О личном мы больше не говорили. И, вообще, мне показалось, что Василий Петрович сделал шаг назад, оставляя мне пространство для маневра. Я не смогла бы объяснить это чувство, но теперь определенно ощущала себя намного свободнее и легче в его обществе.
Мы обсудили будущий дизайн бабушкиного дома и сошлись а том, что для отделки и реставрации мебели нужно использовать самые современные материалы в винтажном стиле. Мне удалось убедить Василия Петровича, что это лучший вариант, если он хочет сохранить атмосферу старины в доме. Мы договорились, что завтра он заедет за мной и отвезет к себе, чтобы я увидела фронт будущих работ. А потом я займусь рисованием. Проект я все же решила именно нарисовать на бумаге, но пообещала, что непременно начну осваивать какую-нибудь программу. От помощи в оплате каких-либо курсов я отказалась. Во-первых, я и сама могу оплатить учебу, а, в-вторых, может и не понадобится ничего платить. Я вполне могу разобраться во всем сама. На Ютьюбе совершенно точно есть обучающие ролики.
Анфиса так больше и не пришла. Но Василий Петрович и сам не стал засиживаться и ушел от меня сразу же после обсуждения. Я убирала со стола, мыла посуду и улыбалась, бесконечно прокручивая в голове наш разговор. И мне даже приснился сон, как будто бы он снова держит меня за руку и что-то говорит, проникновенно глядя в глаза.
Разбудил меня громкий стук в дверь. Я открыла глаза и испуганно замерла, прислушиваясь. На какое-то мгновение мне показалось, что стук мне приснился, но в тот самый миг, когда я с облегчением вздохнула, кто-то забарабанил прямо в окно моей спальни. И теперь его нельзя было игнорировать. Я вскочила и, накинув халат, выглянула за штору. Во дворе топталась Анфиса. Было слишком темно, чтобы различить лицо, но я узнала ее по куртке и коротким валенкам на босу ногу.
Увидев, что я подошла к окну, соседка что-то прокричала, но я только видела, как отрывается и закрывается ее рот. И в этот момент меня внезапно накрыл страх. Что могло случиться такого, что Анфиса примчалась ко мне посреди ночи?! Сердце гулко бухнуло в груди, первым делом я подумала о детях. Но быстро сообразила, что если бы с ними что-то случилось, меня разбудил бы телефонный звонок, а не деревенская соседка. Анфиса могла прийти ко мне только из-за одного человека... перед глазами стало мутно. Я схватилась за штору, едва не сдергивая ее вместе с гардиной.
Пока бежала к входной двери, несколько раз споткнулась и еле-еле удержалась на ногах. Откинула крючок, распахнула дверь и... Я готова была выбежать на мороз прям так, в чем была, но Анфиса уже стояла на пороге.
- Что с ним? - выдохнула я помертвев от ужаса, - что с Василием Петровичем?
Анфиса же, услышав панику в моем голосе, как будто бы даже обрадовалась. Расплылась в довольной улыбке и, сверкая глазами от радости, втолкнула меня внутрь.
- А! Я так и знала! - закричала она, - это из-за тебя! Рассказывай, что у вас вчера было?!
- Что с ним? - повторила я вопрос, сама немного удивившись незнакомым визгливым ноткам в голосе. - Анфиса! Что с ним случилось?
- С ним ничего, - тряхнула она головой. На улице, вероятно шел снег, потому что с ее непокрытой головы на меня упали крохотные капельки воды от мгновенно растаявших в тепле снежинок. - А вот с Анюткой... Я сегодня такое услышала! И сразу к тебе!
Когда я поняла, что с Василием Петровичем ничего не случилось, привалилась к стене. Облегчение было таким сильным, что ноги перестали меня держать. Я нервно рассмеялась. Что там случилось с Анютой меня не волновало совершенно.
- Сейчас расскажу! - Анфиса двумя руками запихала меня на кухню и, толкнув меня на диванчик, принялась хозяйничать. Включила свет, поставила чайник. И при этом тараторила без остановки. - Мне соседка, баб Нюра, по секрету сегодня утром рассказала. У нас сарайки рядом стоят, и коз мы утром ходим доить в одно время. И каждый раз у забора встречаемся. Ну, словом перекинуться. Узнать, что нового...
Мимоходом скинув прямо на пол куртку, залезла в холодильник и, достав оттуда тарелочки со вчерашним пирогом, ловко метнула их на стол.
- Анфиса, - я попыталась встать и объяснить ей, что не не нравится, как она по-свойски ведет себя в моем доме, но она мне не позволила. Мгновенно оказавшись рядом, снова толкнула меня на диван и продолжила:
- Сиди! Такие новости сидя надо слушать! Так вот, баб Нюра вчера в гости ходила к своей сестре, баб Кате, что по соседству с Анюткиной двоюродной сестрой живет. И та ей такое рассказала! Закачаешься! В общем, Лидка, Анюткина сестра, по большому секрету поведала баб Кате, что Анька вчерась домой вернулась домой бешеная. Орала так, что пришлось успокоительное накапать. И ей, и матушке ее, теть Тае. Ей-то, вообще, волноваться нельзя. У нее в прошлом году инсульт был, еле выкарабкалась.
- Анфиса, мне все равно! - сделала я еще одну попытку достучаться до Анфисы, но она меня не слышала.
- Но это еще не все! - торжествующе завопила она и принялась наливать чай. - Когда бабка Нюра домой шла, встретила доярку с фермы. Она по пути с работы зашла к куме своей — Ирке. Поболтать, посплетничать, молока занести. У Ирки детишек-то семеро по лавкам, а муж тот еще лодырь. Его Петрович с фермы выгнал и отказался снова брать. Сказал, что никогда в жизни такого лентяя не видел. Так вот, Ирка ей и рассказала, что Анютка весь вечер у нее проторчала, ждала, когда Петрович домой вернется. Ирка-то как раз напротив бабкиного дома живет, где Петрович поселился. Иркина мать, Женька, говорят, с Петровичем в детстве дружила. Хорошая была женщина. Два года назад померла. От рака. Быстро сгорела, полгода не прошло... А иначе не позволила бы Ирке за Петруху-то замуж выйти. Кому такой ленивый зять нужен?
- Анфиса, - перебила я ее. Теперь и мне стало интересно. Но я хотела знать не про соседку Ирку, а про Анютку и Василия Петровича. Все же нить вчерашних событий, которую мне удалось уловить в ворохе бесполезной информации, заставила сердце сжаться... Неужели это то, что я думаю? И я напомнила соседке, - ты про Анютку рассказывала.
- А то ж! - воскликнула Анфиса. - Я и рассказываю! Короче, Анютка вчера весь вечер у Ирки сидела. Все глаза проглядела, дожидаясь, когда Василий Петрович с фермы вернется. Из Иркиной спальни и дорогу с фермы видно. Вот она и бегала от окна к окну. Нервничала, - фыркнула она, - переживала, пол, почему он так долго. Все доярки уже по домам разошлись. А тут как раз Олька к ним заявилась. И рассказала, мол, так и так, уехал Василий Петрович с городской, что на дачах живет... ну, то есть с тобой... в неизвестном направлении. Анютка, говорит, аж побелела от злости. Зубы сжала. Глазами, как ведьма сверкает и шипит, мол, доберусь я до этой городской. Спалю к чертям собачьим дачу евоную, пусть в свой город убирается.
Воображение живо нарисовало разъяренную и шипящую от злости Анютку. Мне стало не по себе. Я бы соврала, если бы сказала, что угрозы Анюты оставили меня равнодушной. Я сразу вспоминал, как она вешалась на Василия Петровича, показывая мне, что мужчина совсем не бесхозный. И слова Анфисы о том, что эта нахалка вцепилась в богатенького мужчину, как клещ. Такая и пожар может устроить. Кто знает, что у нее на уме.
- Олька говорит, никогда не видела, чтоб Анютка так злилась. Видать поняла, что соперница у нее появилась. Вот и взбесилась. Ирка пыталась ее из дома выпроводить, но так ни в какую. Мне, мол, надо Васеньку дождаться. Не может быть, сказала, чтобы Вася ее, молодую и красивую, на старуху променял. - Я прикусила язык, чтобы не влезть. Кажется, Анфиса наконец-то перешла к сути. И хотя слова про возраст показались мне обидными, я промолчала. - И как увидела, что Петрович вернулся, так сразу к нему. Неизвестно, о чем они там говорили, но баб Нюра говорит, раз Анютка домой вернулась, да еще и злющая, как тысяча чертей, значится нехороший разговор между ними случился... Вот...
Анфиса с облегчением, словно выполнив свой долг, выдохнула и принялась за пироги. Пока мы болтали, чай слегка остыл.
- И это все? - я была разочарована.
С учетом стремления Анфисы рассказать мне о происшествии, я готовилась как минимум к эпичной сцене расставания или, наоборот, воссоединения... Но то, что я услышала совсем не тянуло на столь ранний подъем. Часы на кухне показывали половину седьмого...
- А тебе мало?! - вытаращилась Анфиса. - Ясно же, отшил Петрович Анютку. Совсем отшил. Понимаешь? А теперь рассказывай, что вчера у вас было? Баб Нюра говорит, коль Петрович так категорично Анютку отшил, значит сладилось у вас. Я сказала, что ты не такая, чтоб на первого встречного вешаться. Легкая добыча не ценится. Петровичу за тобой еще побегать придется. Так что? Что вчера было-то у вас?
Я прикрыла глаза. Хотелось выругаться, рассмеяться и заплакать одновременно. Я ведь знала, что в деревне невозможно ничего скрыть. Если твой секрет известен хотя бы одному, то он известен всем. Но все равно, столкнуться с этим самой, да еще вот так, оказалось совсем не приятно. И самое главное, если я начну выговаривать Анфисе, она меня даже не поймет. Для нее правила жизни такие, какие есть. Та же самая бабка Нюра, по-секрету рассказавшая о том, что ей рассказали по-секрету, даже не подумала хранить тайны. И Анфиса не станет. Я поежилась, вспомнив, что сама, своим ртом, рассказала о себе и своих проблемах. Захотелось вернуть время назад и ничего не говорить.
- Анфис, - вздохнула я, - ничего у нас не было. Просто поговорили. Обсудили проект... И все.
- Эх, - вздохнула она тяжело, - так и знала, что нельзя вас одних оставлять. Была бы я рядом, так уж не позволила бы вам «просто поговорить». Все бы сделала, чтоб вы друг на друга внимание обратили. Что ж вы оба бестолковые-то такие?!
Я пожала плечами. Помешала ложечкой остывший чай... Завтракать не хотелось. Хотелось лечь в постель и немного подремать. Не привыкла я вставать так рано.
- Давай я сегодня еще раз Петровича позову? А ты у меня побудешь? Я же как раз сегодня сыр собралась делать. Петрович у меня обычно целую голову покупает...
В голосе моей соседки звучало такое искреннее желание поспособствовать нашему сближению, что я рассмеялась.
- Не надо. Я сегодня пойду бабкин дом смотреть. Так что мы и без твоей помощи увидимся.
Анфиса довольно улыбнулась:
- Ты уж не теряйся там, Вер. Неспроста Петрович Анютку совсем отшил, значит есть у него к тебе чувства.
- Да, какие чувства, - отмахнулась я. Говорить о нашем разговоре я не собиралась. Только не сейчас, когда мне так явно продемонстрировали возможности деревенского «сарафанного» радио. - Ничего не было, Анфис. У нас просто деловые отношения.
- Отношения это хорошо, - фыркнула она. - А что деловые... Так одно другому не мешает.
Я спорить не стала. Неопределенно мотнула головой.
- Ой, все, - вскочила моя соседка. - Пойду я. У меня сегодня работы непочатый край. Сыр сварить надо. У меня там и козьего молока набралось, буду и козий сыр варить. Потому принесу тебе, попробуешь настоящий молочный сыр, а не тот, что в городе в магазине. Из пальмового масла...
Я только кивала, соглашаясь со всем, что она говорила. Наверное, я стала привыкать к словоохотливости и бесцеремонности подруги, поэтому не чувствовала ни злости, ни обиды за то, что она попусту разбудила меня ни свет ни заря.
Афиса ушла, оставив на столе бедлам. Я потихоньку убрала остатки пирогов, помыла кружки, стряхнула крошки... И когда выключала свет на кухне, поняла, что все это время неосознанно улыбалась. Пусть известия, которые принесла Анфиса, обрывались на самом интересном месте, тем не менее мне было приятно, что Анюта получила от ворот поворот. Мне даже стало ее немного жаль... Но не настолько, чтобы уйти с ее пути. Нет, уж. Если судьба преподнесла такой подарок, как взаимную симпатию, было бы глупо не дать себе шанс быть счастливой. Пусть даже не долго... Я вполне отдавала себе отчет, что при более близком знакомстве интерес может исчезнуть у любого из нас. И именно поэтому приняла решение не торопить события. Пусть все идет своим чередом. Медленно и неспешно.
Из мечтательного состояния меня вырвал резкий телефонный звонок. Я взяла трубку и поморщилась. Звонил Кирилл. Я не хотела отвечать, но сердце мгновенно забилось... Вдруг что-то случилось с детьми? И я нажала кнопку, принимая звонок.
- Вера? - пьяный голос Кирилла сразу же расставил все точки над “i”. Ничего не случилось. Если не считать, что мой муж... бывший муж... почти бывший муж напился. Такое случалось редко, но тем не менее было знакомо и привычно. - Вера, ты меня слышишь?
- Слышу, - ответила я. В таком состоянии с ним лучше было не спорить. И не молчать. Иначе он все равно достанет. Пьяный Кирилл был тысячекратно ухудшенной версией себя.
- Вера, ты должна вернуться!
- Куда вернуться, Кирилл? - вздохнув, спросила я. Хотелось кричать. Но в таком состоянии он все равно ничего не поймет. Только зря потрачу нервы. - Ты бросил меня. Ты привел в мой дом свою любовницу, которая ждет от тебя ребенка. И теперь ты хочешь, чтобы я вернулась?
- Это ничего не значит, - заявил он. - Я ее выгоню. Она мне не нужна.
- И я тебе не нужна, Кирилл, - улыбнулась я. - Я тоже никогда не была нужна тебе. Я всегда была для тебя лишь удобной функцией. Убирала, стирала, готовила... Рожала детей и воспитывала их. Создавала видимость счастливой и благополучной семьи. Но правда в том, Кирилл, что я сама никогда не была нужна тебе. И сейчас, полагаю, тебе нужно от меня что-то вроде уборки или готовки. Твоя новая пассия не может удовлетворить всем твоим требованиям, верно?
- Вера, у нас дома бардак, - не стал спорить Кирилл. - Пыль, грязь, мои рубашки из белых стали серыми. А еду мы покупаем в супермаркете. Я не могу так жить. Вернись.
- Вернись? - я фыркнула. Мне было смешно. - Напоминаю, это ты ушел от меня. Как трус. Прислал смску и сбежал.
Но он как будто бы не услышал меня.
- Но самое главное, Вер... Я увидел тебя сегодня и понял, что мне нужна только ты. - Он дышал в трубку, пытаясь изобразить чувства, которых у него никогда не было. - Мы с тобой созданы друг для друга, Вер... Не зря мы столько лет вместе...
- Угу, - буркнула я. - а еще тебе нужна Лена... и эта... твоя... как ее зовут, кстати?
- Анна...
- Анна, - кивнула я, чувствуя огромное желание рассмеяться. Совпадение? Совпадение. Но какое же забавное... - И многие другие. Я все знаю. Лена мне рассказал о вас. И о том, что у тебя всегда были другие. Я никогда не смогу простить тебя, Кирилл. Никогда не смогу забыть. Даже не надейся. Я никогда не вернусь.
- Вера...
- А по поводу уборки и всего остального, - перебила я. Усмехнулась. - попроси Лену. Она тоже очень хороший клинер. Ничуть не хуже меня. Правда, она не станет обслуживать тебя бесплатно. Но, думаю, ты сможешь найти пару тысяч в неделю. Перестанешь тратиться на шлюх в крайнем случае...
- Вера...
Но я снова не позволила ему сказать ни одного слова.
- И не звони мне больше с такими просьбами. Это бесполезно. Прощай.
Я нажала отбой и, присев на кровать, задумчиво посмотрела на экран. Желание оборвать любую связь с Кириллом было таким сильным, что я не задумываясь нажала на контакт, вызывая меню. Однако, мне еще нужно было получить развод и деньги за квартиру. А вот потом... Я улыбнулась и погасила экран, так и не нажав на высветившуюся строчку «отправить в черный список».
Выключила звук... По опыту знаю, что этот звонок не последний. Если Кирилл напивался, будучи в командировке, то мог звонить всю ночь, не давая заснуть.
Но сейчас я не собиралась потакать ему. Положила телефон на тумбочку и легла досыпать.
Друзья, на Дзене можно прочитать и другие мои книги