Предыдущая часть:
К утру понедельника пёс заметно ожил, отлежался и теперь при виде своей спасительницы радостно махал хвостом. Понемногу начал пить и есть. Павел даже выносил его во двор ненадолго, чтобы Дунай — Вера решила назвать его именно так — справил нужду: пачкать подстилку пёс наотрез отказывался. Уходя на работу, Вера была уже почти спокойна: Дунай точно дождётся её.
А в то же утро на окраине посёлка, в придорожных кустах, притаилась небольшая машина. Глаз бы сразу определил в ней дорогую иномарку, но таких ценителей в Тарасовском отродясь не водилось. Зато женщина, которая с утра бродила по деревенским улочкам, сразу бросалась в глаза. Высокая, одетая с иголочки, с ярко-красным чемоданом наперевес. Она уже постучалась в третьи по счёту ворота, пытаясь снять комнату. Это была Лариса, которая, вопреки уверенности Дениса, никуда не улетела. По дороге в аэропорт её саму ограбили: какие-то типы в форме, изображавшие полицейских, остановили машину, отобрали всё — деньги, вещи, телефон — и высадили на окраине города. Лариса кое-как добралась до своей тачки. Стало ясно: их уже ищут. И тогда она решила залечь на дно в самом, как ей казалось, надёжном месте. Об этом посёлке она узнала случайно, когда ещё в начале их романа следила за матерью Дениса. Валентина Ивановна тогда исправно моталась сюда раз в месяц, в старый бабкин дом, где теперь обосновалась Вера. Лариса смекнула: здесь, в этой глуши, даже участкового днём с огнём не сыщешь. А связать бухгалтера крупной строительной фирмы с такой дырой никому и в голову не придёт.
— Чего тебе? — из очередной двери, куда постучалась Лариса, высунулась длинноносая старуха, окинув её подозрительным взглядом. — Ты из собеса, что ли?
— Нет, я комнату ищу, снять. Вы не сдаёте случайно? — как можно приветливее спросила Лариса. — Мне очень нужно.
— И чего ты забыла в нашей глухомани? — прищурилась бабка. — Тут тебе ни театров, ни ресторанов. Красотами, что ли, любоваться?
— Да понимаете, нервный срыв у меня, — с готовностью принялась врать Лариса. — Врачи прописали полный покой и тишину. Вот я и подумала: где же ещё отдыхать, как не в таком месте, где даже мобильный не ловит? А у вас тут, случайно, гостиницы нет?
— Ага, и ресторан при ней, и кинотеатр, — хрипло расхохоталась старуха. — Только учти, удобства у меня, можно сказать, деревенские. Никаких тебе излишеств.
— Да мне без разницы, — отмахнулась Лариса.
— Глафира Тарасовна меня зовут, — представилась бабка, всё ещё с сомнением разглядывая незваную гостью. — Ладно уж, проходи, раз договорились. Но сразу предупреждаю: на полный пансион не надейся. Готовить сама будешь, убирать тоже. Прислуги тут отродясь не водилось.
— Я и не рассчитывала, — слегка опешила Лариса от такого напора, но в дом всё же прошла, пригнувшись под низкой притолокой. Внутри, к её удивлению, оказалось довольно просторно и, главное, тепло. Бабка что-то бормотала себе под нос, а Лариса подумала, что, в принципе, устроилась неплохо. Однако приехала она сюда не только ради тишины. Она хорошо помнила, что Валентина Ивановна не просто так таскалась в эту глушь. Значит, здесь есть что-то, какой-то секрет. Лариса рассчитывала незаметно обыскать Верин дом и найти компромат на бывшую свекровь. Из обрывков разговоров своих грабителей она поняла, что нападение заказала именно мать Дениса. Теперь нужно было обезопасить себя, раздобыв что-то серьёзное на эту женщину, но пока она не представляла, как подобраться к дому Веры.
— Ну что у тебя тут, Белова? — в группу детского сада, где Вера возилась с малышами, вошла заведующая Надежда Петровна.
— Всё в порядке. Вот только Лёша Громов… — Вера инстинктивно втянула голову в плечи, понимая, что сейчас последует разнос.
— … опять рисует всякие ужасы, — перебила заведующая. — Вот именно об этом я и хотела с тобой поговорить. Громовы на тебя жалобу написали. Ты зачем к ним приставала с расспросами?
— Но он же постоянно рисует один и тот же сюжет: большой чёрный дом и старуху с клюкой, — растерянно развела руками Вера. — Это же ненормально, Надежда Петровна! Наверное, ему нужна помощь психолога, а они и слушать не хотят.
— Вера, — голос заведующей стал жёстче, в нём зазвенели металлические нотки. — Послушай меня внимательно. Лёша — проблемный ребёнок, его взяли из приюта. Что там с ним было до Громовых, мы можем только догадываться. Сейчас у мальчика период адаптации, и твоё дело — не лезть с советами. Пожалуйста, оставь ребёнка в покое. И родителей не трогай. Все вопросы, связанные с ними, решай только через меня. Договорились?
— Хорошо, — тихо ответила Вера. — Я поняла.
— Ты пойми, — уже мягче, почти доверительно сказала заведующая, — Громовы в посёлке недавно, но у них связи в районной администрации. Ссориться с ними себе дороже.
Вера молча кивнула. Это был первый раз, когда Надежда Петровна говорила с ней почти на равных, объясняя подоплёку. В душе затеплилась робкая надежда, что здесь, в этой глуши, её когда-нибудь примут за свою, не прогонят, даже если правда о её прошлом когда-нибудь выплывет наружу.
Вечером к ней снова заглянул Павел. Дунай уже пробовал вставать, и они вдвоём осторожно вынесли его на улицу. Пёс немного походил, но быстро выдохся. Обрабатывая раны, Павел внимательно посмотрел на Веру:
— Что-то вы сами не своя. Случилось что?
— Заведующая отчитала, — вздохнула Вера и, махнув рукой, рассказала ему про странные рисунки Лёши Громова.
— Да уж, принесла нелёгкая этого Громова с его семейкой, — неожиданно зло отозвался Павел. — Он тот ещё тип, между прочим. Знаешь, где работал раньше? Есть в городе строительная контора, «Олимп» называется. Так вот, он там начальником охраны был.
— Надо же, — задумчиво протянула Вера. — Какое совпадение…
Это была та самая фирма, где трудился её бывший муж. В голове сразу зароились мысли: знаком ли Денис с Громовым, и что означает переезд начальника охраны в такую глушь? Чутьё подсказывало: всё это неспроста.
Ночью Вера долго ворочалась, провалилась в тревожный сон, а очнулась от хриплого, надрывного лая Дуная. Кто-то с силой ломился в дверь. В ужасе она закричала, и тут же раздался знакомый, ненавистный голос:
— Открывай по-хорошему, и собаку свою уйми, а не то выломаю дверь к чёртовой матери!
— Денис? — изумлённо выдохнула Вера, не веря своим ушам. — Ты что здесь делаешь?
Дверь с треском распахнулась, и бывший муж ворвался внутрь. Не говоря ни слова, он схватил Веру за горло и с силой прижал к стене. Она даже пикнуть не успела, а Дунай, попытавшийся заступиться, с жалобным визгом отлетел в угол. Денис, с перекошенным от ярости лицом, сверлил её бешеным взглядом.
— Что случилось? — прохрипела Вера, с трудом выталкивая слова.
— Я сразу понял, что это твоих рук дело, — зашипел он, сдавливая горло сильнее. — Кому ещё понадобилось меня так подставлять?
— Ты о чём? — изумилась Вера, чувствуя, как темнеет в глазах. — Мы полгода не виделись! Я ничего не понимаю…
— Ты дождалась, пока я обналичу все деньги, а потом подстроила ограбление, — наседал Денис, прожигая её взглядом. — Надо было сразу догадаться. Хорошо, времени подумать было достаточно, пока я добирался до твоей паршивой деревни на перекладных. В это забытое богом место даже автобусы ходить не хотят! Я в кустах просидел, всё обдумал. И теперь понял: ты здесь слишком уж удобно устроилась. Что, решила, никто не заподозрит?
— Денис, да объясни ты толком, в чём дело?! — закричала Вера, пытаясь вырваться.
— Где мои деньги? — он угрожающе рванулся к ней, но она и так была прижата к стене. — Ты же знала всё: коды, пароли. Могла спокойно сговориться с Ларисой. Вы, бабы, всегда договоритесь. Облапошили меня вдвоём, а теперь веселитесь тут, в глуши, на мои кровные?
— Денис, ты бредишь? — Вера смотрела на него с ужасом и непониманием. — Какие коды? Какая Лариса?
— Не прикидывайся дурочкой! — взревел он и снова набросился на неё, схватив за плечи. — Ты всё украла, а теперь ещё корчишь из себя невинность. Думала, тебе это с рук сойдёт? Сначала скажешь, где деньги, а потом сдохнешь!
Она закричала что есть мочи. Дунай в углу надрывно лаял и скулил, но не мог пошевелиться. Денис, навалившись, начал угрожать чудовищными пытками, и Вера почти потеряла сознание от страха и боли. И вдруг хватка ослабла, собака умолкла, а Денис с глухим стуком рухнул на пол. Над ним стоял Павел, заломив ему руки за спину, и встревоженно смотрел на Веру, которая, стоя на коленях, растирала саднящее горло.
— Ты в порядке? — быстро спросил он. — Услышал крики аж от своего дома.
— Странно, что Нюся не прибежала, ей же ближе, — машинально заметила Вера, пытаясь отдышаться.
— Ну, тут уж каждый сам за себя, — философски заметил Павел.
— Как ты его скрутил-то? — непонимающе глядя на корчащегося Дениса, спросила Вера. — Он же не слабак, в спортзал ходит. Что за приёмы такие? Ты что, в спецназе служил?
— Нет, — покачал головой Павел. — Буйных пациентов тоже надо уметь успокаивать, это я за годы работы в интернате хорошо усвоил.
— Ты… — вдруг прохрипел с пола Денис, с ужасом глядя на Павла. — Этого не может быть… Ты же умер!
— Какие люди, — криво усмехнулся Павел. — А ты бы этого хотел, да, Белов? Не вышло меня тогда уничтожить до конца.
— Мне сказали, ты мёртв… — Денис таращился на санитара как на призрака, потом неожиданно дёрнулся, вывернулся из захвата, вскочил и пулей вылетел в дверь. Никто не стал его удерживать.
Павел, не спеша, подошёл к Дунаю и принялся осматривать его раны. Вера, всё ещё трясущимися руками, обнимала собаку за шею и сквозь слёзы рассказывала Павлу, как пёс пытался её защитить.
— Да уж, Дунай точно лучше бывшего мужа оказался, — тихо произнёс Павел. — Сколько вы лет вместе прожили?
— Почти десять, — всхлипнула Вера.
— А что за история между вами? — спросила она, помолчав. — Почему он считает, что ты мёртв?
— Ты, выходит, не знала? — Павел горько покачал головой. — Странное, дурацкое совпадение. Больше десяти лет назад твой муж, будучи пьяным, сбил насмерть двоих на тёмной улице — женщину и ребёнка. Это были моя жена и дочь. Я тогда работал ведущим хирургом в городской больнице, много обещал, карьера в гору шла. Пропадал сутками на работе, а жена одна по тёмным улицам с ребёнком ходила…
— И почему же он не понёс наказание? — поразилась Вера. — Это же уголовное преступление!
— О, ты бы видела, какой спектакль тогда разыграла его семейка, — усмехнулся Павел. — Отец пустил в ход все свои связи. Ты, кстати, была с ним знакома?
— Нет, он умер ещё до того, как мы с Денисом встретились.
— Папаша там был очень влиятельный, — продолжил Павел. — К суду нашего «героя» уже практически оправдали. Мол, ему за рулём стало плохо, и не от алкоголя, хотя в первичных документах был отказ от освидетельствования, да и сам виновник на ногах не стоял. Пошли в ход липовые медицинские заключения, справки о том, что моя жена и дочка чуть ли не сами под колёса бросились. В общем, я искал правду, а потом просто не сдержался, набил морду этому гаду. Итог — меня объявили сумасшедшим, уволили, оболгали на всю округу.
— Знаешь, это очень похоже на то, что сделали со мной, — тихо сказала Вера и коротко пересказала свою историю.
— Но почему ты стал санитаром? — спросила она.
— Врачебную комиссию мне бы ни за что не пройти, — признался Павел. — Какое-то время вообще не работал, сдавал квартиру в городе, а жил здесь. А когда немного пришёл в себя, устроился санитаром. Там требования минимальные, постояльцы тихие, а главврач в пансионате — мой бывший сокурсник, рискнул взять. Больше никто бы не взял человека с такой репутацией.
— Да уж, похоже, это их семейный стиль, — вздохнула Вера. — Не знаю, что теперь делать. Он ведь наверняка вернётся. Деньги какие-то требовал… Я так поняла, он обокрал работодателя и пытался сбежать.
— Ого, вот это новости! — усмехнулся Павел. — А знаешь что? Я предлагаю тебе с Дунаем пока пожить у меня. Ну, хотя бы не ночевать одной.
— Спасибо, — кивнула Вера. — Я второй раз такое просто не переживу.
— Но, честно говоря, не думаю, что Белов вернётся, — задумчиво сказал Павел. — Он, по-моему, всерьёз принял меня за призрака. Не поверил, что перед ним живой человек. И хорошо. Пусть считает, что его кара настигла.
— Интересно, куда он теперь подастся? — размышляла вслух Вера. — Я поняла, у него всё отобрали: и деньги, и имущество. Ему просто некуда идти.
— Ну, может, к мамочке своей поползёт, — зло ответил Павел. — Давай, собирай всё, что нужно на ночь, и пойдём. Нечего тут рассиживаться.
Продолжение :