Предыдущая часть:
Ранним утром работник фермы, торопившийся на утреннюю дойку, увидел у берега реки тело женщины. Это была Татьяна. Прибывшие эксперты установили, что смерть наступила от удара о воду при падении с большой высоты. Следователи пришли к выводу, что женщина бросилась в воду с железнодорожного моста, проходившего над рекой. Телефон отца всё так же был недоступен, сколько Лена ни набирала знакомый номер. Татьяну хоронили всей деревней, провожая в последний путь.
Из близких родственников у Елены осталась лишь двоюродная бабушка, сестра её покойной бабушки. Та жила в маленькой квартире в соседнем рабочем посёлке. Она-то и забрала осиротевшую девочку к себе. Через три года Лена окончила школу и отправилась покорять город, поступать в институт. Однако поступить с первого раза не получилось — не хватило набранных баллов. Но возвращаться обратно, в пустой деревенский дом или в тесную бабушкину квартирку в посёлке, она не захотела. Решила остаться в столице и найти работу. С её яркой, запоминающейся внешностью устроиться оказалось несложно — она стала официанткой в престижном, дорогом ресторане. Вместе с новой подругой, тоже официанткой, они снимали однокомнатную квартиру, и Лена начала готовиться к поступлению на следующий год.
На работе она держалась с посетителями подчёркнуто вежливо, но холодно, соблюдая дистанцию. Никаких знаков внимания, комплиментов и ухаживаний от мужчин она не принимала, а самым настойчивым поклонникам неизменно говорила, что у неё есть парень. Но однажды в ресторане появился самоуверенный сердцеед, который решил во что бы то ни стало добиться расположения неприступной красавицы. Этим мужчиной оказался тридцатилетний бизнесмен Константин. Он впервые увидел Лену, когда зашёл поужинать с деловым партнёром. Красивая официантка сразу привлекла его внимание, и он попытался узнать её телефон, но девушка сухо ответила, что не даёт номер своего телефона всем желающим. Такой отказ лишь подогрел интерес Константина. В следующий раз он явился в ресторан уже в компании эффектной блондинки, которую представил как свою жену. После этого Лена стала вести себя с ним ещё более сдержанно и холодно. Привыкший к женскому вниманию, успешный и уверенный в себе мужчина никак не мог смириться с таким положением дел.
В один из вечеров, перед самым закрытием, он снова пришёл в ресторан и специально сел за столик, который обслуживала Лена. Девушка молча принесла меню и уже собралась отойти, но Константин жестом остановил её.
— Лена, — начал он с самоуверенной улыбкой, глядя ей прямо в глаза, — вы знаете, наверное, ещё не родилась та женщина, которая отказала бы мне в такой невинной просьбе. Как вы смотрите на то, чтобы после работы немного прогуляться по ночному городу? Я могу показать вам такие красивые места, о которых вы даже не подозреваете.
— Меня совершенно не интересуют прогулки с женатыми мужчинами, — ровным, спокойным голосом ответила Лена, давая понять, что тема закрыта. — Что будете заказывать?
Константин лишь усмехнулся про себя. Он и не таких завоёвывал, причём без особых усилий. Среди его знакомых и близких подруг были и актрисы, и художницы, и известные спортсменки, и модели. Эта провинциальная девушка поначалу казалась ему лёгкой добычей. Но он ошибался. Лена упорно отвергала его приглашения, не реагировала на комплименты и щедрые обещания, которыми он щедро сыпал. Её искренняя, не наигранная неприступность заводила Константина всё сильнее. Он и сам не заметил, как влюбился по-настоящему, и осознал это лишь спустя несколько месяцев, ближе к новогодним праздникам. Тогда он принял решение серьёзно поговорить с Еленой. Зная, что она заканчивает смену поздно ночью, он подкараулил её у служебного выхода.
— Лена, нам нужно серьёзно поговорить, — преградил он ей путь, когда девушка вышла из ресторана.
— А вас, кажется, жена дома заждалась? — насмешливо поинтересовалась Лена, даже не думая останавливаться.
— Хватит уже ломаться! — вспылил Константин, теряя терпение. — Я же прекрасно знаю, что ты из провинции, из обычной деревенской семьи, а строишь из себя невесть какую леди.
— Во-первых, мы с вами не переходили на «ты», — ледяным тоном отчеканила Лена, останавливаясь и в упор глядя на него. — А во-вторых, настоящая леди на такого, как вы, даже не посмотрит. Как, впрочем, и любая уважающая себя провинциалка вроде меня.
— И почему же это? — оскорбился мужчина.
— Хотя бы потому, что вам явно не хватает сообразительности, — отмахнулась Лена от него, как от назойливого насекомого. — Я вам уже говорила: вы не в моём вкусе. Но вы настолько уверены в собственной неотразимости, что просто не способны поверить моим словам. Похоже, вы привыкли, что все вокруг вам льстят и врут, но от меня вы этого не дождётесь.
В этот момент к ресторану подъехало вызванное Леной такси. Девушка, не прощаясь, быстро села в машину и уехала, оставив Константина в полной растерянности. Он не знал, как подступиться к этой несговорчивой красавице. К тому времени он уже навёл о ней справки и знал практически всё: что у неё почти не осталось родственников, что она снимает квартиру с подругой и готовится к поступлению в институт. Ему было совершенно непонятно, почему эта девчонка отказывается от того, о чём другие на её месте могли бы только мечтать. Ведь он мог бы помочь ей с поступлением, снять отдельную квартиру, обеспечивать её. Но Лена не давала ему ни единого шанса даже заикнуться об этом. Весь его богатый арсенал средств обольщения терпел фиаско. Он перепробовал уже всё. Оставалось только одно: взять её измором, заставить, наконец, выслушать и поговорить откровенно. Решив действовать именно так, Константин начал появляться в ресторане чуть ли не ежедневно, стараясь попадать именно на смены Лены, чтобы она постепенно привыкла к его присутствию.
И, как это ни странно, его настойчивость неожиданно принесла свои плоды, хотя и совершенно неожиданным образом. Он случайно стал свидетелем сцены, которая многое объяснила ему в поведении девушки. В тот день он, как обычно, пришёл пообедать, сел за столик к Лене и сделал заказ. Через некоторое время за соседний столик присел мужчина лет пятидесяти, прилично одетый, с дорогими часами на руке. Константин, делая вид, что увлечён едой, краем глаза наблюдал за Леной. Он заметил, как она внезапно побледнела, узнав нового посетителя, и как без сил опустилась на стул рядом с его столиком.
— Папа? — растерянно выдохнула она, не веря своим глазам.
— Дочка... — мужчина жалко и виновато улыбнулся. — Ты... ты здесь работаешь?
Лена быстро взяла себя в руки, но внутри у неё всё кипело. Она отметила, что отец выглядит вполне благополучно: дорогой костюм, элитные часы, да и обед в таком ресторане мог позволить себе далеко не каждый.
— Да, работаю, — холодно подтвердила Лена. — Но обслуживать тебя я не буду. Позову другого официанта. Только сначала я хочу тебе сказать: ты поступил с нами с мамой подло и мерзко.
— Доченька, ты даже не представляешь, что нам с Кирой пришлось пережить, — заговорил отец виноватым тоном. — У неё беременность тяжёлая была, потом сын родился слабеньким, больным. Мы по больницам его таскали, лечили...
— Вот как? — усмехнулась Лена. — Значит, теперь ты хочешь всё свалить на жену и больного ребёнка? Это они, значит, не давали тебе позвонить нам с мамой? Руки-ноги тебе связали?
— Я всё объясню, Лена, если ты выслушаешь... — промямлил отец, опуская глаза.
Но Лена его уже не слушала. Все те слова, которые она годами мысленно ему говорила, надеясь на эту встречу, вырвались наружу.
— А ты знаешь, что мама из-за тебя покончила с собой? — с болью и гневом произнесла она. — С моста бросилась! А денег на её похороны всей деревней собирали, потому что нам с тобой было не по пути. Не приходи сюда больше. Никогда. Я ненавижу тебя.
Девушка резко вскочила и быстро ушла в служебное помещение, оставив отца в полной растерянности. Константин, сидя за своим столиком, вдруг понял, что ему открылась страшная правда о прошлом Лены. Он осознал, что именно из-за предательства отца и гибели матери она, скорее всего, и относится к мужчинам с таким недоверием и предубеждением.
Вечером того же дня он снова ждал её у выхода из ресторана.
— Лена, задержитесь всего на одну минуту, — попросил он, подходя к ней. — Пожалуйста, выслушайте меня. Я случайно стал свидетелем вашего разговора с отцом сегодня. Я не хотел подслушивать, так получилось. И я хочу сказать, что мне очень жаль. Мне искренне жаль, что он так поступил с вами и с вашей мамой. То, что случилось, — это ужасно. Я вам сочувствую всей душой. Но теперь мне стало понятно, почему вы так враждебно ко мне относитесь. После такого поступка отца вы, наверное, всех мужчин считаете способными на предательство и подлость. Но это не так, Лена. Это неправда.
Константин говорил горячо, искренне, и в его голосе звучала неподдельная боль.
— Я люблю вас, Лена, — неожиданно признался он. — Да, у меня есть жена, были и другие женщины. Но я никогда никого не любил по-настоящему. Я женился на Юле только потому, что она забеременела. Это был вынужденный шаг, брак по необходимости, ради ребёнка. А вас я полюбил, Лена. Полюбил по-настоящему, впервые в жизни. И я готов ради вас на всё.
— Даже на развод? — с насмешливым прищуром спросила девушка.
— Да. Ради вас я готов на всё, что угодно. Только скажите. Юлия прекрасно знает, что я её не люблю. Думаю, для неё развод не станет ударом. От ребёнка я, конечно, не откажусь, буду обеспечивать его, но жить с ней больше не могу и не хочу.
— Как-то уж слишком легко вы готовы расстаться с женой, — удивлённо и чуть растерянно сказала Елена. Она искренне не знала, как теперь относиться к его словам.
— Я просто боюсь вас потерять, — признался Константин. — Всю жизнь я искал такую девушку, как вы, — неприступную, гордую, с чувством собственного достоинства. До встречи с вами я думал, что таких уже не осталось. Лена, поверьте мне, вы никогда не пожалеете о том, что связали свою жизнь со мной.
Впервые в жизни Лена слышала подобные признания. Ей очень хотелось любви, хотелось верить этому мужчине, который, кажется, действительно был искренен. Но что-то глубоко внутри неё, тот самый горький опыт, не позволял довериться ему окончательно.
— Я подумаю, — сухо ответила она и, попрощавшись, ушла.
А через месяц они уже начали встречаться. Константин окружил девушку такой заботой, вниманием и любовью, что Лена и сама не заметила, как влюбилась без памяти. Он постоянно был рядом или на связи, не давая ей ни малейшего повода усомниться в своих чувствах. А на Восьмое марта он сделал ей сразу два подарка: протянул свидетельство о расторжении брака с Юлией и преподнёс дорогое кольцо с бриллиантом, прося её стать его женой.
Елена не сразу взяла кольцо из рук Константина. Она смотрела на сверкающий камень и мысленно возвращалась к словам матери, сказанным когда-то на лавочке у деревенского дома. Татьяна тогда наказывала ей выходить замуж только за того, кто докажет свою любовь серьёзным поступком, а не пустыми обещаниями. Константин этот поступок совершил: ради неё развёлся с женой, с которой прожил не один год. Разве это не доказательство? Лена решила, что глупо отказываться от такой любви и такого мужчины, и, надев кольцо на палец, согласно кивнула.
Свадьбу сыграли пышную, с размахом — дорогой ресторан, множество гостей, море цветов. Сразу после торжества молодожёны укатили в длительное свадебное путешествие по Европе. Казалось бы, ничто не могло омрачить их счастье, но один неприятный эпизод оставил горький осадок в душе Лены. На ступенях Дворца бракосочетания, сразу после церемонии, их уже поджидала Юлия, бывшая жена Константина. Когда счастливая пара вышла под аплодисменты гостей, Юлия приблизилась к Лене и, криво усмехнувшись, заговорила достаточно громко, чтобы её слышали окружающие:
— Если он меня, беременную, бросил, то неужели ты наивно полагаешь, что у вас с ним что-то сложится? — в её голосе звучала ядовитая насмешка и боль. — Предаст он и тебя, точно так же, как меня. Это всего лишь вопрос времени. Мне вас обоих даже жаль немного. Зря надеетесь, что будете счастливы.
— Юлия, прекрати, не устраивай здесь сцен, — процедил Константин сквозь зубы, стараясь говорить тихо, чтобы не привлекать лишнего внимания. — Мы же с тобой всё уже обсудили, расстались цивилизованно, как взрослые люди.
— Из-за вас я ребёнка потеряла! — вдруг выкрикнула Юлия, повысив голос так, что все гости обернулись. — Не думайте, что это вам с рук сойдёт! Небеса накажут вас за такую подлость! Оба настрадаетесь, помяните моё слово!
К счастью, друзья Константина быстро сориентировались и мягко, но настойчиво оттеснили Юлию в сторону, дав возможность молодожёнам сесть в свадебный лимузин. Сейчас, наслаждаясь отдыхом на райских островах, вспоминать эту сцену было крайне неприятно. Лена, будучи человеком суеверным, больше всего боялась, что проклятия брошенной жены могут каким-то образом коснуться их будущего ребёнка. А ребёнок уже был на подходе: у неё обнаружилась беременность сроком около полутора месяцев.
Прошло шесть лет. Елене исполнилось двадцать пять. Сегодня, сидя на просторной террасе своего трёхэтажного особняка, она поймала себя на неожиданной мысли: «От горя можно умереть, это известно. А от счастья?» Ей казалось, что если в её жизни случится ещё одна, даже самая маленькая радость, то сердце просто не выдержит того переполняющего счастья, в котором она пребывает последние годы. Всё складывалось настолько удачно и гладко, что больше и мечтать было не о чем. Лена откинулась в плетёном кресле и с высоты третьего этажа лениво любовалась открывающимся видом: ухоженные дворики соседей по элитному коттеджному посёлку, аккуратные газоны, вдали — небольшая лесополоса, а по забору их участка деловито сновали белки. Райское местечко, созданное для безмятежной жизни.
Из сладкой полудрёмы её вывели приближающиеся шаги и негромкий, почтительный голос:
— Елена Сергеевна, ваш кофе на миндальном молоке и банановое мороженое, как вы любите. Прикажете ещё что-нибудь подать?
Пожилая домработница Вера Степановна с неизменной доброй улыбкой поставила на столик перед молодой хозяйкой дымящуюся чашку и креманку с мороженым. Лена лениво скользнула взглядом по женщине. Будь её воля, она давно бы рассталась с этой немолодой и, на её взгляд, малопривлекательной прислугой. Но муж был непреклонен: преданная и надёжная домработница, проработавшая в их доме двенадцать лет, — это большая редкость, и увольнять её он не позволит.
— Вера Степановна, — произнесла Елена с ноткой надменности в голосе, — распорядитесь, чтобы гувернантка привела ко мне сына. И принесите ему мороженое, но с малиновым сиропом, как он любит.
— Сию минуту всё сделаю, Елена Сергевна, — отозвалась домработница и проворно удалилась выполнять поручения.
Минут через пять к террасе подошла молодая симпатичная девушка, гувернантка Валерия, ведя за руку пятилетнего Диму.
— Доброе утро, Елена Сергеевна, — приветливо улыбнулась Валерия.
— Доброе утро, мамочка! — сын подбежал к матери и остановился рядом, с надеждой глядя на неё.
— Ты обещала, что сегодня мы пойдём в зоопарк! — напомнил он.
— Я помню, мой хороший, — улыбнулась Лена в ответ, но тут же театрально вздохнула и протянула сыну руку. — Вот только, представляешь, я ноготок сломала.
Она указала на мизинец, где кончик красивого наращённого ногтя был действительно повреждён.
— Так что сегодня в зоопарк ты отправишься с Валерией Олеговной, — объявила Елена. — А мне нужно срочно ехать в салон, приводить себя в порядок. Ты садись пока за стол, расскажи, как у тебя дела.
— Мам, у меня всё хорошо, — ответил мальчик, нетерпеливо поглядывая в сторону гувернантки. — Ну, мы тогда пойдём собираться в зоопарк?
— Идите, — разрешила Лена.
Валерия, однако, задержалась на несколько секунд.
— Елена Сергеевна, на сегодня будут ещё какие-то дополнительные распоряжения? — уточнила она.
Молодая хозяйка равнодушно окинула её взглядом и небрежно бросила:
— Лера, я тебе полностью доверяю. Делай всё, что считаешь нужным и правильным.
Гувернантка с сыном удалились в дом. А через минуту на террасу снова вышла Вера Степановна, неся в руках креманку с мороженым для мальчика. Увидев, что ребёнка нет, она удивлённо спросила:
— Елена Сергеевна, а где же Димочка? Я ему мороженое принесла.
— Они с Лерой в зоопарк ушли, — ответила хозяйка тем же надменным тоном.
— Ох, зря вы его отпустили, — с искренним огорчением покачала головой домработница. — Надо было оставить мальчика здесь, пусть бы мороженое покушал, поговорили бы с ним. Вы, Елена Сергеевна, совсем мало с сыном общаетесь. Это неправильно, ей-богу. Он к своей гувернантке теплее относится, чем к вам. Разве ж так можно?
— Что? — Елена даже опешила от такой бесцеремонности. — Вы что, вздумали меня поучать? Мои отношения с сыном вас совершенно не касаются!
— Простите, Христа ради, — Вера Степановна виновато опустила голову, но всё же тихо добавила: — Я не со зла, Елена Сергеевна. Просто вижу же, что Дима потихоньку отдаляется от вас. Сердце болит за мальца.
— Я запрещаю вам лезть в мои отношения с сыном! — отчеканила Елена, с негодованием глядя на прислугу. — Вас это не касается, запомните раз и навсегда. Ваше дело — швабры, тряпки и грязная посуда. Во всё остальное нос совать не смейте.
— Как скажете, Елена Сергеевна, — покорно согласилась домработница. — Простите меня, дуру старую. Больше не буду.
Продолжение :