― Я же сказал, что справлюсь. Зачем позволил ей увидеть всё это?
Дин не злился, но чувствовал себя крайне неловко. Не хотел, чтобы принцесса видела его таким жалким и беспомощным. Не имел ни малейшего желания напугать её или обидеть. Теперь он даже не мог вспомнить, что именно происходило в его комнате несколько часов назад, а Тео смущённо мялся, подбирая осторожные слова для своих объяснений.
― Господин, я же за вас волновался. Почему опять сердитесь? ― обиженно ответил ему кот.
― Я не сержусь, ― хмуро бросил ему владыка. ― И волноваться нужно было не за меня, а за двух смертных женщин, которых ты здесь бросил. Да, мне было плохо, но не умирал же. А они могут, поэтому их жизни гораздо ценнее моего здоровья. Ладно, забудь. Что сделано, то сделано. Я благодарен и тебе, и им тоже. Чьей идеей было раздобыть холодный хрусталь?
― Принцесса вспомнила, что раньше вы пользовались двумя способами избавиться от излишков драконьей тьмы, и предложила этот, а старая ведьма подсказала, где можно найти осколок.
― Ты хоть цел? Не пострадал, когда добывал его?
― Да где там страдать? Четыре стража без оружия и сонный старейшина с дурацким посохом. Этот кристалл в навершии его посоха был. Я его прямо оттуда стащил, и никто этого даже не заметил.
Упомянутый кристалл лежал теперь на столе и из изначально прозрачного превратился в чёрный. Что ни говори, а этот способ сбросить избыток демонической силы всё же действенный. Дину следовало самому подумать о чём-то подобном. Заранее. Во дворце Яо полно такого хрусталя, и используется он не для благих дел, а владыке демонов сейчас может быть весьма полезен. Жаль только, что иной пользы от них нет, а вреда будет много. Кристаллы накапливают магические силы, а не уничтожают, да ещё и растут за счёт этого. Поглощённая энергия никуда не денется, а если кто-нибудь из демонов наткнётся вдруг на такой накопитель, то и вовсе сгинет без следа.
― Не называй служанку старой ведьмой. Это грубо, ― упрекнул Дин своего друга.
― Она меня облезлым котом называет. Я же не обижаюсь, ― пожаловался Тео. ― Господин, если с вами уже всё в порядке, можно сказать об этом принцессе? Она сильно волновалась.
― Испугалась?
― И это тоже, но она, похоже, не из пугливых, если отказалась прятаться и пришла сюда облегчить ваши муки.
― Я сам её поблагодарю, ― решил владыка. ― Проснулась уже?
― Да она и не спала, в отличие от старой…
― Тео!
― Ладно, молчу.
Перед тем, как предстать перед спасительницей с извинениями и благодарностью, Дин внимательно осмотрел своё помятое одеяние и устранил все его недостатки, чтобы не выглядеть потрёпанным. Ему всё ещё казалось, что Тео чего-то недоговаривает о событиях прошлого вечера, но если молчит один их участник, то другой может оказаться гораздо откровеннее. Эда, например, точно молчать не станет, если её госпожа была оскорблена или обижена.
Над горами ещё только начало появляться зарево рассвета, поэтому во дворце было довольно-таки темно. Принцессу владыка нашёл в большой гостиной ― она стояла у открытого окна, куталась в тёплую накидку и пустым взглядом смотрела на долину внизу, как часто делала это в последние два месяца.
― Ваше Высочество, ― негромко, чтобы не испугать, позвал её Дин.
― Не обращайтесь ко мне так, ― на удивление быстро прозвучал ответ. ― Я не хочу иметь ничего общего с императорской семьёй.
― Ты можешь снять корону, но куда денешь наследную кровь? ― возразил владыка. ― Плохие или хорошие, но они всегда будут твоей семьёй.
Она повернулась к нему, прошлась внимательным взглядом по его лицу и рукам, и задала вопрос, на который у него не имелось ответа:
― Господин Лин, почему боги не услышали вашу просьбу? Вы же просили для своей Юалэ лучшей следующей жизни без страданий и бед. Если у меня её душа, то почему со мной происходят такие ужасные вещи? Я родилась в семье самых лютых ваших врагов и изначально была обречена на предвзятое отношение с вашей стороны. В этой семье меня мало кто любил искренне, а потом они и вовсе пожелали мне смерти. Убили даже мою матушку. Они злые, жестокие и бессердечные. Разве такой должна быть семья счастливого человека?
― Я не знаю, почему всё так, ― признался Дин.
― Зато я, кажется, знаю, ― вдруг заявила девушка. ― Просто во мне нет и крупицы души вашей любимой Юалэ Тай Джун. Я с самого начала была лишь её копией и приманкой для вас, созданной теми, кто желает вам зла. Заберите это. Мне больше не нужны ваши клятвы. Можете убить хоть всех Яо, но перестаньте вредить себе.
Подошла ближе, вложила в его ладонь кварцевый кулон и снова отвернулась, но Дин всё же успел заметить тёмное пятно на шее под её правым ухом. До этого дня принцесса хранила шейный платок своей матери как самую дорогую реликвию, а теперь прикрыла им следы недавнего столкновения с истинным злом. Владыке потребовалось лишь слегка повести рукой, чтобы узел на платке развязался и шёлковая ткань соскользнула с тонкой девичьей шеи вниз. «Боги, да я же чуть не убил её!» ― ужаснулся Дин и шагнул вперёд с намерением исцелить то, что было сотворено его же руками, но девушка сделала такой же шаг в сторону и, продолжая стоять к нему спиной, произнесла:
― Оставьте. И не лечите их, когда я буду спать.
― Почему? ― нахмурился владыка. ― Они же болят. И это моя вина. Почему не разрешаешь всё исправить?
― Хочу, чтобы было больно. Хочу видеть, как тот, кто причинил эту боль, испытывает чувство вины за содеянное. Хочу верить, что вы не такой, как мои родственники, и способны на раскаяние.
«Тео, я тебя прикончу», ― мысленно пообещал Дин своему бестолковому другу, которому прошлым вечером следовало держать эту девушку подальше от личных покоев господина, а не паниковать из-за его плачевного состояния.
― Прости, ― негромко попросил он и обречённо опустил руки.
Понимал, что прозвучавшее только что желание адресовано не ему. Чувствовал, что непрощённые обиды начали перерастать в чистой душе этой юной девушки в жгучую ненависть. Она поступает так, потому что не верит в раскаяние тех, кто принёс ей иные страдания. Ей нужно верить, что в этом мире ещё осталось хоть немного справедливости, а зло наказуемо. Если нет такой веры, то отчаявшийся человек, как правило, вершит возмездие собственными руками и сам превращается в злодея.
― Если я отомщу за тебя и императрицу Селин, разве тебе станет легче? ― спросил Дин, пытаясь придать её эмоциям и мыслям иное направление. ― За одну отнятую жизнь и ещё одну сломанную отниму десятки или даже сотни других. Залью кровью Яо не только императорский дворец, но и весь А-Шуан. Это облегчит твою боль и избавит от обид?
― Вы же всё равно собирались поквитаться с ними, ― напомнила ему принцесса.
― Да. Я жаждал этого два столетия, а сейчас возжелал мести с новой силой, но понимаю, что так не изменю прошлое и не верну к жизни тех, кого потерял. Меня уже считают истинным злом, потому что Яо создали мне такую репутацию. А себя они выставили героями. Если убью их всех, то кто поверит в то, что эта расправа была справедливым возмездием? И твой брат Натан… Он дорог тебе. Сейчас ты зла на весь мир, но если отниму и его жизнь тоже, то позже, когда твой гнев остынет, а обиды улягутся, ты обвинишь меня в жестокости и назовёшь бессердечным чудовищем. Если не убью его, то он найдёт убедительные оправдания для своих поступков и снова назовёт меня злом, а ты примешь его сторону, ведь он твой брат, а я ― всего лишь демон. Живу дольше, понимаю больше и должен знать, когда нужно остановиться, но всё равно пролил слишком много человеческой крови. Виноватым снова буду я. А если позволю тебе свершить правосудие собственными руками, то позже, опомнившись, ты скажешь, что я должен был остановить тебя, а не потакать. С какой стороны ни посмотри, виновным всегда останется злой демон, а его жажда справедливого возмездия будет названа кровожадностью и врождённой ненавистью к людям. Я до сих пор и пальцем не тронул ни одного Яо не потому, что об этом попросила ты. И даже не потому, что их общая магия очень ценна для поддержания магического равновесия в основе мира. Их легко заменить, ведь они не единственные обладатели магических сил. Ту важную миссию, которую они выполняют, можно поручить любому клану из Датхао, где много практиков, которые почтут за честь считаться противовесом зла. Я не мщу Яо и ничего не предпринимаю лишь потому, что за моей спиной теперь стоит весь народ демонов. Моё возмездие, названное ужаснейшим преступлением, станет причиной для обвинений в адрес всех, кто живёт в Лунной Долине и находится под защитой владыки демонов. Люди и так не считают их достойными существования, а станет ещё хуже. Весь мир поднимется против нас и тоже назовёт это справедливым возмездием. Можешь представить, каким будет итог? Если барьеры падут, а демоны озлобятся, то чем в конце концов обернётся моё желание поквитаться с Яо за их грехи?
― Получается, что смерть моей матушки так и останется безнаказанной? ― разочарованно произнесла принцесса.
― А кого ты хотела бы наказать? Можешь перечислить? Зная, что эти твои родственники умрут лишь потому, что ты так захотела, можешь назвать их имена? Твой дед Норан, отец Оуран, дяди Кай, Ми Ян и другие. Братья и сёстры. Они все виновны. Если не обобщать и не называть виноватыми всех Яо, а конкретизировать твои претензии, кому именно ты сейчас желаешь смерти? Если произнесёшь их имена, через час я принесу тебе головы всех упомянутых. Этих слов уже нельзя будет взять назад, как и вернуть отнятые жизни. А когда поймёшь, что погорячилась, раскаяния за эту боль от меня не жди. Это будет пятном только на твоей совести.
Она повернулась и устремила на него возмущённый взгляд.
― Хотите выставить злодейкой меня?!
― Нет, это ты хочешь превратить меня в злодея, чтобы потом можно было свалить твои грехи на мои плечи. Так не получится, Ваше Высочество. Меч в руке убийцы не принимает решений, не чувствует вкуса крови и не сожалеет о том, что пролил её. Он всего лишь меч. Если хочешь, чтобы я стал твоим мечом, то будь готова к тому, что убийцей в данном случае будешь именно ты. Со всеми вытекающими из этого сожалениями и прочими неприятными последствиями.
Она задумалась. Подняла с пола платок матери и снова повязала его вокруг шеи. Вернулась к окну, но смотрела теперь не на начавшую желтеть долину внизу, а на светлеющие над горами дождевые облака. Дин счёл, что разговор окончен. Даже если после его слов Мирена Яо и не захочет отказаться от мести, то хотя бы подумает теперь о последствиях. Он уже хотел уйти, когда вдруг услышал:
― Вчера вам было очень плохо. Господин Лин, вы когда-нибудь задумывались о том, что станет с Лунной Долиной и вашими подданными, если вы исчезнете из этого мира или превратитесь в дракона, который не захочет кого-либо защищать, кроме себя самого?
― Конечно, ― ответил он. ― Если ты видела мою встречу с воплощённым божеством в тот день, когда я убил свою жену, то должна была слышать и его слова. Демоническая аура Лунной Долины является следствием того, что в основу мира проникла божественная сила разрушения. Проще говоря, наш мир начал стареть и разрушаться. Боги Занебесья не станут вмешиваться, ведь такова судьба всех миров. Полубоги тоже не могут остановить это, но способны замедлить процесс, если будут внимательно следить за балансом магических сил. Я лишь помогаю им, хотя и не обязан это делать. Если исчезну или превращусь в дракона, им просто придётся приложить чуть больше стараний и усилий для того, чтобы сдержать растущее здесь зло. Внутренний барьер, сотканный из моей духовной силы, тоже исчезнет, но бессмертные наверняка придумают способ создать новый. Не исключаю, что он будет даже лучше этого. По сути ничего не изменится, если найдётся кто-то другой, кто будет пресекать рост тёмной ауры вместо меня. Опасным будет лишь тот промежуток времени, на протяжении которого Лунная Долина останется открытой и без присмотра, а в целом мир из-за моего исчезновения не рухнет в одночасье. Просто наступят сложные для смертных времена. И раз уж ты об этом заговорила, то буду откровенен до конца. Я не стану драконом. Давным-давно, когда размышлял о возможности такой перспективы, пришёл к выводу, что дракон с моей демонической силой и моими обидами не оставит в этом мире вообще ничего живого. Я запечатал эту часть своей сути так, что она не проявится до следующего моего перерождения. Тео склонен к преувеличениям. Сам испугался и вас напугал. Я благодарен тебе за участие, заботу и помощь, но если мне вдруг снова станет плохо, то просто держись подальше, хорошо? Не хочу испытывать чувство вины за вред, причинённый неосознанно.
― Что значит «следующее перерождение»? ― заинтересовалась девушка. ― Вы же бессмертный.
― И что? Бессмертие не означает вечную жизнь. Оно состоит из цикла перерождений, как и у простых смертных, но при этом сохраняется возраст, опыт и память о всех прожитых жизнях. Таким образом период небытия является не смертью в полном смысле этого слова, а лишь временным пребыванием в абсолютно бестелесной форме. Прекратить существование бессмертного полностью могут только Великие Боги или добровольная жертва.
― То есть убить вас всё-таки можно, пусть и временно?
― Хочешь попытаться?
― Нет. Хочу понять, насколько далеко вы способны зайти в своей откровенности.
Дин усмехнулся.
― И какую же именно из моих тайн ты хотела бы знать?
Она немного помолчала, глядя на него испытующе, и спросила:
― Почему вы никак не отреагировали на мои слова о том, что я не ваша Юалэ, а лишь похожая на неё подделка? Уже догадались сами? Или не хотите верить в то, что такое возможно? Если можно подделать небесный указ, то создать человека-фальшивку тоже проще простого, верно же? Взять любого младенца и наделить его внешностью и характером того, кто давно уже мёртв. А если так, то вы должны сейчас злиться не только на Яо, но и на небожителей, ведь обмануты именно ими, потому что Великие Боги не стали бы тратить своё бесценное время на подобные ухищрения. И если всё понимаете, то не допустите, чтобы планы ваших врагов воплотились в жизнь. Вы никогда и не собирались соглашаться на выполнение моего небесного указа, верно? Просто играете мной, как забавной игрушкой. Тщательно продумываете каждый ход и наблюдаете за моей реакцией, потому что мне известны правила этой игры, а вы о них можете только догадываться. Располагаете к себе заботой и искренностью, чтобы ослабить мою бдительность, заставить меня размякнуть и воспользоваться этой слабостью в своих интересах. Поучаете. Указываете на мои ошибки. Не навязываетесь, но при этом всегда находитесь где-нибудь поблизости, чтобы я чувствовала себя защищённой, но и была всё время у вас на виду. Для вас я лишь бездушная кукла с внешностью вашей возлюбленной, так ведь? Меня можно дёргать за ниточки сомнений и желаний, направляя на путь, выбранный вами, а не мной. Хотите услышать, какая из ваших тайн мне особенно интересна? Хорошо, я скажу. Я хочу знать, что вы намерены сделать со мной, когда выйдете из этой игры победителем. И как поступите, если проиграете. Готовы быть настолько откровенным?
«Она теперь тоже сомневается в подлинности небесного указа. И ей нужны гарантии безопасности», ― понял Дин, а вслух ответил:
― Я не играю чужими жизнями. И то, что происходит сейчас, это не игра, как тебе могло показаться, а война. Вне зависимости от того, кто выйдет из неё победителем, жертв избежать не получится, и кто-то уже пожертвовал тобой. Мне безразлично, фальшивка ты или настоящая. В первую очередь ты живой человек. Я спас тебя не для того, чтобы погубить. Тебе нельзя оставаться в Лунной Долине слишком долго, потому что демоническая аура впитается в твои кости, отравит душу и станет причиной того, что в новой и следующих жизнях ты сможешь быть только демоном. Этого не случится за год или два, но через пять или десять лет влияние на тебя разрушительной силы будет уже необратимым. А если верну тебя в А-Шуан, найдёшь ли там пощаду? Когда захочешь уйти, просто выбери любое место на карте, и я доставлю тебя туда без возражений. Мир боевых искусств Датхао, северные земли или пески южных пустынь ― можешь выбрать прямо сейчас. Тебе не нужно ждать моей победы или поражения. Это твоя жизнь, и я не стану ограничивать её в своих интересах. Я лишь предоставил тебе временное убежище и постарался, чтобы оно было достаточно комфортным. Не жду ни благодарности, ни понимания. Один мудрый человек сказал, что птице нужно небо, чтобы расправить крылья, иначе она превратится в курицу и закончит свои дни в супе. Он говорил о тебе, и я полностью с ним согласен. Даже сейчас ты не лишена свободы и выбора, а остаёшься здесь потому, что веришь в подлинность небесного указа. Я тоже не знаю, настоящий он или нет. Сомневаюсь, потому и не хочу бездумно ему следовать, обрекая тебя на новые страдания, а себя ― на сожаления. Можешь считать это эгоизмом, я не против. Иди отдыхать. Не спала ведь всю ночь, а вчера перенервничала. Так и заболеть недолго.
Она постояла ещё несколько минут, глядя ему прямо в глаза так, словно хотела сказать или спросить ещё о чём-то, но промолчала и действительно ушла в свою комнату. Провожая её взглядом, Дин подумал о том, что ему не следовало давать ей выбор сейчас, когда она обижена на своих родственников. Если принцесса захочет вернуться в А-Шуан, чтобы мстить, а владыка демонов откажется принять такое её решение, то станет в её глазах лжецом. Невелика потеря на самом деле, ведь доверия между ними и так нет, но всё же…
― Господин, ― негромко позвал его Тео, который всё это время бестелесной тенью прятался в самом тёмном углу гостиной, а теперь снова принял человеческий облик. ― Господин, я кое-чего не понимаю. Вы сказали ей, что убийство Яо поднимет против Лунной Долины весь мир и приведёт к катастрофе.
― Да, сказал, ― подтвердил владыка. ― И это чистая правда.
― Но если мы сделаем то, что собираемся, то вину ведь тоже свалят на демонов, ― заметил кот.
― Именно так, ― согласился Дин. ― И это станет очевидным доказательством того, что мои решения тоже не всегда бывают правильным. Поэтому мы не будем так поступать. У меня есть другая идея, никак не связанная с кровопролитием. И так мне больше не придётся доводить себя до приступов, поглощая демоническую силу сверх меры.
― Но для вас это безопасно? ― заволновался Тео.
― Конечно, ― с улыбкой ответил ему владыка и хлопнул своего друга по плечу. ― Я же в ответе за всех демонов, помнишь? Просто хочу сделать то, чего от меня никто не ждёт. Клянусь, что вернусь целым и невредимым, а на результат мы с тобой посмотрим вместе.
― Куда вы снова уходите? Ещё ведь не восстановились полностью. А если…
― Никаких «если» не будет, ― заверил его Дин. ― Оставляю принцессу на тебя. Не обижай её. И не называй Эду старой ведьмой.
Тео сник, тяжело вздохнул, но продолжить возражения не осмелился.
― Хорошо. Буду вести себя достойно и защищать вашу драгоценную принцессу даже ценой своей жизни, если потребуется.
― Вот и славно, ― подытожил Дин.
Он задержался в большой гостиной ещё ненадолго ― встретил рассвет нового дня с надеждой вернуться в Лунную Долину ещё до заката. В Небесных Пределах владыку демонов никто не ждёт. Рады ему там не будут. А то, что он намерен сказать надменным полубогам, и вовсе вызовет их гнев, но это единственный способ решить назревшую проблему, не проливая людскую кровь, не жертвуя невинными и не обрекая демонов на несправедливые обвинения. Это самый правильный путь. В конце концов именно полубоги должны следить за балансом магических сил, а не Дин Лин или смертные Яо. Это обязанность Небесных Пределов, а не тех, кто живёт под облаками. Вот пусть и задумаются наконец-то над тем, как будут выкручиваться, если никто не захочет им помогать.
Продолжение следует...