— Да я ж тебе сказала уже: напоминай, а то забуду их совсем. Ну и ты иди — опоздаешь.
Забрав Валюшку из сада и приготовив ужин, Нина ждала, когда из школы вернутся Максим и Аня.
— Ну, как первый день в новой школе? — спросила она, едва дочь переступила порог.
— Ты знаешь, неожиданно отлично! — с улыбкой ответила Аня. — Я уже забыла, когда в последний раз чувствовала себя так легко в классе. Никто не строит из себя центр Вселенной. Встретили меня нормально. Да, школа хуже оборудована, но учителя не утратили способности вести уроки интересно. А химик вообще меня поразил: для молодого человека его знания просто потрясающи!
Нина была рада, что дочери понравилась школа. Аня вряд ли стала бы скрывать, если бы что‑то случилось. О старой школе она рассказывала неохотно, а сегодня просто пела хвалебные оды.
— Кстати, мам, Максик хотел тебе что‑то рассказать, — подмигнула девушка брату.
— Да, мам, я извинился перед учительницей и даже пятёрку получил! — гордо объявил Максим.
— Правда? Молодец! По какому предмету?
— По окружающему миру. Я вчера с Нюткой доклад подготовил про лягушек — и сегодня его рассказал.
После этих слов Аня и Нина переглянулись, не удержались и залились весёлым смехом.
Сегодняшний день настолько кардинально отличался от предыдущего, что Нина готова была поверить: Анна Гавриловна и впрямь немного волшебница.
— Валюш, а у тебя сегодня что в садике интересного случилось? — обратилась Нина к младшей дочери.
— Ничего. Но я сегодня никуда не залезла — и меня похвалили, — важно отчиталась Валя. Для «ягозы Валечки» это было серьёзным достижением!
— Мам, а у тебя как на работе? Успела утром? — поинтересовалась Аня.
— Нет… Кстати, надо позвонить начальнику.
Однако номер не отвечал. Нине пришлось перезвонить девушке, которая выполняла обязанности секретаря, хотя, по сути, была журналистом.
— Ой, Нин, ему сегодня не до тебя, — услышала она в трубке. — У него жену ночью увезли с подозрениями на инфаркт. Мы сегодня все в ожидании весь день — выкарабкается или нет.
— Ты завтра придёшь? Я тебе сегодня поставила рабочий день.
— У тебя что случилось‑то? — уточнила коллега.
Нина рассказала ей о событиях дня и пообещала отблагодарить за то, что прикрыла.
«Надо ей завтра кофе хороший купить. Она любит», — сказала себе Нина.
В этот момент в комнату зашла Аня, держа в руках пачку денег.
— Мам, ты банк обчистила? — с шутливым удивлением спросила она.
— Что? — не сразу поняла Нина.
— Я говорю, ты сегодня банк обчистила? — повторила Аня, приподняв бровь и с любопытством разглядывая купюры.
— Где я их бросила?
— В шкафу, на полочке.
— Совсем замоталась сегодня. Это мне старушка дала. Я утром торопилась на работу, увидела бабушку на лавочке — без сознания. Вызвала ей скорую, поехала с ней, потом забрала её из больницы и отвезла домой. Она с нами в одном доме живёт, кстати. А у неё поесть совсем нечего было. Я купила продуктов, наготовила ей, накормила. Вот она меня и отблагодарила.
От каждой фразы глаза у дочери становились всё шире.
— Ага, поесть нечего — отблагодарила она пачкой денег? — недоверчиво протянула Аня. — Ну, всё понятно, мать, у тебя солнечный удар.
— Да, звучит неправдоподобно. Но так всё и было. Она дом продала — на оплату содержания которого уходили все деньги. Вот она и попросила иногда ей покупать продукты.
— Надо полагать, ей лобстеров с чёрной икрой следует за такие деньги готовить… Здесь не меньше трёхсот!
— Да брось ты.
— Мам, ты видела купюры? Она мне даже больше давала, я отказалась. Мама, пошли отнесём деньги. Вдруг её отпустит — и она на тебя в полицию заявит.
— Ты думаешь? — Нина уже и сама начала сомневаться в правильности своего поступка. Старушка и впрямь немного странная была.
— Пошли быстро. Макс, следи за сестрой — нам с мамой надо ненадолго уйти.
Нина, не до конца понимая, как это ей не пришло в голову, что старушка и впрямь могла быть не в себе, послушно пошла за дочкой.
Неожиданно дверь в квартиру Анны Гавриловны открылась раньше, чем они постучали.
— Ну что за люди? Нет доверия ни к кому! Ты чего на мать накинулась? Я ей просто так денег дала, никуда я не пойду жаловаться, — худенькая старушка буквально оглушила Анютку своими претензиями.
— Я не успела тебя предупредить — у неё есть способности, — с улыбкой посмотрела на дочь Нина.
— Ну да, несущественная мелочь, правда? — казалось, Аня сейчас развернётся и выйдет из квартиры.
Однако девушка уверенно шагнула вперёд:
— Ну, рассказывайте — что ж за чудо‑бабушка так существенно пополнила наш семейный бюджет?
Вернулись они спустя полчаса.
Войдя в квартиру, Аня сказала:
— Мама, а ты не думала, что она не просто так тебе в жизни встретилась?
— Честно говоря, не успела. События вчерашнего и сегодняшнего дня слишком закружили. Ну, сама посуди: вчера всё было хуже некуда.
— А сегодня всё настолько идеально, насколько у нас, пожалуй, никогда не было, — подхватила Аня.
— Действительно, вчера у каждого из нас было столько проблем, а сегодня все они как‑то разрешились, — улыбнулась Нина. Она и сама не заметила, насколько сегодняшний день отличается от вчерашнего.
— Я сама буду к ней ходить, — уверенно сказала девушка.
— У тебя и так на работе куча дел, — возразила Нина.
— Думаю, лучше не стоит. Всё‑таки у тебя и так много заданий в школе и с репетитором. Да и не настолько она беспомощная, чтобы за ней ухаживать так.
— А я вот думаю, что нам стоит присматривать за ней, — не сдавалась Аня. — Вдруг у неё с головой беда? Ведь это ненормально — так разбрасываться деньгами. Само собой, мы их не возьмём и потратим на неё, но это мы. А если её доверчивостью воспользуются плохие, бессовестные люди?
— Я тоже об этом думала, но она не настолько старая. Да и врач её сегодня смотрел — не заметил ничего страшного. Просто переутомление и жара. Ну и слабость в результате голода, о котором я узнала значительно позже.
— Да и соседи могут заподозрить неладное, если мы к ней постоянно ходить будем.
— Ты знаешь… А тебя не удивило, что мы живём в этой квартире уже давно, но никогда её не видели? Вообще. Бабульки постоянно у подъезда сидят — уже многие примелькались, лица знакомы. А её я никогда не видела.
— Точно? У меня же память на лица.
— Действительно. Может, она недавно переехала?
— А она об этом не говорила?
— Нет, но я и не спрашивала. Она сказала, что квартиру ей сын купил перед тем, как погиб. Судя по её словам, она живёт в этой квартире не меньше тридцати лет, понимаешь? Не день, не неделю — тридцать!
— Да‑а, странно всё это, — протянула Аня и пошла ставить чайник.
У них с мамой была традиция обсуждать важные и интересные вопросы за чашечкой ароматного чая с вафелькой.
— Завтра же зайду к ней после работы, приберусь и приготовлю что‑нибудь.
Чудеса в семье Нины на этом не закончились. Уже на следующий день пришло письмо из вуза, в котором когда‑то учились Нина и Павел. Аня участвовала в какой‑то олимпиаде, организованной вузом, и победила в ней. По условиям, победителей приглашали в качестве свободных слушателей на курсы по тем предметам, которые нужны были для поступления.
— Можно было выбрать три предмета и по субботам посещать их. По сути, это была подготовка ребят к экзаменам в виде краткосрочного натаскивания.
— Странно, что сейчас пригласили. На дворе уже конец апреля, — задумчиво произнесла Нина.
— Ну да, было бы логичнее посещать подобные занятия в течение всего года. Да и с выбором учебных заведений все давно определились, — согласилась Аня. — Но я всё равно пойду. Знания лишними не бывают. Вдруг не поступлю, куда планирую — будет запасной вариант.
Аня знала, кем она будет в будущем. Ещё тогда, когда папа рассказывал ей о походах в горы: о снежных шапках, покрывающих вершины, об ущельях, глубина которых казалась головокружительной. Девочка знала — её жизнь будет связана с ними.
После гибели папы мечта не только не испарилась, но и стала более оформленной: изучать, узнавать, разгадывать тайны, спрятанные в горах. Вот о чём она мечтала.
Досаду вызывало лишь то, что единственной доступной специальностью, которая хоть как‑то могла приблизить девушку к мечте, было отделение геологии и картографии в педагогическом вузе. Пока мама мечтала, что дочь станет известным писателем или журналистом, Аня тщательно изучала варианты специальностей.
В сущности, в городе было не так уж и много возможностей для абитуриента. О том, чтобы уехать в другой город, девушка даже не мечтала: оставлять маму одну с двумя маленькими детьми казалось ей немыслимым. Девушке было стыдно думать о собственном будущем в ущерб семье.
В школе, в седьмом или восьмом классе, Аня вместе с классом ездила на экскурсию в заповедник, который располагался в горной местности. В тот день девочка влюбилась окончательно и бесповоротно.
«Как можно просиживать целыми днями в душных офисах, когда есть такая красота? — размышляла она. — Как можно называть что‑то прекрасным, если никогда в жизни не видел рассвета в горах после ливня накануне?»
Экскурсовод, который знакомил их со всеми достопримечательностями, вскользь упомянул о том, какое учебное заведение оканчивал. Его работа была косвенно связана с основным образованием.
И вот сейчас, когда школа заканчивалась, а впереди ждала студенческая жизнь, Аня начала сомневаться в правильности своего решения.
Перед ней стоял очень сложный выбор: уехать от мамы в большой город и учиться в одном из самых крупных горных институтов страны — или остаться в родном городе и стать геологом, картографом или учителем географии. Профессии, связанные с горами, — косвенно, если не сказать теоретически.
Время шло. До выпускного и вступительных оставалось всё меньше времени, а сомнения всё ещё разрывали душу. Ещё два года назад она определилась, по каким предметам ей следует быть максимально подготовленной. Сейчас Аня не сомневалась в своих знаниях — и даже переход из одной школы в другую буквально накануне последнего звонка не сильно расстроил. Она совершенно точно знала: перевод в другую школу — самая малая проблема, которая могла у неё возникнуть после конфликта с одноклассником.
Уходить из класса, с которым она проучилась одиннадцать лет, было не страшно. Элитная школа собрала в классах довольно много ребят, родители которых занимали в городе видное положение. Устроить Аню в эту школу в своё время помог один из клиентов отца.
Девочка хорошо училась, хотя не проявляла совершенно никакого интереса к активной школьной жизни. Школьный парламент, постановочные мероприятия и прочее её не интересовали. Она много читала, пыталась писать короткие очерки — однако афишировать своё увлечение не любила.
Кроме того, от отца ей досталась удивительная способность легко усваивать языки. Школьную программу они с папой освоили буквально за пару лет, и девочка активно продолжала развиваться в этом направлении. Для отработки языковых навыков она нашла друзей по переписке из других стран — что существенно повысило уровень владения языком.
За время учёбы в школе Аня попробовала себя в разных видах творчества, но появление братика и сестрёнки существенно сократило свободное время. В итоге остались только английский и репетиторы. Проходя тренировочные экзаменационные тесты, она получила довольно высокие баллы — с такими можно было рискнуть и поступить в Санкт‑Петербург.
Но оставался вопрос с оплатой проживания. Поделиться своими переживаниями с мамой девушка не могла.
Однако совершенно неожиданным образом в их жизни появился человек, с которым можно было поделиться любой проблемой. Бойкая старушка, Анечкина тёзка, очень полюбила визиты девочки. Всего за неделю они стали едва ли не подружками.