- Привет, - ответила Ирина, смеясь и едва сдерживая слёзы. - Наконец-то…
Он обхватил её лицо ладонями, словно боялся, что она исчезнет, и всмотрелся в её глаза.
- Ты прекрасна, - сказал он серьёзно, и его голос прозвучал, как музыка.
- А ты замёрз? - спросила Ирина, пытаясь скрыть своё волнение. - У нас теплее, чем в Москве?
- Мне теперь всегда будет тепло, - серьёзно сказал он, и она снова покраснела.
Подошёл носильщик с тележкой, погрузил сумки. Они пошли к выходу, держась за руки, и Ирина ловила на себе любопытные взгляды прохожих - ну и пусть.
- Куда едем? - спросила она, когда они сели в такси.
- Ко мне. Сначала вещи завезём, а потом - гулять. Если ты, конечно, не против.
- Я за.
Она назвала адрес водителю, и машина нырнула в утренний поток.
***
Квартира на Лермонтова встретила их ослепительным солнечным светом, который, словно ласковое прикосновение, заливал гостиную. Ирина, прошлась по комнатам, с нежностью касаясь стен, подоконников и старого паркета, который, казалось, хранил память о многих поколениях.
- Знаешь, - задумчиво произнесла она, останавливаясь у окна, - я всегда любила этот дом. Когда училась в институте, мы с подружками проходили мимо и мечтали: вот бы тут жить! А теперь ты здесь.
Павел, появившись из кухни, подошёл сзади, нежно обнял её за плечи.
- Здесь будешь бывать и ты, - тихо сказал он, прижимаясь щекой к её волосам. - Если захочешь.
- Захочу, - ответила Ирина, улыбаясь. Её глаза светились теплом и нежностью.
Они принялись разбирать сумки, аккуратно развешивая вещи в шкафу. В воздухе витал запах свежей выпечки и уюта. Павел включил чайник, но Ирина покачала головой.
- Пойдём лучше гулять, - предложила она, взяв его за руку. - Я тебе город покажу. Ты же его почти не видел, только набережную и центр.
Они вышли на улицу, Ирина рассказывала ему о каждом уголке города, словно экскурсовод, который показывает самое сокровенное. Они прошли по узким улочкам, где дома казались живыми, хранящими истории прошлых веков.
- А на работу тебе не надо? - внезапно спросил Павел, глядя на неё с лёгкой тревогой.
- Нет, я сегодня с утра уже была, - ответила Ирина, поправляя выбившуюся прядь волос. - Владислав Эдуардович отпустил. Сказал: «Идите встречайте своего москвича, а то опять будете на стены смотреть». - Она засмеялась, и её смех прозвучал как колокольчик. - Он всё знает. У нас в Доме Мод секретов нет.
Они вышли на улицу, и Город раскинулся перед ними во всей своей красе - не парадный, не туристический, а живой, дышащий, настоящий. Старые дома с облупившейся краской и поблёкшими фасадами, словно покрытые шрамами времени, стояли бок о бок с новыми зданиями, которые пытались подражать им, но не могли скрыть своей молодости. На подоконниках дремали коты, а бабушки, словно хранительницы старинных традиций, продавали семечки у подъездов, их голоса смешивались с шумом машин и пением птиц.
- Куда пойдём? - спросил Павел, оглядываясь по сторонам.
- Никуда конкретно, - ответила Ирина, сжимая его руку. - Просто будем гулять. Смотреть. Дышать.
Они свернули в узкий переулок, заставленный старинными двухэтажными домами с резными наличниками. Эти дома, словно сошедшие со страниц сказок, рассказывали истории о временах, когда здесь жили купцы, а по ночам светились огоньки свечей в их окнах.
- Это купеческая слобода, - объяснила Ирина, останавливаясь у одного из домов. - Тут раньше жили богатые купцы, а потом, при советской власти, всё уплотнили. Но теперь некоторые дома отреставрировали. Вон там, - она указала на уютный зелёный особнячок с коваными балконами, - сейчас художественная галерея. Там работает моя подруга Оля.
- Зайдём? - с интересом спросил Павел.
- Давай как-нибудь в другой раз, - отказалась Ирина. - Сегодня я хочу показать тебе другое.
Они прошли мимо маленькой булочной, из которой доносился аромат свежего хлеба. Ирина, не удержавшись, потянула Павла за рукав.
- Зайдём на секунду. Тут самые вкусные булочки в городе.
Булочная была небольшой, но уютной. Внутри пахло корицей, ванилью и чем-то ещё, что невозможно описать словами. На прилавке стояли аккуратные стопки пирожных, булочек и круассанов. Павел выбрал два круассана с миндалем, и они сели на лавочку у входа, чтобы съесть их.
- Вкусно, - признал он, откусывая кусочек. - В Москве такие же, но здесь… по-другому. Медленнее, что ли.
- Это потому что ты не спешишь, - улыбнулась Ирина. - В Москве ты бы схватил бутерброд на бегу и побежал дальше. А тут сидишь, смотришь на прохожих, жуёшь.
- А прохожие тоже не спешат, - заметил Павел, наблюдая за людьми, которые шли мимо, словно в замедленной съёмке. - У вас тут вообще все такие?
- Не у вас, а у нас, - поправила Ирина. - Ты теперь тоже здешний. И да, не спешат. Потому что жизнь - она не в метро, не в пробках. Она вот в этом, - она обвела рукой улицу, деревья, небо. - В возможности просто идти и никуда не опаздывать.
- А если опаздываешь?
- Значит, не судьба, - Ирина пожала плечами. - Или договоришься на другое время. Мы же договорились?
- Мы договорились, - кивнул Павел, улыбнувшись.
Они продолжали гулять, заходя в маленькие магазинчики. В лавке с керамикой Ирина долго выбирала чашку для Павла, стараясь найти что-то особенное.
- Чтобы у тебя дома было что-то красивое, а не эти икеевские кружки, - объяснила она, наконец выбрав изящную чашку с цветочным узором.
В антикварном магазине Павел задержался у старинных часов с маятником. Они тикали, словно отсчитывая секунды, которые давно ушли в прошлое.
- Интересно, кто владел этими часами? - задумчиво спросил он.
- Может быть, купец, а может быть, художник, - ответила Ирина, глядя на стрелки, которые медленно ползли по циферблату.
В книжном магазине они случайно встретили Катю, подругу Ирины.
- О! - воскликнула она, увидев их. - А вот и счастливая парочка! Ирка, я же говорила - всё будет хорошо. И как же вы смотритесь вместе!
- Катя, это Павел, - представила Ирина, слегка смущаясь.
- Мы наслышаны, - Катя протянула руку, оценивающе оглядывая Павла. - Впечатляет. Береги её, москвич. Она у нас одна такая.
- Обязательно, - серьёзно ответил Павел, пожимая её руку.
Катя подмигнула и растворилась в толпе, оставив их смущённо переглядываться.
- У тебя замечательные подруги, - заметил Павел, когда они вышли из магазина.
- Они просто меня любят, - улыбнулась Ирина. - И переживают.
К вечеру они вышли на набережную. Солнце медленно опускалось за горизонт, окрашивая небо в нежные розово-золотистые тона. Воздух был прохладным, но Ирина не чувствовала холода – рука Павла нежно согревала её ладонь. Они шли по набережной, наслаждаясь последними лучами заходящего солнца.
- Есть хочется, - призналась Ирина, сглотнув слюну. Её живот жалобно урчал, напоминая о том, что день был долгим и насыщенным.
- Я тоже проголодался, - согласился Павел, улыбнувшись. - Ты знаешь тут хорошее место, где можно поужинать?
- Конечно, знаю, - ответила Ирина, её глаза засияли. - Пойдём.
Они направились к старому особняку, стоящему на берегу реки. Здание было окружено деревьями, а его фасад украшали изящные колонны и лепнина. Когда они вошли внутрь, их встретил уютный зал с деревянными столами, покрытыми белоснежными скатертями. В центре зала стояли свечи, их мягкий свет создавал атмосферу тепла и романтики. Тихо играла музыка, и посетители наслаждались ужином, погружённые в свои разговоры.
Они сделали заказ: Ирина выбрала стейк с картофельным пюре, а Павел - рыбу с овощами. К ужину они взяли бутылку красного вина, которое приятно охлаждало в этот прохладный вечер. Они сидели, разговаривали обо всём на свете, смеялись и делились своими мечтами и планами.
- Спасибо за этот день, - сказал Павел, когда они вышли из ресторана. - Я давно так не отдыхал. Это было волшебно.
- Это не отдых, это жизнь, - возразила Ирина, её глаза блестели в свете фонарей. - Просто жизнь, полная ярких моментов и незабываемых впечатлений.
Он проводил её до дома. У подъезда они остановились, не в силах расстаться. Их глаза встретились, и в этот момент весь мир словно замер. Они долго стояли, обнявшись, наслаждаясь близостью друг друга. Павел нежно поцеловал её, и Ирина ответила на поцелуй с такой страстью, что казалось, весь мир вокруг них исчез.
- Завтра увидимся? - спросил он, когда они наконец отстранились.
- Обязательно, - ответила Ирина, её голос дрожал от волнения. - Я позвоню, как только освобожусь.
- Я буду ждать, - сказал Павел, его глаза светились надеждой.
Она вошла в подъезд, обернувшись в дверях. Павел стоял на улице, глядя ей вслед, точно так же, как тогда, в первый раз, когда они встретились. Ирина помахала ему и побежала вверх по лестнице.
***
Дома, уютно устроившись под теплым одеялом в своей любимой пижаме с мягкими пушистыми зайчиками, Ирина взяла телефон. Экран осветил её лицо мягким голубоватым светом, и она увидела несколько пропущенных звонков от Павла. Его голос, всегда такой заботливый и немного тревожный, звучал в её голове.
Затем она заметила пару сообщений от Кати. Катя, её лучшая подруга с детства, всегда была полна энергии и любопытства. «Ну как? Как всё прошло? Ты уже дома?» - спрашивала она. Ирина вздохнула, не зная, что ответить. Она чувствовала усталость, но в то же время была рада, что день закончился.
Но её внимание привлёк незнакомый номер. Сердце на мгновение замерло, а затем забилось быстрее. Она нажала на кнопку, и экран телефона ожил, показывая имя отправителя: «Сергей Кравцов». Ирина нахмурилась, пытаясь вспомнить, кто это. Сергей Кравцов... Высокий парень с ежиком на голове? Или это был кто-то другой? Она пожала плечами и решила ответить.
Прочитав сообщение, Ирина почувствовала, как её сердце снова забилось быстрее. «Привет, Ирина! Это Сергей Кравцов, одноклассник. Помнишь меня? Очень хотел бы пообщаться, если не против. Буду рад встретиться». Её глаза расширились от удивления. Сергей Кравцов? Тот самый Сергей, который всегда сидел за первой партой и был отличником? Или это был кто-то совсем другой? Она не могла вспомнить.
Ирина задумалась. Она не видела Сергея Кравцова уже много лет. Они учились в одной школе, но их пути разошлись после выпускного. Он уехал в другой город, поступил в престижный университет и, кажется, добился больших успехов в жизни. Но что он хочет от неё сейчас? Ирина наморщила лоб, пытаясь понять, стоит ли ей отвечать на это сообщение. Она нажала кнопку «удалить» и отложила телефон, чувствуя, как её мысли снова возвращаются к дню, который она только что пережила.
***
Следующие несколько дней слились в один яркий, насыщенный событиями поток. Павел с головой погрузился в обустройство своего нового дома: купил мягкий диван с обивкой из бархатистой ткани, стол из светлого дуба, удобные стулья с изогнутыми спинками. Шторы из лёгкого тюля и плотных портьер придали комнате уют и тепло. В офисе фонда, который арендовали в деловом центре на главной улице города, кипела работа. Нужно было нанимать сотрудников, налаживать процессы, встречаться с потенциальными партнёрами.
- Ты даже не представляешь, сколько бумаг мне приходится перебирать каждый день, - жаловался Павел Ирине по телефону, его голос звучал устало, но с ноткой энтузиазма. - И это только начало нашего пути.
- А ты не догадываешься, сколько тканей я перебираю каждый день? - смеялась Ирина в ответ, её голос был тёплым и звонким, как колокольчик. - Мы квиты, как всегда.
Вечера они проводили вместе. Гуляли по заснеженным улицам города, заходили в уютные кафе с ароматным кофе и вкусными пирожными, смотрели фильмы в кинозале, где на большом экране мелькали яркие кадры. Однажды они даже посетили театр - на провинциальную премьеру, которая неожиданно оказалась удивительно талантливой и трогательной. Ирина с гордостью рассказывала Павлу о каждом спектакле, который видела, о великих актёрах, о постановках, которые оставили след в её сердце.
- Смотри, - говорила она, останавливаясь у старого здания, украшенного лепниной и витражами. - Здесь раньше была кондитерская фабрика. Ещё до революции. Потом её закрыли, а теперь там лофты.
- А здесь? - Павел с интересом оглядывался по сторонам, удивляясь разнообразию архитектурных стилей.
- А здесь скоро будет новый парк, - продолжала Ирина, указывая на пустырь. - Обещают к лету открыть.
Павел поражался её знанию города. Она знала каждый переулок, каждый дом, каждую скамейку, и каждый уголок имел свою историю.
- Ты настоящий экскурсовод, - восхищался он, глядя на неё с благодарностью.
- Я просто здесь родилась и выросла, - скромно отвечала Ирина, её глаза светились теплотой. - Это не сложно - любить то, что знаешь с детства.
В выходные они отправились за город. Ирина хотела показать Павлу старую усадьбу, которая теперь превратилась в музей. Они сели на электричку, и вскоре поезд устремился сквозь заснеженные поля и леса. Когда они вышли на станции, морозный воздух обжёг лицо. Павел и Ирина пошли по узкой тропинке, утоптанной в снегу. Вскоре они оказались на замёрзшем поле, покрытом белым покрывалом. Павел остановился, заворожённый красотой зимнего пейзажа.
- Знаешь, - сказал он, глядя на бескрайнее снежное море, - я думал, что без Москвы задохнусь. А здесь… здесь дышится по-другому. По-настоящему свободно.
- Потому что здесь не надо никуда бежать, - тихо ответила Ирина, её голос был мягким, как шёпот ветра. - Тут можно просто быть.
- Просто быть, - повторил Павел, чувствуя, как его сердце наполняется радостью. - С тобой.
Они остановились посреди поля, и он поцеловал её - долго, нежно, забыв о холоде.
- Замёрзнешь, - прошептала она, когда он оторвался.
- Нет. Мне тепло.
И это была правда.