Глухой звук, раздавшийся откуда-то снизу, из-под тяжелых дубовых половиц, заставил чайные ложечки в чашках мелко задрожать. Изольда, нервы которой и так были натянуты до предела, вскочила с места и бросилась к двери.
- Вернулись! Наконец-то!
Остальные тоже замерли, в ожидании глядя в темноту прихожей. Первым в гостиную вошел Алексей. Следом появилась Яга.
- Ну что? Как всё прошло? – Савва с интересом подался вперед. - Удалось договориться с Вороном Вороновичем?
Лёха ответил не сразу. Он медленно обвел всех хитрым взглядом, а потом выдернул руки из-за спины. В них тускло блеснули две фляги, покрытые странной вязкой росой.
- Вот она. Водичка!
По комнате пронёсся выдох облегчения. Но тут Яга громко кашлянула, привлекая к себе внимание. Когда все головы повернулись к Тео, она сказала:
- Рано радуетесь, касатики. Ворон - птица гордая и жадная. Он не просто так воду дал… а потребовал привести к нему всех Ловцов, которые есть в городе. Всех до единого. Справимся ли мы с такой задачей?
В комнате снова повисла тишина.
- По крайней мере, постараемся, - первым нарушил молчание Савва. – А так как времени у нас в обрез, я сейчас же еду в город. Через своих узнаю, сколько этих уродов сейчас в городе обитает. А там уже будем решать, как их брать.
Жорик, который до этого сидел неподвижно, глядя в одну точку, тяжело поднялся с дивана.
- Я с тобой, Савва. Не могу здесь больше находиться. Когда я что-то делаю, кажется, будто и время идет быстрее, и спасение Леночки не за горами. А здесь я просто медленно схожу с ума, думая о том, что с коргорушей.
Савва, только молча, кивнул, понимая, что Жорику сейчас жизненно необходимо чувствовать себя полезным. Мужчины оделись и вышли из дома. Вскоре за окном взревел мотор, и звук отъезжающего автомобиля растаял в снежной пелене.
Теодора налила в большую кружку крепкого кофе, и только было присела в любимое кресло, как с улицы послышалось троекратное карканье. Через минуту на карниз опустился огромный ворон. Его глаза светились мутным желтым светом, а в мощном ключе был зажат свиток, перевязанный кожаным шнурком. Тео нахмурилась и, поднявшись, открыла створку. Коротко каркнув ещё раз, пернатый посланник уронил свиток прямо ей в руки. Как только Яга развернула пергамент и пробежала взглядом по ровным строчкам, с её языка сорвались проклятия.
- Что там, мама? - Изольда подошла ближе, холодея от недоброго предчувствия.
Но Яга швырнула свиток на стол и снова что-то зашипела на языке Нави. Дочь взяла его и прочла вслух:
- «Ведьме Теодоре, урожденной Ягой. По велению Трёх Оков и Высшего Круга. Запрещаем тебе чинить препятствия и вставать меж Юлией, Ведающей Руны, и Гавром, Собирающим Жатву. Союз сей предрешен на изнанке миров и мил Сердцу КОВЕНА, ибо сплетает он нити сущего в единый узор. Потомство от сего союза станет Плодом Равновесия - Тем, кто удержит Небо над Бездной. Ибо в крови их воплотится сила Созидания и мощь Разрушения, что станет единственным залогом спокойствия в Трёх Мирах: Яви, Нави и Прави. Всякое вмешательство будет караться разрывом связи с Источником. КОВЕН».
Лёха резко повернул голову на Юлию. Она была бледнее снега, бушующего за окном. Дрожащей рукой Юля заправила выбившийся локон за ухо и едва слышно прошептала:
- И что теперь?
Тем временем Изольда опустила взгляд ниже. Там, под официальной печатью Ковена, мелкими буквами, было добавлено: «В полночь жених явится за невестой, чтобы пройти обряд соединения. Будьте готовы».
- Гавр придёт за тобой в полночь… - она посмотрела на подругу. – Чтобы провести обряд соединения.
Услышав это, Юлия резко вскочила на ноги и бросилась вверх по лестнице.
- Ты куда?! - крикнула вслед Изольда.
- Я уезжаю! - донеслось сверху вместе с грохотом открываемого шкафа. - Не собираюсь подчиняться этим дурацким приказам! Пусть Ковен провалится со своим Гавром в самую преисподнюю. Где им и место!
Лёха стоял неподвижно, но под кожей парня ходили желваки. Он медленно сжал кулаки.
- Дорогая теща… - растерянно протянул Олег Викторович, переводя взгляд с сына на Ягу. - Нужно как-то помочь Юле. Неужели вы не в состоянии этого сделать? Неужели нет другого выхода?
Яга тяжело вздохнула, опускаясь в кресло.
- Выход здесь один. Обряд соединения нельзя провести над тем, кто уже соединен. Магия Ковена не ляжет на чужое клеймо.
- Что ты имеешь в виду? - Лёха нахмурился, в его глазах вспыхнул опасный огонек.
- Юлька должна быть замужем, - отрезала Теодора, в упор, глядя на дочь.
Изольда же испуганно уставилась на сына. Она понимала, к чему клонит мать.
- Нет… - выдохнула женщина, качая головой. - Нет, я не позволю! Тео, это безумие!
- Хватит! - Алексей резко прервал мать, и в его голосе зазвучал металл. - Это дело касается только нас двоих.
Он окинул женщин грозным, колючим взглядом и быстро пошел на второй этаж. Изольда закрыла лицо ладонями, и бессильно опустилась на диван. Яга отвернулась к огню, пылающему в очаге. И только Олег Викторович, сохранивший удивительное для этой ситуации спокойствие, поправил очки и негромко поинтересовался:
- Что значит «Собирающий Жатву»? Звучит мрачновато…
- А это, мой дорогой зятек - огромная проблема, - Теодора всё-таки повернулась к ним. - Таким званием может наделить только Высший Круг Ковена. Жнец способен пробивать бреши в миры низших духов и высасывать оттуда сырую, темную энергию. Но эта сила хаотична, она пожирает своего носителя изнутри. А Юлия - Ведающая. Её рунические формулы - идеальны. Она может создать структуру, которая обуздает этот хаос. Понимаешь? Юлька - огранка для его дикой мощи. Вместе они смогут открывать такие двери, которые были заперты с начала времен.
Внезапно Изольда подняла голову:
- Но разве званием «Собирающего Жатву» наделяют просто так? Чтобы заслужить такое «повышение» от Ковена, нужно либо принести великую жертву, либо совершить благое дело... Мама, неужели слухи о том, что кто-то из Высшего Круга его родитель это не просто сплетни? Неужели Гавр действительно «золотой мальчик» Ковена, которому всё преподносят на блюдечке с кровавой каёмочкой?
Яга криво усмехнулась.
- Кровь - не водица, Изольда. Если за Гавром действительно стоит кто-то из Ковена, то этот брак не просто прихоть, а способ легализовать его право на место среди членов. А ведь никому из вас не было пожаловано звание за спасение Ковена… Разве не благое ли это дело?