Сидя в машине Жорик наблюдал, как Савва выходит из клуба и, закутавшись в куртку от пронзительного ветра, направляется к джипу. Оборотень плюхнулся на сидение и шумно выдохнул, стряхивая снег с плеч.
- Итак, что мы имеем, - его глаза в полумраке салона на мгновение блеснули неестественным желтым светом. - В городе осталось всего двое Ловцов. Как раз те крысы, что выкрали коргорушу. Остальные давно снялись с насиженных мест, и ушли в более хлебные края. Не думаю, что скрутить их будет большой проблемой, я таких на завтрак ем. Но и расслабляться нельзя. У этих уродов всегда припасены «игрушки»: ловушки, сети с иглами, сонный порошок... В общем, всякая дрянь, которая может сильно подпортить шкуру. Нужно быть запредельно осторожными.
- Где они обитают? - коротко спросил Жорик. Ему было плевать на опасность.
- Промзона на окраине, за старыми очистными, оборотень сплюнул в окно. - Там есть заброшенный кирпичный завод. Район - хуже не придумаешь, даже полиция туда лишний раз не суется.
- Съездим на разведку?
- Конечно. Нужно понаблюдать за входами, вычислить, когда Ловцы уходят, когда возвращаются… - ответил Савва, поворачивая ключ в замке зажигания. Машина рванула с места, разрезая снежную пелену и направляясь в сторону темных силуэтов заводских труб, которые виднелись на горизонте.
Через двадцать минут мужчины оставили джип в тени покосившихся бетонных плит и двинулись к массивной кирпичной пристройке.
Вдруг Савва резко остановился и выставил руку, преграждая Жорику путь.
- Тсс… Смотри… - едва слышно прошептал оборотень.
Жорик осторожно выглянул из-за угла. Из тяжелой железной двери вышли двое. Те самые «родственники» Леночки, которые так умело притворялись людьми. Сейчас, в свете тусклого уличного фонаря, их лица казались серыми масками. Ловцы закинули на плечи тяжелые рюкзаки, которые несли в руках и, не оборачиваясь, скрылись за углом здания.
- Видать, на дело пошли, - прищурившись, хмыкнул Савва. - Подождем пару минут и пойдем, посмотрим, что эти твари прячут.
Выждав время мужчины, вышли из своего укрытия. Подойдя к двери, они увидели массивный навесной замок. Оборотень обхватил его пальцами, и со скрежетом легко сорвал с петель.
- Фу… Ох и запашок… - протянул он, первым переступая порог. - На что уж я ко всему привыкший, но Ловцы — существа на редкость нечистоплотные. Воняет как на помойке!
Они медленно двинулись по бесконечному коридору. Свет фонарика выхватывал из темноты то обрывки старых газет, то пустые консервные банки, то какие-то ржавые инструменты. Пройдя через огромный пустой цех, Савва и Жорик снова уперлись в небольшую железную дверь.
Не сбавляя темпа, волк обошелся с этим замком так же бесцеремонно, как и с первым. Металл жалобно звякнул, отлетая в сторону, и оборотень первым вошел в небольшую комнату.
Жорик посветил фонариком, и у него невольно вырвался вздох отвращения. Голые кирпичные стены, заляпанный жиром стол с завалами грязной посуды, подобие кровати из наваленного тряпья и старый шкаф с одной оторванной дверцей, которая уныло висела на одной петле.
- Если они зарабатывают столько денег на контрабанде существ, почему живут как бомжи? - искренне удивился он, стараясь ни к чему не прикасаться.
- Это одна из особенностей Ловцов, - проворчал Савва, разгребая носком ботинка кучу мусора в углу. - У них пунктик на накоплении. Они экономят на каждом вдохе, выживая в таких вот крысиных норах. А когда «норма» выполнена, они просто исчезают - улетают в теплые страны, покупают виллы и безбедно доживают свой век под чужими именами. Паразиты, что с них взять. Да и грязнули они редкостные, я же говорю.
Савва вдруг замер, его плечи под курткой напряглись, а ноздри хищно затрепетали. Он повел носом, буквально впитывая воздух этой зловонной комнаты.
- Что такое? - Жорик мгновенно подобрался. – Что ты чувствуешь?
- Здесь кто-то есть… - голос оборотня стал глухим, почти рычащим. - Живое существо…
Он в два шага преодолел расстояние до шкафа и, не церемонясь, рванул единственную уцелевшую дверцу. Та с треском слетела с петель.
- Твою ж мать! - вырвалось у Саввы.
Жорик направил луч туда фонарика, и у него буквально отвисла челюсть. Оборотень за шкирку, как котенка, вытащил на свет маленькую девочку лет пяти.
Несмотря на слой грязи на щеках и спутанные светлые волосы, выбивающиеся из-под засаленной вязаной шапки, девчушка была удивительно миловидной. Огромные, цвета грозового неба глаза смотрели на незваных гостей с такой смесью ужаса и дикой, звериной злобы, что Жорику стало не по себе. На ней была взрослая куртка, явно не по размеру, подвязанная каким-то обрывком веревки, а облысевший помпон на шапке смешно подрагивал от того, что дрожала сама девочка.
- Кто это? - Жорик перевел ошарашенный взгляд с ребенка на Савву. - Ловцы что, похитили её?
Тем временем, аккуратно удерживая ребенка, оборотень внимательно всматривался в тонкую детскую шейку, видевшуюся из-за воротника куртки.
- Кхм… - наконец, тяжело вздохнул он. - Нет, парень. Её не похищали. Это Ловец. Вернее, их щенок. Кровь от крови. Метки на ее коже уже начали проявляться.
Девочка вдруг оскалилась, и Жорик заметил, что её зубы слишком острые для человеческого ребенка. Малышка не плакала, не просила о помощи - она ждала момента, чтобы вцепиться в руку Саввы.
- И что нам с ней делать? Мы не можем оставить её здесь.
- Не оставим, - задумчиво потер подбородок Савва, разглядывая метки на шее девочки. - Заберем с собой. А Ловцы сами придут за своим «щенком».
Он подхватил малышку на руки и та мгновенно начала вырываться, рыча как дикий звереныш, пытаясь вцепиться в его руки. Но так как это было бесполезно, вскоре девочка притихла. Она лишь тихо шипела и поскуливала, изредка бросая на Савву полные злобы взгляды.
Когда они вернулись к машине, оборотень усадил малышку на заднее сидение. Она тут же вжалась в угол, следя за каждым их движением.
- Будешь плохо себя вести, откушу уши, поняла? - рыкнул оборотень, но малышка никак не отреагировала. Лишь угрюмо смотрела на него исподлобья.
* * *
Первые лучи холодного рассвета несмело заглядывали в окна, окрашивая комнату в бледно-синеватые тона. Плотнее закутавшись в шаль, Теодора заварила кофе и закурила, выпуская тонкую струйку дыма, которая смешиваясь с паром от чашки, потянулась к потолку.
На лестнице послышались шаги, и в гостиную спустилась Изольда. Её лицо было припухшим, а глаза красными.
- Ты чего так рано? - Тео даже не обернулась, узнав дочь по походке.
- Не могла уснуть… - Изольда потянулась к кофейнику. – Всё думала…
- И чего надумала? - хмыкнула Яга, стряхивая пепел прямо в блюдце.
Но ответить Изольда не успела. Тишину утра разрезал звук подъезжающего автомобиля.
- Наши вернулись, - женщина встрепенулась, доставая из буфета чашки. - Наверное, голодные, пойду завтрак соображу…
Хлопнула входная дверь и через минуту в проеме показался Савва.
- Что уже случилось? – нахмурилась Теодора, внимательно глядя на оборотня.
- У нас проблема, - он отошел в сторону, пропуская вперед Жорика.
Тот вошел, крепко держа за воротник куртки маленькое существо. Девочка, грязная, в нелепой шапке, едва касалась ногами пола. Стоило ей увидеть женщин, как она выгнулась дугой и издала такое громкое шипение, что Яга выронила сигарету. Она медленно встала с кресла, опираясь на трость, и протянула:
- Пробку из ряски водяному в зад… Вот тебе кикимора и хрен на полушку…