Фэнтези за фэнтези.

Негу, не веря своему счастью, что-то пробормотала, и кораблик увеличился до величины небольшой супницы для пиршеств. -Невероятно! – воскликнула Игаунни, - он… он… Негу, ты… -Да я и сама не ожидала! – воскликнула Негу. -Ну, что ж тогда не так? – спросила Мурчин, - вот же – все в порядке. Если вам надо убедиться окончательно, предлагаю вам забрать это судно, выйти наружу и… Раэ ощутил укол под грудиной, раздался странный скрип, Негу и Игаунни хором ахнули. -Это еще что? – воскликнула Мурчин, а Игаунни поспешно схватила со стола маленькую лодочку, вернувшуюся в тот же размер, что и раньше...

По виду этих двух ведьм было понятно, что они бы разорвали Мурчин на клочки, не будь она им так нужна. И в глазах Негу даже мелькнул торжествующий огонек, когда обе ведьмы стали на ноги. Пепельноволосая ведьма стояла к Раэ спиной, но он увидел, как у той несколько поникли плечи, да и дрогнувший голос, с каким она велела этим ведьмам встать, указывали, что она становится заложницей положения. -Но… могу ли я вам верить, что вы мне изложите нужные сведения? – спросила Мурчин, - вдруг я вам помогу,...

-Так значит… в том куске, что был у тебя в ванной, нашлась плохая магия? – Раэ пришлось сделать вид, что он нуждается во подтверждении того, что он и так знал. Ведьма коснулась его щеки, оглаживая. -М-да… кто бы мог подумать, что ты меня убережешь лучше, чем сто охранников. Вот что значит, когда любишь… становишься таким внимательным ради того, кого любишь… -Да хватит тебе говорить такое! – рассердился Раэ, - не до этого сейчас! -И то верно, - улыбнулась Мурчин, совсем на него не рассердившись, - мне сейчас понадобится твоя помощь, невидимка...

Ох и не хотелось Раэ рассказывать Расаласу, где он ночевал! Зато у него был повод, стряхнув с себя перья, засыпать вопросами ликанобойцу в кафтане колдуна из ковена «Огненный мост» и сияющим от здоровья лицом, хоть и все еще худым, с ввалившимися щеками, но уже без синяков. - … Да – мыло, - сказал Расалас и самодовольно повертелся, - а что поделаешь? Пришлось воспользоваться… Ликанник рассказал о том, что причиной его выздоровления оказался тот самый злосчастный кусок мыла, который проделал свой извилистый и непредсказуемый путь из носового платочка Мирари к нему...

Мурчин оставила постель с Раэ парить над потолком, а сама слетела вниз, накинула на себя утреннее платье и чепец. Раэ мог наблюдать сверху за тем, как Варсис отвесил своей нанимательнице поклон и в самом деле попросил об отставке за то, что не уследил за ее покоями, в которые проникли все шкодливые нахалки. Но, как предполагал Раэ, на настоящую отставку Варсис не рассчитывал, потому, как Мурчин тотчас принялась его оправдывать перед ним же самим: -Что вы, сударь Варсис! Вы посильно справляетесь...

-А тебе зачем знать? – пропела Мурчин, - уж не собираешься ли ты сам… -Чего-о? -Ты все еще помнишь, что тебя убьет, если ты подступишься к филактерии? -С чего ты взяла, что я тоже собрался по твою филактерию? – изумление Раэ было неподдельным. -В тот день в веренциарии был еще и ты. Тот, кого этот сумасшедший Бриуди не учел. Кто тебя знает? Может, у тебя сейчас в голове безумный план… ну… не знаю… сбежать от меня и захватить филактерию? Атлас-то ты смотрел, как подсказал Бриуди. -Да я просто тебя спросил, раз уж к слову пришлось! – возмутился Раэ, - вообще-то мне все равно...

-Мурчин, там в приёмной стоят Негу и Игаунни, - донесся сквозь сон до слуха Раэ вкрадчивый голос Наравах, - обе в платьях для принесения извинений. -Ну и пусть постоят, - промурлыкал тихий голос Мурчин совсем над ухом Раэ, - так им и надо. Хорошо, что на этот раз они обе хотя бы в платьях… Иди-иди… не мешай… -Еще кое-что, - опять донесся издалека голос Наравах, и прояснившийся слух Раэ почему-то словил его так, будто медиала говорила откуда-то снизу. -Ну? -Там еще Мийя. Нет, она не в приемной. Она у дверей в покои...

Ох и разговор после этих слов вышел с Моди! Раз у ж к слову пришлось, Раэ рассказал разведчику, что уже принял решение убить Мурчин даже после того, как она отведет беду от Семикняжия. Пришлось рассказать при этом разведчику об утреннем сватовстве ведьмы и о ее намерениях воспользоваться теми возможностями, которые рисовала перед собой Мурчин, когда станет сударыней Наура-Олмар. -И ты об этом молчал? – изумился Моди, - мы тут с тобой целый день то сходимся, то расходимся, и ты молчишь о самом главном!...

-Не имеет значения, - пожал плечами Моди, - рано или поздно Бриуди поймет, что те, кто должен был установить портальные выходы, сожжены. Не стало подпольщиков? Что ж - пошлет за Засечную Черту кого-нибудь другого. О, у него есть в ковене прекрасно обученные отряды, чтобы спешно высадиться и действовать на нашей земле! Разумеется, когда они разрабатывали планы по установке порталов, они учли и то, что их не смогут установить по нашу сторону. И придется через границу пробираться кому-то еще. Да, им придется сложновато, потому как они не местные, придется действовать в спешке...

УВАЖАЕМЫЕ ЧИТАТЕЛИ, следующая глава выйдет 24 марта 2026 года, и автор с этого числа вернется к порядку выкладки глав по четным числам. Увы, весенний авитаминоз из-за выхода из полярной ночи дает о себе знать...

Раэ так похолодел от этих слов Моди, что альвы тревожно запищали у него на шее, а Сардер беспокойно подался на разведчика. Что такое сказал этот дядька, от чего пульс на шее у его друга так быстро и сильно забился? -Но… но их же предупредили, что не надо идти! Их же предупредили! – выкрикнул, не помня себя Раэ. Моди взял Раэ за плечо, мягко, но требовательно тряхнул, чтобы охотник взял себя в руки и слушал. -Так-то оно так. Князья и их воеводы предупреждены. Но… знаешь, что при этом происходит на границе? И это видят не только князья...

На лице Итсар, каком-то несвежем для ведьмы, и как будто несколько припорошенным не то пылью, не то мукой, не отразилось никакого изумления от невероятного вида Оникса. Она лишь пожала плечами как тот, кто привык встречать неприятности и больше ничего иного от жизни не ждет. Ведьма развернулась, показав сутулые плечи, и двинулась было по коридору, но Моди ее остановил. -Предложи своего фамилиара Игни. Итсар остановилась и подняла на Моди свои тусклые усталые глаза. Вот теперь сквозь их тусклость сверкнуло удивление...