Секретный город в недрах Урала: как я искал «атомный рай» за пятью метрами колючей проволоки

— Слышь, отец, ты туда не суйся. Там даже у сосен есть инвентарные номера, — старик на заправке усмехнулся, глядя на мой запыленный внедорожник.
Я промолчал. В нашем возрасте любопытство — это единственный способ не превратиться в мебель перед телевизором. Мне всегда хотелось увидеть эти «ЗАТО». Города-призраки, которых нет на обычных картах, но которые десятилетиями решали судьбу планеты.

Здесь навигатор умирает, а интуиция начинает шептать: «Разворачивайся!»

Пять метров между утопией и зоной

Навигатор «ослеп» за 15 километров до цели. Экран просто превратился в белое пятно. Дорога внезапно сменилась: вместо разбитого асфальта — идеальные бетонные плиты, по которым машина идет как по маслу. Тишина такая, что слышно собственное дыхание.

И вот он — Периметр.
Три ряда колючей проволоки «Егоза», контрольно-следовая полоса и вышки. Это не тюрьма, хотя выглядит именно так. Это город физиков. Закрытый мир, где за забором прячут «изделия», способные стереть с лица земли пару континентов. Я припарковался в 300 метрах от КПП.

Специфический запах: пахнет хвоей, морозным озоном и какой-то пугающей, почти хирургической стерильностью. Никакой рекламы, никаких ярких вывесок. Только строгие формы 1947 года.

Советский Эдем под охраной. Город, где шторы на окнах у всех кажутся одинаковыми.

Счастье по спецпропуску

Я разговорился с одним «бывшим» из местных. Он прожил там 30 лет и до сих пор с тоской вспоминает тот «атомный рай».
— Понимаешь, — говорил он, нервно затягиваясь, — мы жили как у Христа за пазухой. Квартира за пару лет, финские сапоги в магазине, икра по праздникам. Пока вы там в очередях за синей курицей бились, мы не знали, что такое дефицит.

Но была цена: ты не мог позвать друга на день рождения без разрешения КГБ. Ты не мог просто так купить билет в Крым. Твоя жизнь — это почтовый ящик и бесконечные подписки о неразглашении.

Я смотрел на эти вышки и думал: а ведь мы часто путаем порядок со свободой.
Знаете, я много где бывал. Когда я трясся трое суток в плацкарте до Владивостока и слушал мат проводника про «диких» пассажиров, я думал — вот она, настоящая Россия. Неумытая, злая, но живая. А здесь... Здесь всё слишком правильно. До тошноты.

Куда уходит тишина

На обратном пути я проезжал мимо обычных поселков. Там, за хребтом, доживает свое совсем другая реальность — поселки-призраки, про которые государство просто забыло.

У каждого свой забор. Кто-то внутри него ищет спасение, а кто-то снаружи — свободу.

Горький вывод: в «запретке» тебя контролируют до трусов, а в поселках-призраках — бросили умирать. И я до сих пор не знаю, что из этого страшнее: когда тебя слишком сильно «берегут» или когда ты на хрен никому не нужен.

А вы бы смогли так? Променять право ехать куда глаза глядят на спецпаёк, чистые улицы и пятиметровый забор с охраной? Или наш привычный бардак всё-таки роднее?