Удивительно, ещё пару дней назад даже абсолютно серьёзно задумывалась о разводе. а сейчас понимала, что не могу потерять мужа. Одна мысль, что вот сейчас он просто соберёт вещи и навсегда исчезнет из моей жизни, выворачивала наизнанку.
Я была готова броситься ему в ноги и умолять о прощении, но почему-то просто стояла в дверном проёме, глотая слёзы и пытаясь унять дрожь.
Заметив моё состояние, Андрей нахмурился ещё больше, отшвырнул рубашку и, в секунду преодолев разделявшее на расстояние, обхватил ладонями моё лицо.
- В чём дело?
- Андрей, ты уходишь?
Он долго и непонимающе смотрел в мои переполненные слезами глаза, а потом и успокоил, и заставил сердце ещё сильнее биться от страха.
- Парня отпустили. Макар сейчас в полиции, и как я понял, Сомова активно пытаются отмазать. Он же сынок какой-то шишки. Хотят выставить так, что всё, мол, было по согласию. Мол сама пришла. А то, что девчонке пять часов с переменным успехом пытались сердце запустить, это так, мелочи. От переизбытка страсти. Я сейчас к нему, в отделение, пока он там дел не натворил.
От души сразу отлегло. Но глаза мужа сверкали такой яростью, что я невольно поёжилась от страха.
- Тебе бы хоть немного поспать...Сколько ты уже на ногах?
Наконец, снова улыбнулся, коротко чмокнув меня в губы.
- Это неважно. Для друзей нет "неподходящего времени". А мы всегда были у будем друг за друга горой. Вне зависимости от обстоятельств.
Усмехнулся. Я же в этот момент поняла, что, конечно, буду.
Буду молчать.
Буду всегда рядом и во всём поддержу.
****
Макар.
Старался отгонять от себя любые мысли, не касающиеся сестры. Понимал, что сейчас всё внимание должно быть сконцентрировано лишь на двух вещах:
1. Восстановить её здоровье. Пройти полное медицинское обследование, оценить реальную необходимость в операции по пересадке сердца, очертить возможные временные рамки и начать поиски донора. В любом случае, даже если позволяет время, в очередь необходимо вставать уже сейчас. Найти донорское сердце задача не из лёгких, даже если финансы абсолютно позволяют.
2. Любыми способами за" д и т ь Сомова. .
И если достижение первой цели представлялось реальной проблемой (имей ты хоть миллионы долларов на банковских счетах, серьёзные проблемы со здоровьем иногда не решить даже за такую крупную сумму), то во втором вопросе все представлялось слишком очевидным. Собственно, и вопроса-то никакого возникать не должно.
Медицинское освидетельствование есть. В полиции получили все необходимые доказательства, в том числе и заключение целого консилиума врачей.
В конце концов, поняв, что сделал, тот сам вызвал и скорую, и полицию, и сразу дал признательные показания. Только вот, как выяснилось, через пару часов, пообщавшись с адвокатом, без проблем их забрал. Мол, не имели права допрашивать его без адвоката, а в присутствии такого же подонка, как он, его папаши и, видимо, всех представителей этого семейства, во всяком случае, по мужской линии, запел совсем по-другому.
Мол, всё было по согласию. Сначала позировала, потом сама все предложила.
Правда, вёл себя не слишком уверенно. На меня не решался даже поднять глаз, запинался, краснел, путался в собственных показаниях.
В общем любому опытному следователю сразу стало бы понятно, где здесь правда, но мне непрозрачно намекнули, что Сомов-старший плотно взялся за это дело.
Безусловно, когда папаша депутат от лидирующей партии, имеющий не малый вес в политике, последнее, что ему хочется - это иметь такого сыночка, да ещё и с такой статьёй.
Иными словами, несмотря на наличие очевидных улик, дело будут пытаться развалить всеми возможными способами.
Сначала, естественно, попытались откупиться деньгами. Ещё до встречи в участке со мной созвонился адвокат семейства с вполне конкретным предложением:
- Вы человек деловой, занятой, к тому же сейчас потребуется особенно много времени, сил и денег на лечение Карины. Вся наша семья глубоко сожалеет о произошедшем инциденте и готова предложить любую помощь. Психологи, лучшие врачи, естественно, финансовая сторона вопроса - всё это Олег Евгеньевич Сомов, отец Кирилла, готов взять на себя. Я думаю, разумнее было бы сфокусировать внимание на совместном решении проблемы, чем .... и далее в этом духе.
Больше слушать этот бред я не мог.
- Все проблемы, что вы перечислили - моя забота, и справляюсь я с ними в одиночку, как и всегда. У вашего Олега Евгеньевича одна проблема - плохо воспитанный сынок, который в скором времени на долгие годы окажется там где нужно. Это я вам гарантирую. Если есть желание посодействовать в данном вопросе - милости прошу. Нет? Тогда больше нам не о чем разговаривать.
После того, как обозначил своё бескомпромиссное мнение по данному вопросу, больше подобных звонков мне не поступало. Но уже через пару часов, сидя в отделении, я понял, что они будут делать всё, лишь бы отмазать сыночка.
Ведь держался с Дашей. Всё это время безукоризненно соблюдал дистанцию, как бы сложно это ни было.
Только и оставалось, что высадить её у дома и мчаться в больницу. Помирились с Андреем. Не просто помирились. Я ещё раз убедился, что более верного и надёжного друга мне уже никогда не найти.
Это именно та дружба, что проверена годами, огнём, пулями и приездом по первому звонку, как только понадобится помощь. Ведь обиделся на меня не на шутку.
Может, и не на пустом месте. Может, сразу почувствовал вспыхнувшие между нами с Дашей чувства или, протрезвев, понял в какую дурацкую авантюру ввязался с этим спором.
Так или иначе, почти месяц не разговаривали. Оба понимали, что причин для ссоры нет и оба вели себя, как упрямцы. Но даже в такой ситуации - приехал. Бросил всё, подменился на собственной работе и примчался как только понадобилась помощь.
Второй раз спас Карине жизнь.
Не мог смотреть ему в глаза. Приехал в больницу, надеясь, что уже не застану его там, но как назло столкнулся в самых дверях, когда он уже выходил на улицу, на ходу натягивая пальто.
Улыбнулся, обнял, как и раньше, радушно, от всей души, а я лишь потеснился к стенке, уткнувшись взглядом в собственные ботинки.
- Всё в порядке, состояние стабильное. Прогнозы пока рано делать, но в ближайшее время угрозы жизни нет. Думаю, день-два и её переведут в обычную палату, хотя об этом, конечно, лучше поговорить с лечащим врачом больницы. Я всё, что мог, уже сделал.
Андрей крепко обнял меня, а я даже не мог заставить себя разомкнуть руки и хоть похлопать друга по плечу.
- Не изводи себя, раньше времени. Главное - она жива, всё остальное поправимо. Сердечко подлечим сами, а над душой поколдуют психотерапевты. Я знаком со многими хорошими специалистами, из каких только ям они не вытягивали людей. Справимся. Прорвёмся вместе.
Рассказ "На спор" 32 часть
А еще, в дзене появились донаты. Поддержать автора можно 👉ТУТ👈