Анна и Елена дружили с первого курса университета. Анна, бойкая и активная, сразу взяла шефство над застенчивой и вечно сомневающейся в себе Леной. Девушка часто помогала подруге с курсовыми и поддерживала в трудные минуты, а после окончания ВУЗа эта модель отношений в их дружбе продолжила существование.
Анна быстро построила карьеру в маркетинге, в то время как Елена перебивалась случайными заработками, и потому Анна, искренне жалея подругу и почему-то видя в ней отражение своих собственных былых страхов, задаривала её дорогими подарками — от дорогой кожаной сумочки до путёвки в санаторий, когда у Елены начались проблемы со здоровьем.
И при всём этом девушка делала подарки Лене не для того, чтобы подчеркнуть своё превосходство, а потому что таким образом она заботилась о подруге.
Однако в последний год в привычном порядке вещей произошёл сбой: у Анны один за другим стали разбегаться крупные клиенты, её доходы сократились настолько, что пришлось отказаться от привычных трат, и она, сама того не желая, перестала баловать Елену подарками — слишком это стало затратно.
И в результате вскоре получила от подруги неожиданно неприятное сообщение, от которого её сердце сжалось в предчувствии чего-то очень нехорошего:
— Что-то ты совсем про меня забыла, подарки не шлёшь. Неужели дела настолько плохи?
А в ответ, где Анна честно призналась, что клиенты уходят, Елена написала с неожиданной язвительностью:
— Значит, нашли кого-то лучше.
Сообщение подруги сильно уязвило девушку, и Анна впервые почувствовала себя чем-то вроде иссякающего источника, который ценен лишь до тех пор, пока из него можно что-то извлечь.
Следующие месяцы стали для Анны испытанием не только финансовым, но и моральным: Елена, словно почувствовав слабину, начала при каждой встрече и в каждом разговоре отпускать колкости о том, что Анна слишком долго жила легко и теперь пора расплачиваться.
А однажды, когда они сидели в кафе и Анна, держа счёт в руках, прикидывала, сколько у неё останется денег после оплаты, Елена, будто читая её мысли, с холодной усмешкой произнесла:
— Не вечно же тебе, как сыр в масле кататься, хватит с тебя, и так пожила красиво, — вот тогда Анна не выдержала и высказала всё, что накипело на душе: и про годы поддержки, и про подарки, которые та принимала как должное, и про то, как больно видеть вместо благодарности злорадство.
Но Елену эта тирада подруги ничуть не впечатлила. Она лишь пожала плечами и сказала, что Анна всегда считала себя великой благодетельницей, так что теперь просто получает по заслугам. В итоге девушки сильно повздорили и расстались чуть ли не врагами.
С того дня прошло почти полтора года. Анна потихоньку выкарабкалась из кризиса, нашла новых клиентов и даже открыла небольшое агентство, которое стало приносить ей стабильный доход. О бывшей подруге она старалась не думать, чтобы не бередить себя неприятными воспоминаниями.
Однако ровно год назад, спустя несколько месяцев после их ссоры, до Анны доходили смутные слухи, что у Елены какие-то проблемы, но та сама не выходила на связь, и Анна решила не вмешиваться.
Как-то раз, возвращаясь домой поздним вечером после трудного дня, она заметила на скамейке у своего подъезда знакомый силуэт. Это была Елена, одетая в то самое пальто, которое Анна подарила ей три года назад, и выглядела она так, словно не спала несколько суток: бледная, с темными кругами вокруг лихорадочно блестящих глаз и неестественно прямой спиной.
Елена поднялась ей навстречу и заговорила тихим голосом, в котором была какая-то пугающая ровность:
— Ты должна меня выслушать, потому что... больше никто не услышит, и я пришла к тебе, потому что...мне больше некуда пойти.
Анна, сама не понимая зачем, сразу пригласила её подняться в квартиру, где Елена, даже не сняв пальто, села на краешек стула и начала рассказывать.
— После нашей ссоры я… я словно обезумела. Сначала злилась, потом решила во что бы то ни стало доказать, что я сама могу всего добиться. И у меня получилось: я быстро нашла хорошую работу, в короткий срок поправила свои финансовые дела. Вот только… чем больше у меня появлялось денег, тем сильнее чувствовалось, что меня словно разъедает что-то изнутри.
— Понимаешь, — Елена с трудом подбирала слова, — все те годы, пока ты дарила мне подарки, я не просто принимала их. Я, сама того не ведая, будто забирала себе частицы твоей удачи, твоего тепла, твоей жизненной силы. А когда подарки прекратились — этот источник иссяк. Но я не пропала. Я начала жить за своих усилий. И сначала мне казалось, что у меня получается. Но потом...я стала слабеть. С каждым днём силы покидали меня. Радость бытия ушла, и все вокруг стало серым и безжизненным.
— А за месяц до...до того, как всё случилось, — голос Елены дрогнул, — ко мне вдруг пришло просветление. Я поняла, что ты единственный человек, который был мне по-настоящему близок. Но было уже поздно. Я...
Анна смотрела на неё и не верила своим ушам. Неужели ЭТО возможно?! А потом вдруг заметила, что Елена не отбрасывает тени в мягком свете торшера, и по спине у неё побежал холодок. Елена, перехватив её взгляд, горько усмехнулась и сказала:
— Ты думаешь, я вру? Посмотри на мои руки, — Анна пригляделась и увидела, что пальцы Елены полупрозрачные настолько, что сквозь них смутно проглядывает рисунок обоев.
— Я пришла попрощаться, — прошептала Елена. — Меня держало здесь только одно: чувство вины и мысль, что я так и не сказала тебе правды. А теперь мне пора.
Потом в комнате вдруг резко похолодало, торшер начал мигать, а Елена поднялась и сделала шаг к двери. Перед глазами у Анны замелькали разноцветные пятна, и она потеряла сознание.
Девушка пришла в себя рано утром, лежа на холодном полу в собственной прихожей, и первое, что она сделала — схватила телефон и набрала номер Елены, который не набирала больше года. В ответ же услышала в трубке ровный механический голос:
— Абонент временно недоступен или находится вне зоны действия сети.
А через три дня Анна случайно встретила на улице общую знакомую и спросила, давно ли она видела Елену. На что та, удивлённо посмотрев на неё, после небольшой паузы сказала:
— Ты разве не знаешь? Она почти год назад скончалась при трагических обстоятельствах. Попала под машину прямо напротив своего дома. Как раз через пару месяцев после вашей ссоры. И знаешь, говорят, что в последние недели перед кончиной она была сама не своя, всё твердила про какую-то подругу, которая её спасёт.
Анна, услышав все подробности, почувствовала, как мир вокруг неё поплыл, потому что если Елена ушла из жизни почти год назад, то кто же тогда ждал её на скамейке у подъезда на днях? И кто поднялся с ней в квартиру? И чьи, черт побери, полупрозрачные пальцы она видела в мерцающем свете торшера?
И почему в её собственной квартире с того самого вечера стало так холодно, несмотря на работающие на полную мощность батареи, и почему иногда по ночам она слышит тихий звук, похожий на звон маленького золотого кулончика, который когда-то она подарила своей лучшей подруге, которой теперь больше нет, но которая, возможно, так и не смогла уйти до конца — или, наоборот, наконец-то пришла попрощаться, чтобы обрести желанный покой?..