Продолжение. 5 часть. Начало здесь
Дон Ансельмо узнал от своего врача, что девушка, которую он ищет, была недавно у молодого человека на улице Делла Спига. Врач случайно упомянул об этом визите, и дон сразу связал девушку с фотографией, показанной врачом. Однако вскоре выяснилось, что пара скрылась.
Тем временем тетушка Мессалина, хозяйка пиццерии, приютила молодую пару, скрывающуюся от преследователей. Девушка кардинально изменила свою внешность, сделав новую прическу и сменив цвет волос, чтобы стать неузнаваемой. Теперь она работает в пиццерии, помогая по кухне.
Гвидо, молодой человек, находящийся вместе с девушкой, испытывает беспокойство за судьбу своего кузена.
Во время пребывания в квартире Гвидо Лаццаро замечает фотографию двух братьев. Это становится опасным моментом для Вико, брата Гвидо, находящегося в квартире. Когда Вико отворачивается, Лаццаро достает пистолет и направляет его на Вико.
- Это ты там на снимке, ублюдок? Отвечай! И не вздумай шевелиться! Думаешь, что получится соскочить? Даже не мечтай об этом. Я всегда не доверял тебе, хотя дон Ансельмо со своей сентиментальностью был к тебе чрезмерно добр. А ну-ка встань на колени, дешевка. Слышишь!
Пока произносились все эти угрозы, Вико неподвижно сидел на стуле. Он понимал, что положение его в данный момент безвыигрышно. Складной нож на поясе не поможет: его еще надо было вытащить, а Лаццаро в полсекунды продырявил бы его в нескольких местах.
Медленно поднявшись, Вико послушно встал на колени, не спуская глаз с черного отверстия в глушителе. Он считал излишним любое оправдание. Это могло только подлить масла в огонь. Как же он так облажался и не заметил портрета! Ведь Дези сигнализировал ему. Удар рукоятью пистолета оглушил парня.
Когда Дези принес ему сигареты и увидел на полу связанного Вико, то не смог совладать с чувствами, отразившимися на его лице.
Лаццаро все понял и приказал юноше тоже встать на колени. Теперь оба они были в его полной власти.
На Делла Спига в квартире молодого художника назревал финал почти не начавшейся истории. Два молодых парня, еще не успевших толком пожить, еще не вкусивших всей прелести настоящей земной любви с любимыми девушками (случайные интрижки не в счет), лежали на мелковорсистом ковре в гостиной со связанными руками и слушали, как Лаццаро торжественно докладывает дону Ансельмо причину пропажи из дома хозяина и его спутницы. Это походило на приговор. Скарлатти в таких случаях никому не давал спуску.
Дорогие сеньоры и сеньориты, вот ведь как странно устроена жизнь! В одном и том же городе с богатой историей и великими традициями, со всемирно известным оперным театром Ла Скала... Да, что там говорить, где блистали Каррузо, Шаляпин, позже бесподобная Мария Калласс, а в последнее время - Хосе Каррерас, Плачидо Доминго и необыкновенный Лучано Паваротти, где вот-вот должна была стартовать Фэшн Уик для модниц всего мира, какой-то мерзкий тип собирался лишить жизни двух молодых людей.
Нет, конечно, вначале он желал позабавиться. Любой бездушной твари доставляет несказанное наслаждение безнаказанно измываться над теми, кто по своим природным качествам гораздо выше его.
Не будем утомлять читателя подробностями. Через десять минут Лаццаро устал и взмок. Все-таки беспорядочный образ жизни сказывается даже на очень здоровом организме. Он сел на диван. Рукава его шелковой рубашки были засучены выше локтей, пиджак валялся рядом. Оба засранца продолжали молчать, хотя после ударов кулаком и пинков на них нельзя было смотреть без сочувствия.
Пока громила пошел ополоснуться в ванную, Вико успел прошептать Дези разбитыми губами:
- Нож, – он указал глазами на свой широкий пояс на джинсах. Там в кожаном кармашке с внутренней стороны лежала короткая складная наваха.
Дези повернулся на бок, его руки, связанные за спиной бельевой веревкой, нащупали тайник за ремнем и успели вытащить нож наружу. Затем Дези откинулся на спину и застонал. Такая боль пронзила его отбитые ребра.
- Что, больно? – Вернувшийся посвежевшим из ванной, Лаццаро снова плюхнулся на диван. Он с удовольствием раскурил принесенную ему из пачки сигарету и заговорил, сменив гнев на задушевную милость.
- Да, попали вы, ребята, по полной. Сейчас говорил с доном Ансельмо. Он страшно огорчен и переживает за вас. Дон дал слово. Если вы каетесь и говорите, где девка и наш добрый самаритянин, твой кузен, - тут громила скосил глаза на Вико, - то у вас появится приличный шанс, чтобы остаться в живых. Не прогадайте.
Толстые губы бандита сложились в подобие выпуклой раковины и выпустили несколько колец дыма в потолок.
- Ладно, продолжим. Мне торопиться некуда. – Лаццаро встал с дивана, присел на корточки перед парнями и стал поочередно прижигать сначала Вико, а потом Дези. Наверное, ему было приятно от их стонов. Он даже всхохотнул.
За стонами пытаемых парней и собственными угрозами, заглушаемыми громко включенным телевизором, Лаццаро так увлекся своей работой, что забыл про дверь. Она бесшумно открылась. На пороге замер Гвидо. Он все понял с первых секунд, сердце его бешено колотилось.
Тетушка Мессалина сама предложила Гвидо сходить и осмотреться возле своей квартиры. Ей были дороги оба племянника и она горячо молилась Деве Марии, чтобы Гвидо не подкачал.
«Нужно действовать», - дал себе команду художник. Это совсем не напоминало творческую работу с кистями, но все когда-то бывает в первый раз.
Телевизор шумел, Лаццаро продолжал прижигать сигаретой наиболее нежные участки кожи на теле пленников.
Продолжение следует. Ждем Вас!
2 часть здесь
3 часть здесь
4 часть здесь