Глава 24
Тех двух мужчин, которые приходили каждый день обедать, я заметила сразу. Обычно они занимали столик, который обслуживал Николай. Я любила наблюдать за его работой, если выпадала свободная минутка. Работал парень виртуозно: движения чёткие, улыбка искренняя, а в глазах — живой интерес к каждому гостю. Казалось, он не просто выполнял обязанности официанта, а участвовал в каком-то изящном танце, где каждый шаг продуман и отточен.
Мужчины, которых я прозвала «постоянными гостями», были абсолютно не похожи друг на друга. Один блондин, с аккуратной стрижкой, высокий, другой, брюнет, чуть ниже блондина, с длинными волосами. Они не были богато одеты, было видно, что они с работы. Приходили всегда в одно и то же время, ровно в 13:15, заказывали недешевые блюда, но заканчивали всегда кофе без сахара и одним пирожным на двоих. Разговаривали тихо, почти шёпотом, не привлекая внимания других посетителей.
Николай, несмотря на свою лёгкость в общении, с ними держался особенно внимательно. Он не перебивал, когда они делали заказ, запоминал все детали с первого раза.
– Красиво работаешь – сказала я как-то ему.
– Это большая практика, у тебя тоже получится, но нескоро.
У меня и правда не все получалось. После смены так болела спина, а ноги я вообще не могла разогнуть. Помню свой первый рабочий день, я лежала на раскладушке и плакала. Но не потому, что все болело, просто я испугалась, что не смогу работать на следующий день.
Но девятнадцать лет! И этим все сказано. Утром я встала как новенькая и отработала нормально, хотя спина и ноги также болели. Но однажды, когда пришли те двое, их столик был занят, им пришлось сесть за мой.
- Добрый день! – подошла я к ним. – Слушаю вас.
Тот, что блондин смотрел что-то в телефоне и даже не поднял голову
– Борис, тебе первое заказывать
– Угу – пробурчал он.
– Тогда два борща, два стейка с овощами, кофе без сахара.
– У нас сегодня к кофе очень вкусные миндальные пирожные, не очень сладкие, но к кофе в самый раз.
– Хорошо, нам одно на двоих, попробуем, сладкое мы оба не жалуем.
– Я поняла.
Работала я быстро, но когда ставила чашечку кофе перед блондином, она поехала на блюдце, и кофейная капля, словно маленькая чёрная жемчужина, сорвалась с края, оставив на белоснежной скатерти тёмное пятно.
Блондин, погружённый в телефон, вздрогнул и поднял глаза. Его взгляд скользнул по скатерти, затем — на меня. В глубине голубых глаз мелькнуло что-то: не раздражение, а скорее лёгкое удивление, будто он никак не мог поверить, что такая мелочь способна нарушить его сосредоточенность. Я перестала дышать, эти глаза, глубокого синего цвета, губы, такие, такие... Я была красная как рак
— Простите, — пробормотала я, хватая салфетку. — Сейчас всё уберу.
Он слегка улыбнулся — так, что у меня ёкнуло сердце.
— Ничего страшного, — голос у него оказался низким и мягким, с едва заметной хрипотцой. — Это всего лишь кофе.
Я принялась аккуратно промокать пятно, стараясь не смотреть на него. Но краем глаза всё равно замечала: светлые волосы, аккуратно уложенные, тонкий профиль, длинные пальцы, сжимающие ручку маленькой чашечки. Он снова склонился над телефоном, но я чувствовала, что он не так уж поглощён им, как хочет показать.
В ресторане в это время всегда было шумно: звенела посуда, переговаривались посетители, шипел парогенератор кофемашины. Но за этим столиком вдруг возникло странное ощущение уединения, будто нас окружила невидимая стена.
— Вы здесь работаете? — неожиданно спросил он, не поднимая головы.
— Да, — я выпрямилась, положила салфетку на блюдце рядом с чашкой. — Уже третий месяц.
Он, наконец, посмотрел на меня — внимательно, изучающе, но без навязчивости.
— И как, нравится?
Я пожала плечами:
— В целом да. Нравится атмосфера, люди… Хотя иногда бывает непросто.
— Понимаю, — он отодвинул чашку, откинулся на спинку стула. — Работа с людьми всегда требует терпения.
Мы помолчали. – Еще раз извините за мою оплошность и заходите еще.
– Нам нравится здесь: тихо, уютно и хороший кофе.
Я невольно улыбнулась:
— Рада, что вам нравится.
Он кивнул, снова взглянул на телефон, но потом вдруг выключил его.
– Я могу угостить вас кофе – сказал блондин
– Нет, я на работе, извините
– И присесть вам нельзя, чтобы поговорить?
– Нет, конечно. Хорошего дня, мне пора. Собрав все со стола, я стала удаляться.
Сердце сделало ещё один кувырок. Я оглянулась, а этот Борис смотрел вслед
– Спасибо – сказал он – все было очень вкусно.
– Господи, – думала я тогда, идя с полным подносом посуды – зачем ты даешь мужчинам столько красоты? А потом сама себе отвечала – Наверное, затем, чтобы ты, такие дуры, как я, теряли дар речи.
Теперь эти двое садились только за мой столик, и мы уже улыбались друг другу, как давние друзья
. Их появление стало для меня маленьким ежедневным праздником — я заранее приводила в порядок скатерть, расставляла приборы чуть аккуратнее обычного и невольно поглядывала на входную дверь, ожидая знакомых силуэтов.
— Добрый день, — подходила я к ним с улыбкой, стараясь скрыть радостное волнение. — Вам как всегда?
— Да, пожалуйста, — кивал Борис, и его глаза на мгновение задерживались на моём лице.
Раньше он почти не замечал меня: уткнувшись в телефон, машинально делал заказ, отвечал односложно. Но теперь всё изменилось. Борис не смотрел в экран смартфона, а внимательно изучал меню, будто впервые его видел и заказывал блюда, глядя прямо на меня. Его взгляд был тёплым и открытым, а лёгкая улыбка заставляла моё сердце биться чаще. Григорий, его друг, мило улыбался и добавлял – Мне то же самое.
Я светилась от счастья. Какой же он был красивый! Высокий, стройный, с правильными чертами лица и этими пронзительными синими глазами, в которых, казалось, можно утонуть. Мне в нем нравилось все. Каждый их приход превращался в маленький спектакль, полный едва заметных жестов и взглядов. Я ловила себя на том, что жду этих мгновений: как Борис слегка наклоняет голову, слушая меня; как одобрительно кивает, когда я рассказываю о новых блюдах, как они с другом смеются над какой-то своей шуткой, а потом включают меня в разговор парой фраз.
В такие минуты ресторан для меня наполнялся особым светом. Будто не просто два гостя пришли пообедать, а старые друзья заглянули в гости — и этот миг, хрупкий и драгоценный, согревал меня на весь оставшийся день. Наконец, мой рабочий день был окончен.
Вечер уже окутывал город, фонари зажигались один за другим, будто робкие звёзды. Я вышла из ресторана, устало поправляя шарф, и вдруг замерла.
У незнакомой машины, чуть в стороне от освещённой дорожки, стоял Борис. В руках у него была одна-единственная роза — алая, с каплями вечерней росы на лепестках. Он поднял глаза, увидел меня и улыбнулся так, что у меня перехватило дыхание.
— Вы кого-то ждёте? — тихо спросила я, сама не веря, что это происходит со мной.
— Да, вас, — просто ответил он. — Пойдёмте, я провожу. А то уже поздно.
Мы пошли рядом, и каждый шаг казался мне чудом. Ветер больше не казался холодным, огни города сверкали, как в сказке, а в груди разливалась такая тёплая, светлая радость, какой я не испытывала никогда прежде. Это были самые счастливые моменты в моей жизни.