Мурчин, похоже, просто так не желала терять самообладание. Она улыбнулась и медленно вышла из комнаты Раэ. Встала в дверях, и принялась с лукавой насмешкой рассматривать Рансу, который по-прежнему сидел на лавке и вертел в руках старые башмаки.
-А я удивлена не меньше вашего, - сказала Мурчин, - тоже думала, что после умбры меня ничто не удивит. Но чтобы принц крови полез куда-то под лавку перебирать какое-то барахло… да еще нашел невесть что… сколько народу ищет, чем бы вам угодить, а, оказывается, вон что вам нужно! Похоже, самым главным фаворитом для вас может стать старьевщик!
Рансу перевернул башмаки носками кверху:
-О, смотрите-ка, на носке этого ботинка новая дратва! Любопытно, кто у нас такой рукастый, что может починить обувь без сильфов? Прямо приятно видеть неточную человеческую руку в действии…
-Ах, сколько простора для вашего воображения! – рассмеялась Мурчин, - мне, конечно, больше любопытна умбра, а не эти старые башмаки… ваше высочество, может, поговорим о ней?
-А чего о ней говорить? – отмахнулся Рансу, - я бы, конечно, вам изложил мои догадки, но что в замен? Вы будете по-прежнему крутить хвостом и утверждать, что Фере тут нет, а между тем – вот оно, неопровержимое доказательство!
И Рансу вытащил из ботинка комок сфагнума.
-Ух ты какое неопровержимое! – воскликнула Мурчин, - мох в башмаке! Ну все, вы меня раскусили, если в старом задрипанном башмаке мох, то Фере точно жив! Какой четкий и неопровержимый ход рассуждений! Может, еще пороетесь и найдете под лавкой самого Фере?
-А в этом нужды нет, - сказал Рансу, - я почти что его нашел. Башмак – ссохшийся, но частично разношенный. Однако даже ссохшийся он разносился настолько, что великоват тому, кто его носил. Фере невысокого роста. У него должна быть небольшая нога. Вот он и подкладывал мох. Ну и поскольку он из неизбалованных, то был способен подлатать дратвой состарившийся башмаков.
Затем Рансу вытащил из обуви стельки, которые Раэ выстриг из рогожи у Хетте. Из хорошей рогожи, отчего ему было перед Хетте немного стыдно, но иначе он бы не смог ходить в такой заскорузлой обуви, у которой еще и подошва первое время была горбом.
-Какой вы сказочник, - сказала Мурчин, - оказывается, мой Фере где-то вырыл могилу колдуна из ковена Ледяное Зеркало, разул его и рассекал в этих кошмарных опорках! А я и не знала!
-О, вы много чего не знаете о Фере, - усмехнулся Рансу, - что ж, будете крепче спать, как говорят семикняжцы… им же надо хорошо спать, верно? И спальное место у них должно быть обустроено основательно…
Он постучал кулаком по лавке.
-Вы бы ему еще одно одеяло принесли, что ли…
-Спасибо за деликатный совет. Одеяло – для покойника!
В это время Раэ ощутил под ногами легкий плавный толчок и увидел, как сквозь магическую пелену зарешеченных окон стал меняться едва приметный цвет неба…
-Вот мы и поднимаемся выше, - проговорил многозначительно, но при этом нарочито ровным голосом Рансу, - на ту высоту, на которой простецу снаружи просто не выдержать…
-Ну, не выдержать, так не выдержать, - хмыкнула Мурчин, - мне-то какое дело.
-Угу… значит, вы его через решетку не вытаскивали. Это предположение можно отбросить, - сказал Рансу.
-Вместе с этими глупыми башмаками.
-Нет, эти неглупые башмаки я заберу с собой…
-Да как вам угодно. Будем считать, это мой дар вам за спасение от умбры. Хотя я могла бы вас отблагодарить чем-то более красивым.
-Но не правдой о Фере.
Тем временем пол башни опять сделал легкий толчок. Раэ на всякий случай оперся о стену. И мысленно обругал мягкий ковер гостиной. Эх, выйти бы сейчас вслед за Мурчин, но этот приметливый принц сразу заметит ямки от его следов на ковре!
-Во-от, - протянул Рансу, - летим-летим… скоро будем в Леатавии… а как, кстати, мой будущий комтур относится к тому, что мы летим потрошить его соотечественников? Я, конечно, не могу сейчас спросить его лично, но вы-то, наверное, уже вели с ним подобные беседы?
-Оставим пока ваши фантазии о том, что Фере все-таки жив… но как же вы любите расшвыриваться должностями своего несуществующего ковена… ковена, который вы не имеете права создать без разрешения канцлера и согласия государя… этрарка из дремучего угла у вас мейден, покойный простец из Семикняжия у вас комтур…Знаете, я в детстве играла с вашим братцем в «магистры-мейден». Кажется, тогда, когда он научился делать более-менее складные куличики из мокрого песка и без рева… После общения с ним, вы, наверное, захотели того же самого? Вы опоздали лет на пятнадцать!
Рансу усмехнулся, поставил на пол ботинки и поднял с лавки красную книгу, которая косо валялась на покрывале.
-Зачем ты его изводишь такими книгами? – спросил он.
-Вы так говорите, будто знаете о Фере всю подноготную, - фыркнула Мурчин, - а на самом деле общались-то только один вечер и то очень давно! Думаю, вы опять на его счет что-то нафантазировали, а ваш братец вам помог. Уж у него-то тоже с мечтательностью все в порядке!
В это время Раэ опять ощутил мягкий толчок под ногами, и увидел, как молочная завеса за окном темнеет и как бы густеет, теряя не только прозрачность, но и проницаемость.
-А все-таки выделите ему побольше одеял, - сказал Рансу, поднимаясь со скамьи, - мы поднимаемся все выше и выше. Холод все равно будет проницать эти стены… как бы вы не прогревали свои покои, сударыня огненная ведьма. Побольше одеял и поменьше скабрёзных книжонок.
Он нагнулся и подобрал ботинки.
-Кстати, спасибо, что не сочиняете на ходу, как у вас в покоях оказались ботинки мертвеца столетней давности. Наверняка это одна из забавных историй, в которые любит влипать Фере. Думаю, скоро я буду и так знать о ней все. Я понимаю, что вы мне не доверяете. И я бы на вашем месте тоже бы мне не доверял. Но… что ж, я постараюсь завоевать ваше доверие.
Рансу встал в дверях и глянул на черное пятно, которое расплылось посреди чайной столовой.
-Я так понимаю, вы бы не хотели, чтобы в ваши внутренние покои наведывались следователи? Хорошо. Я никому не скажу, что тут есть умбра… Чем меньше людей будет видеть ваши новомодные ковры, тем лучше.
-Однако как я тогда себя обезопашу? – спросила Мурчин, - я уже смирилась с тем, что мне придется приглашать сюда следователей. Хоть даже братьев Ривов.
-И подставите Фере под удар? Не надо сюда никаких ищеек.
-Но мне подбросили умбру! Умбру!
-Я догадался, кто это сделал. Я же сказал. Не бойся, этой ведьмы уже нет в башне.
-Откуда ваше высочество знает?
-Я бы сказал тебе больше, но ты должна это заслужить. Откровенность за откровенность. А то будет нечестно. Ты мне не показываешь почти раскрытого Фере, а я тебе должен буду вот так за здорово живешь рассказать тайны государственного уровня. Я буду часто к тебе наведываться, чтобы проверять, как умбра себя ведет. Кинжал, конечно у тебя, если что, очертишь им барьер вокруг тени и тотчас позови меня… Но лучше будет, если я сам буду наведываться почаще и следить, чтобы она спала…
-Ах ты… ваше высо… а не вы ли…
-Ну спасибо тебе за такие предположения. Я магией аахарнов не владею. И владеть чем-то подобным не собираюсь. Я для этого себя слишком уважаю. И да: у меня что, нет других способов войти к тебе во внутренние покои? Только застращать тебя умброй? Тогда я бы не давал тебе кинжал.
-Так это сделал кто-то из Аахарна? И он был в моих покоях!
-Ну да, у тебя в покоях проходной двор. Разве что мне тут запрещено появляться, - прыснул Рансу, - но я это исправлю…
-У меня кто-то был в покоях из Аахарна!..
-Поздно бояться! Пакость уже сделали! Ладно, я пошел. Меня наверняка уже хватились. Не провожай… И да, ты сейчас платье менять будешь? Надеюсь, у тебя будут юбки поуже.
-А это еще зачем?
-Мы с тобой вольту танцуем, забыла? Где твоя бальная книжка?
-Ах да!
Мурчин схватилась за запястье и принялась вытряхивать из рукава какую-то безделушку.
-Да… вольту… с вами…
-Вот именно. Тягать мне тебя целую стражу в двендацати подъюбниках… и над головой тебя крутить… Адский танец! Вечно все эти юбки на ушах у меня висят, дышать нечем! Руки отваливаются… ненавижу вольту!
-В отличие от многих ваших партнерш по танцам я могу сама висеть в воздухе, - хмыкнула Мурчин, - ваши руки могут отдохнуть.
-А вот этого не надо, чтобы я тебя подбросил, а потом крутил головой, под каким фонарём ты висишь!
Принц прошел через чайную столовую, наступил на тень и как будто этого не заметил. В дверях из столовой в гостиной он остановился, как о чем-то вспомнив. Резко развернулся, взмахнул рукой, от чего над ней появилось голубоватое свечение.
-Угу… альвы по-прежнему с Фере. Я так и думал.
По столовой на ковре россыпью искорок засветились альвовы песчинки. Рансу постоял и вышел. Мурчин перевела озадаченный взгляд на Раэ.
Продолжение следует. Ведьма и охотник. Звзездная Бешня. Глваа 58.