Часть 1. ДОМА ВКУСНЕЕ
Мы сидели на кухне, и за окном медленно таяли апрельские сумерки. На столе остывал ужин — куриная грудка на пару и гречка. Потрясающее меню для пятничного вечера, не правда ли?
— Лен, ну чего ты дуешься? — Саша ковырялся вилкой в тарелке, не поднимая глаз. — Нормальная еда. Полезная.
— Полезная, — эхом отозвалась я, рассматривая его новую рубашку. Он купил её вчера. «По акции», конечно. Как и в прошлую пятницу, когда он оставил в баре «У Грека» три тысячи.
Саша — человек компании. Душа общества, душа бара, душа всех корпоративов. Когда звонили друзья с вопросом «Не хочешь сегодня посидеть?», он никогда не спрашивал «Сколько будет стоить?». Он спрашивал «Во сколько?». А когда я робко предлагала заказать пиццу или сходить в кафе, срабатывал внутренний барометр экономии.
— Пицца? Лен, ну ты чего? Там тесто как подошва, а сыр вообще непонятный. Дома в сто раз вкуснее.
— Сходить в кофейню? Солнце, ну ты посмотри на цены! Я лучше куплю продукты, а ты испечёшь что-нибудь. Домашнее, с душой.
«Домашнее» и «с душой» в его понимании означало, что я после работы стою у плиты, пока он смотрит телевизор. Я любила готовить, правда. Но в какой-то момент поймала себя на мысли, что превратилась в приложение к плите и кастрюлям, в то время как для друзей он был готов расстегнуть кошелёк не глядя.
Последней каплей стала прошлая суббота. Я предложила сходить в тот самый ресторанчик итальянской кухни, мимо которого мы ходили каждый день. Саша скривился, как будто я предложила съесть лимон без сахара:
— Лен, ну дорого же. Давай лучше шашлыки сделаем? Ты пожаришь, я мангал поставлю...
В этот момент что-то во мне щёлкнуло. Я посмотрела на свою уставшую спину в отражении тёмного окна, на свои руки, пахнущие луком, и приняла решение.
— Хорошо, — сказала я спокойно.
В понедельник я убрала в дальний ящик фартук. Во вторник, когда Саша спросил «А что на ужин?», я молча положила перед ним пачку пельменей и ушла в комнату.
— Ты чего не готовишь? Случилось что? — удивился он.
— Нет, просто я решила: зачем тратить время и продукты, если есть пельмени? Дешево и сердито.
Он хмыкнул, но спорить не стал. Наверное, думал, что это временный каприз.
Часть 2. БУДЬ ЩЕДР
К пятнице я была готова. Я знала, что у Саши намечены посиделки с коллегами в новом модном ресторане «La Vie». Он рассказывал о нём с таким восторгом, будто собирался в Лувр. Бронь на 19:00, столик в зале, живая музыка.
Я позвонила Ленке, своей лучшей подруге и сообщнице во всех авантюрах.
— Ленка, план в силе. Надевай самое красивое платье. Мы идём на ужин за счёт спонсора.
В 20:00 мы с Ленкой, нарядные и пахнущие дорогими духами, вошли в «La Vie». Нас проводили к столику. Я села так, чтобы видеть компанию мужа. Он сидел ко мне спиной, вполоборота к какой-то блондинке из бухгалтерии. Перед ним стоял бокал и тарелка с мясной нарезкой (небось не сказал, что «дорого»).
Я подозвала официантку.
— Девушка, — мой голос звучал ровно, как струна. — Нам, пожалуйста, бутылочку «Шато Лагрон» 2015 года. Да, ту самую, за пять тысяч. Стейк «Рибай» с трюфельным соусом, пасту с морепродуктами, салат с креветками и два десерта «Шоколадный фондан».
Ленка смотрела на меня круглыми глазами.
— Ты что? Это же тысяч двенадцать, наверное!
— Спокойно, — улыбнулась я, наблюдая, как Саша подливает выпивку блондинке. — За всё платит щедрый мужчина за тем столиком.
Мы с Ленкой смаковали каждый кусочек. Я не чувствовала ни капли вины. Только злость, которая постепенно таяла в тепле дорогого ресторана. Когда мы доедали фондан, я встала и, постукивая каблуками, подошла к столику Саши.
— Привет, дорогой, — пропела я.
Он обернулся. Лицо его вытянулось, на мгновение став похожим на восковую маску. Коллеги притихли, с любопытством рассматривая меня.
— Лена? Ты... ты как здесь?
— Решила тоже отдохнуть, — я присела на свободный стул. — С подругой. Мы уже заканчиваем, кстати.
— Отлично, — выдавил он, бросая взгляд на наш столик, где Ленка допивала вино. — Я рад. Повеселитесь.
— О, спасибо, милый, — я коснулась его руки. — Кстати, пока вы тут, не мог бы ты подойти к нашему столику и оплатить счёт? А то мы с Леной что-то увлеклись и заказали всё самое дорогое. Ты же у нас любитель платить в ресторанах.
За его столом повисла гробовая тишина. Блондинка перестала улыбаться. Саша побагровел так, что стал почти одного цвета с обивкой кресел.
— Лена, что за... — зашипел он, но я перебила.
— Что за глупости, Саш? Ты же сам говоришь: дома еда вкуснее, а в ресторанах только деньги зря тратить. Но раз уж мы здесь, и раз уж ты так щедр с друзьями, будь щедр и с семьёй. Оплатишь? А то неловко как-то получится.
Я оставила его переваривать эту информацию и вернулась за столик, чувствуя спиной десяток взглядов. Через пять минут к нам подошёл официант:
— Ваш столик оплачен, девушки. Приятного вечера.
Мы с Ленкой медленно собрались и ушли, не оборачиваясь. Я не знала, что меня ждёт дома. Скандал? Истерика? Мне было всё равно. Чувство невесомости и свободы было сильнее страха.
Домой Саша пришёл заполночь. Я не спала, лежала с книгой. Он вошёл в спальню, сел на край кровати и долго молчал.
— Прости, — сказал он тихо. — Я правда... я даже не понимал, как это выглядит со стороны. Мне было стыдно. Перед коллегами, перед собой... и перед тобой. Ты была права. Полностью.
Я молчала.
— Лен, — он повернулся. — Давай в субботу сходим в тот итальянский ресторан? Вдвоём. И я хочу, чтобы ты знала: с сегодняшнего дня я делю бюджет на «наше» и «своё». И «наше» — в приоритете.
В субботу мы сидели в уютном зале итальянского ресторанчика. Передо мной стояла пицца «Маргарита» и бокал просекко, а Саша, глядя на меня, улыбался и гладил мою руку.
— Знаешь, — сказал он, — а дома, наверное, вкуснее. Но здесь... здесь мы вместе. И это стоит любых денег.
Я улыбнулась в ответ. Бойкот был окончен. Но, кажется, наша жизнь только начиналась.