Продолжение. 3 часть. Начало здесь
Лукреция Кьеза, известная модельерша и дизайнер, готовящая новую коллекцию под названием «Гальваника», перед важным показом переживает личные воспоминания, связанные с трагической потерей мужа и дочери. Несмотря на переживания, Лукреция активно участвует в подготовке моделей и проверяет каждую деталь костюмов, чтобы добиться совершенства.
Параллельно разворачивается сюжет вокруг Натальи, русской девушки-подростка, сбежавшей от мошенников, обещавших карьеру модели. Её спасает итальянский художник Гвидо, который временно приютил её у себя дома. Наташа соглашается помогать в семейной пиццерии своего спасителя.
Виа Санта Радегоноте полна народа. Праздная толпа с любопытством окружила подиум прямо перед входом в шикарно отреставрированный четырехэтажный дом 19-го века, где на подмостках молодые девицы из второго эшелона показывали наряды начинающих модельеров. Они сильно старались понравиться публике.
Первый промах. Никогда не заигрывай с толпой. Некоторые до того вошли в раж, что забыли о главном – для чего они здесь. Вместо того, чтобы показывать новую коллекцию, некоторые стреляли глазками в импозантных мужчин с брюшком, думая, что они-то уж как раз и олицетворяют самую обеспеченную часть мужского населения города.
В толпе особняком стояли трое. Один выше среднего роста, широкий в кости, из-под расстегнутого на нем пиджака в крапинку пурпурно рдела шелковая рубашка. Гардероб заканчивал галстук: пожар в сельве. Квадратный подбородок дополнял кожу на лице цвета кирпича и гармонировал с выдающимися надбровными дугами. Звали громилу Лаццаро. Он работал на клан Скарлатти. Рядом стояли два молодых парня. Один, тот, что помельче, откликался на имя Дези, а второй с волевыми складками в уголках рта и короткой стрижкой выглядел даже вполне себе симпатично.
- Вико! – Окликнул этого парня Лаццаро, любивший прикалываться над более младшими партнерами, – видишь эту блондинку на помосте? На прошлый четверг я ей вдул в женском туалете Касабланки. Там было полно народа, я запер ее в кабинке, закрыл ее рот ладонью и поимел сзади. Девочка настолько перетрухала, что готова была на все, лишь бы я ее не грохнул.
Вико слушал молча, никак не выражая своих эмоций. Это больше всего раздражало Лаццаро. И бесило. Громила перевел взгляд на Дези, оценил его преданный вид и снова уставился на подиум. Там как раз шло новое дефиле, публика оживилась. За спинами девиц с огромного экрана было заметно, как от волнения натянуты лица моделей.
Пока их бриганте отвечал на телефонный звонок, Дези тайком переглянулся с Вико, увидел на его лице полное презрение к бахвальству старшего и отвел взгляд в сторону. Он не хотел, чтобы босс что-нибудь заметил.
Убрав трубку в карман, Лаццаро сделал серьезное лицо и достал из кармана пиджака две цветные фотки, отправленные их дону Ансельмо с Корсики:
- Вот вам снимок, умники. Прошерстите весь район, второй снимок я заберу с собой. Встречаемся вечером у Гастона после восьми. Все понятно?
- А что мы должны делать, если засечем телку? – Дези знал, как их босс любит выглядеть умнее и смышленее, чем они, поэтому иногда косил под тугодума.
- Ничего не предпринимайте без меня, просто пасите ее и отзвонитесь. А то еще наломаете дров.
Его широкая фигура затерялась в толпе.
Два парня пошли по тротуару вдоль намеченного маршрута, внимательно наблюдая за встречными молодыми девушками. Вдруг мелькнет знакомое лицо. Дон Ансельмо обещал награду за информацию о девице, хотя Вико вслух выразил свое сомнение относительно таких поисков. Его доводы казались здравыми, но Дези побаивался Лаццаро и не хотел обострять отношений с таким типом:
- Не стоит его злить. Знаешь, как он проучил одного парня на Виа Буэнос-Айрес?
Вико фыркнул:
- Он мне не босс. Тоже мне, отметелил парнишку, почти подростка. Много ума не нужно избить более слабого. Наш Лаццаро понтяра и жлоб, и ты перед ним не пресмыкайся.
- Тебе хорошо говорить, у тебя разряд по боксу, а я знаю, что я слабее и его, и тебя.
- И что с того? Я говорю тебе о мужском достоинстве.
- А что ты скажешь, если он наставит на нас ствол? – Не выдержал Дези.
- Тише, не ори. Вон приглядись к той рыжей. Не похожа на ту, которую мы ищем?
Парни остановились у стены и наблюдали за группой молодых людей, среди которых выделялась рыжеволосая красавица. Ей как раз купили мороженое, и она со смехом его лизала, благодаря своего спутника.
Дези сверился с фотографией и отрицательно покачал головой.
К ним просунулся прохожий очкарик с креативной прической, рюкзачком за спиной и суженых брючках. Он вежливо спросил, как добраться до клуба Беан Джесте.
Дези переглянулся с Вико, прежде, чем ответить:
- Беан Джесте? Мы - мужчины, нам этот адрес ни к чему. Что пялишься, вали!
Очкарик отшатнулся и быстро пошел прочь, вжимая голову в плечи.
Дези сплюнул ему вслед и вновь обернулся к Вико:
- Нет, ты видел? Совсем страх потеряли пассивные.
Остававшееся до этого безучастным лицо Вико вдруг оживилось:
- Дези, где твой полет фантазии? Нужно было запросто отправить этого членоглота в район Премацци к нашим ребятам. Вот было бы смеху!
Поддержав шутку товарища, Дези тоже рассмеялся. Они снова двинулись вдоль бутиков, ресторанов и модных домов с красивыми вывесками. Людская толчея густела, навстречу шли миланцы и приезжие туристы. Скоро в городе начнется неделя моды.
Друзья дошли до поворота и увидели вдали застекленный купол.
- Пошли туда. – Предложил Вико.
Дези согласился. Какая разница, где искать иголку в стоге сена? Шансов, что они ее заметят, становилось совсем мало. В этой толпе? Глупо.
Галерея Витторио Эммануэле находилась как раз под куполом. Заходящих сюда людей всегда поражало огромное пространство из света и воздуха. Сколько же здесь бутиков? Глаза у посетителей должны просто разбегаться от разнообразия вывесок, красок, бесподобно оформленных витрин с мировыми брендами. Здесь за день не обойти всех магазинов и всех художественных салонов.
- Встретимся у Быка. Знаешь, такое мозаичное панно в самой середине?
- Да, - подтвердил Дези, – только я почему-то всегда считал эту мозаику коровой. Разве это не корова?
- Перестань дурить. Где ты видел у коровы такие помидоры и такой перец?
Вико проводил взглядом уходящего Дези, чувствуя жалость к другу. Воспитанный в приюте при бенедиктинском монастыре, Дези с детства познал горечь сиротства. В отличие от него, у самого Вико и его кузена были родные родители, пусть теперь и покойные. А что имел малыш Дези? Даже девушек стеснялся, хотя мечтал о любви, отражённой в его имени. Впрочем, хватит. Если Лаццаро осмелится задеть моего друга, я поставлю его на место.
С такой мыслью Вико развернулся, пошел по ответвлению в сторону художественной галереи и еще издали заприметил среди живописцев, вольготно расположившихся у разных скульптур и стенных гравюр, своего двоюродного брата. Гвидо сосредоточенно смешивал краски и наносил их на холст. Что-то теплое и хорошее разлилось в груди у Вико. Он старался не подавать вида, что гордится таким родством и любит этого балбеса. Пусть кто-нибудь попробовал бы его обидеть.
Он небрежно кивнул Гвидо, подойдя уже совсем близко и видя, что тот его заметил:
- Привет, старина. Все малюешь? От твоей мазни хоть какой-нибудь толк есть? – Это были вопросы-приманки. На самом деле Вико стеснялся задавать серьёзные вопросы о живописи. Что бы он спросил вообще? Среди знакомых Премацци его круг больше увлекали спортивные машины или хотя бы скутеры. А всё исключительно ради знакомства с девчонками на одну ночь.
- О, Витторе! Рад тебя видеть. Какими судьбами в наши края? – Гвидо всегда был доброжелательным в разговоре с кузеном, что обескураживало брата. Но сейчас Вико не ответил. Все его внимание оказалось сосредоточенным на карандашном рисунке брата.
- Скажи мне, Гвидо, откуда у тебя этот портрет?
Лицо внезапно появившегося Витторе оказалось таким серьезным и встревоженным, что Гвидо невольно опешил:
- Нравится? Я рисовал по памяти, даже не с натуры. Ездил к заливу в сторону Генуи ... - Гвидо хотел сначала рассказать братцу, что такое пленэр, чтобы у него было какое-то представление. Но Витторе резко его перебил:
- Скажи мне, не темни, в какое дерьмо ты вляпался? – Он оглянулся по сторонам, ощупывая глазами каждого прохожего, потом достал из кармана фото девушки и сунул его под нос Гвидо. Пока тот с удивлением разглядывал цветной снимок Натальи, Витторе быстро разъяснил ему ситуацию. Поняв всю серьезность положения, Гвидо выложил все начистоту.
- Кто-то, кроме тебя, знает о ее местонахождении?
- Да, пожалуй, никто. Я только вызвал на дом частного врача. Девушке нужно было наложить на бедро шов. Ее поранило во время шторма, когда она плыла от Корсики на плоте.
- Паршиво, дружище. И авто твое приметное. Такое легче вычислить. Теперь слушай меня...
- Да кому...? – Не удержался Гвидо, видя, как деловито Витторе снял с холста приколотый на нем красивый рисунок с лицом девушки и положил в мольберт.
Вдруг лицо Вико изменилось, он увидел издали Дези и с ним Лаццаро, идущих прямо в их сторону:
- Быстро сматывайся. Я тебя не знаю, просто расспрашивал, не видел ли ты эту девчонку. Понял?
Два раза кузену не пришлось ничего объяснять. Он сложил холст на подрамнике в мольберт, убрал туда же кисти и краски, свернул треножник и спокойно, как просил его Витторе, двинулся к выходу из галереи.
Но Лаццаро первым делом, как подошел вместе с Дези к Вико, спросил, кто это только что стоял с ним рядом. Вико пришлось равнодушно ответить, что тот расспрашивал у художников, не видели ли они разыскиваемую телку. У мазилок глаз намётаннее, чем у простых людей.
- Верно. – Согласился Лаццаро. Он отошел от парней и с кем-то быстро начал говорить по телефону.
Дези посмотрел на Вико и почти шепотом спросил его:
- Мне показалось, что это был твой брат. Я не ошибся?
- Заткнись, Дези! – Успел прошипеть Вико, но тут Лаццаро, явно повеселевший, снова оказался возле них.
- Пошли за мной. Кажется, мы знаем, в каком гнездышке находится птичка. Мне только что отзвонился дон. Наш Ингорно любому баки забьет по части получения информации.
Пока два парня шли за Лаццаро, отставая от него на один корпус, что всегда льстило его самолюбию, Вико сумел тихо послать брату смс.
Гвидо прочел ее, находясь уже на полпути к своей квартире: «Поторопись убраться из дома с девушкой вместе. Ты знаешь, куда».
Предложение «Ты знаешь, куда» было любимым в лексиконе тетушки Мессалины.
- Тетушка, куда положить пирог?
- Ты знаешь, куда.
- Тетушка, а ты куда пошла?
- Ты знаешь, куда. Сначала на рынок, а после к сеньору Падуччи в его мастерскую.
- За моими сандалиями?
- Да, мой мальчик. Ты же все прекрасно знаешь. И не задавай мне больше таких вопросов.
Буквально через минуту, как Гвидо увел из дома девушку, туда пожаловали трое мужчин. Лаццаро без труда открыл дверь набором отмычек, вошел в коридор первым и следом за ним в квартире оказались его сопровождающие. К великому разочарованию громилы, там никого не оказалось.
Продолжение следует. Ждем вас, дорогие читатели!
2 часть здесь