Меня смешит реакция Павла. Сразу становится понятно, что расставаться со мной он действительно не планировал. И, скорее всего, дело в деньгах. Ну, это и так понятно… Я даже не могу сказать, что сильно удивлена. Похоже, после всей правды, что внезапно обрушилась на мою голову, меня вообще будет сложно чем-то удивить. Но конечно, мне сложно смириться с тем, что моя семья так запросто отвернулась от меня. Я слышала истории о том, что дети не всегда рвутся тащить родителям пресловутый стакан воды, и даже многодетные матери в старости могут остаться без поддержки, но не ожидала, что это мой вариант.
Лучше я буду думать, что Паша каким-то образом смог настроить девчонок против меня, чтобы они в свою очередь более лояльно отнеслись к тому, что он мне изменял. Хотя и понимаю, что это даже звучит смешно и точно не тянет на оправдание. Правда заключается в том, что здесь меня не то чтобы не любили – меня даже не уважали. А я понятия не имела, чем заслужила подобное отношение.
– Мариша, ты что молчишь? – хмурится Паша. – Только не говори, что Вера уже успела промыть тебе мозги. Мы с тобой были вместе двадцать лет! Жили душа в душу. Но стоило мне один раз оступиться, и ты решаешь, что я уже не достоин быть твоим мужем. Вы, женщины, только на словах распинаетесь о том, как важна поддержка и что супруг должен быть рядом и в горе, и в радости. Но сами ведь к такому не готовы! Я не бросил тебя, когда узнал о болезни. А ты показала себя не с лучшей стороны! Из-за одной глупой ошибки, ты готова поставить на мне крест…
– Может, для тебя это глупая ошибка, а я считаю это настоящим предательством. И не смей мне указывать на то, что ты меня не бросила. Именно это ты и сделала.
– А мне кажется, ты драматизируешь, – заявляет Павел. – Ты не хочешь встать на моё место. Не хочешь понять, каково мне было узнать о том, что я останусь один. Но требуешь, чтобы я полностью прочувствовал, какую ошибку совершил. Разве это справедливо? Любой может оступиться! Знаешь, я ведь не единственный, от кого любовница забеременела. Но другие как-то с этим справлялись. Неужели ты не способна на прощение?
– Зачем? – сухо интересуюсь я. – Ради того, чтобы ты в будущем мог спокойно спать по ночам? Поверь мне, всё равно что с тобой будет…
– Ну раз тебе всё равно, то зачем разводиться?
– Может, мне хочется пожить хоть немного для себя? – пожимаю плечами.
– А что тебе мешает это делать в браке со мной? Марин, ты не в себе… Я понимаю, что ты расстроена, но это не повод рушить всем жизнь. Подумай, как девочки отреагируют...
– Судя по тому, что они довольно лояльно отнеслись к известиям о твоей новой женщине, я думаю, что наш развод они поддержат. Ты ведь сам сказал, что они жалеют тебя и не понимают, как ты бедненький терпишь мои капризы.
– Да я ведь не так сказал! – злится он. – Ты перекручиваешь мои слова с ног на голову. Я не собираюсь продолжать этот бессмысленный разговор. Я не хочу с тобой разводиться, и тебе придется смириться с моим решением.
– Ну, это мы еще посмотрим, – усмехаюсь я. – Кстати, Вера поживет у нас. Так мне гораздо спокойнее.
– Что значит спокойнее? – уточняет Паша.
– Я переживаю, что ты начнешь изводить мою сестру, – встревает Вера.
– Ну конечно, – вздыхает мой муж и смотрит на меня. – А у Веры разве нет своих дел? Зачем ей торчать здесь с тобой?
– Так ради наследства! – смеется сестра. – Марина пообещала переписать на меня свою часть имущества, если я пригляжу за ней. И я не стала отказываться - нам с мужем деньги не помешают.
– Это что, шутка какая-то? – растерянно интересуется он. – Мариш, признайся, ты просто решила меня проучить. Ты ведь понимаешь, что нельзя переписывать наследство на Веру…
– Почему? – интересуюсь я.
– Это всё должно достаться девочкам! Нашим дочерям! Ты что, о них забыла?
– Нет, я от них не забывала, – качаю я головой. – Я ведь не хожу к психологу, который учит меня их забыть. Кстати, попроси у этого специалиста научить их справляться с утратой любой поддержки с моей стороны...
– Слушай, я не понимаю, о чем ты говоришь, – растерянно произносит муж.
– Всё! Ты понимаешь! – отмахиваюсь я. – Они хотели забыть о своей матери? Так пусть и на поддержку с её стороны не рассчитывают. Наследства не будет! Я думаю, вам всем так будет легче справиться с тем, что меня больше нет с вами... И можешь уже сейчас начинать принимать соболезнования.
– Марина, какие соболезнования? Ты же ещё жива!
– Отрадно услышать это от тебя именно сейчас. Жаль, что уже поздно. Но теперь ты можешь катиться в своё светлое будущее.
Мне доставляет невероятное удовольствие наблюдать за тем, как сужаются от злости его глаза, как губы превращаются в тонкую линию. Сейчас он взбешён и кажется, до него наконец дошло, что в этот раз ему не удастся заговорить мне зубы и получить прощение.
А ещё я уверена, что его нежелание разводиться никак не связано с муками совести. Сто процентов всё дело в том, что он просчитался, когда оформил всё на меня. Я должна узнать, где именно он накосячил и что я получу, если доведу дело до развода.
– Сейчас я слишком зол, чтобы с тобой разговаривать, – с важным видом заявляет Павел. – Но это не значит, что я готов смириться с твоим самодурством.
Вера оказывается права. Как только всплывает информация о том, что я из-за своей обиды решила лишить девочек наследства, мои дочери тут же вспоминают, что я пока что жива.
Уж не знаю, чего им Паша наплёл. Но уже на следующее утро обе мои дочери стоят на пороге моей комнаты и с подозрением посматривают на свою тётю. Чувствую, была бы их воля, они бы уже избавились от наглой родственницы, которая посмела позариться на их наследство. Да вот только в отличие от них Вера никогда не была меркантильной. Моя сестра привыкла полагаться только на себя и своего мужа. И всегда готова была прийти нам на помощь. Но, похоже, мои дети об этом благополучно забыли и искренне считают, что сейчас их тётушка угрожает их будущему благополучию.
– Привет, мама! – улыбается Маша. – А мы вот приехали тебя навестить.
– С чего бы это вдруг? – со вздохом интересуюсь я, устраиваясь на горе подушек, которыми теперь была завалена моя кровать.
До этого я не часто позволяла себе нечто подобное. Думала, что не должна валяться в постели, изображая умирающего лебедя. Я была уверена, что мне это только навредит. Ведь наши женщины не привыкли лежать без дела, и никакая болезнь не является для нас оправданием лени. Теперь я понимаю, что мне следовало больше думать о себе и меньше о том, что подумают другие.
Я ведь осознавала, что девочки ведут себя неправильно. С того дня, как им стало известно о моей болезни, они начали стараться меня избегать. Поначалу я не понимала, в чём дело, обижалась, но всё равно пыталась наладить с ними контакт: звонила и приглашала в гости. Но у Кати и Маши постоянно находились какие-то неотложные дела, из-за которых они раз за разом отвечали мне отказом.
Но стоило заговорить о наследстве – и они тут же приехали. Получается, если бы я не последовала совету Веры и не пошла на принцип, они бы так и не появились. Сидели бы в своей съёмной квартире недалеко от института и ждали, когда я отправлюсь на тот свет. Главное, что они были бы к этому готовы, потому что добрый психолог помог им пережить утрату. Интересно, как этот специалист вообще отнёсся к тому, что мои дети стали заранее готовиться к тому, что меня не станет? Неужели даже не поинтересовался, есть ли у меня шансы на выздоровление?
– А ты как будто и не рада нас видеть, – обиженно замечает Катя. – Может, зря мы вообще приехали?
– Может, и зря, – киваю я.
– Давайте не будем ругаться, – просит Маша. – Мы приехали потому что переживаем за тебя. Я понимаю, что тебе сейчас очень тяжело и ты хочешь найти виноватого в том, что с тобой происходит, но мы с Катькой ни при чём. Не мы виновники твоей болезни. И ты не должна перекладывать на нас ответственность за то, что с тобой происходит.
– Это тебе ваш психолог сказал? – интересуюсь я.
– Да он! – вздёргивает подбородок дочь и с вызовом смотрит на меня. – А что, он не прав?
– Вам виднее, – пожимаю я плечами. – Но если я такая плохая и вам лучше без меня, то может, не стоило приезжать? Правда, я что-то не помню, чтобы хоть раз обвинила вас в том что заболела. И сейчас вы ведь явились только затем, чтобы поговорить со мной про наследство.
– Даже если и так, разве это плохо? – закатывает глаза Катя. – Отец позвонил и сказал, что ты сошла с ума. И теперь я вижу, что он не ошибся. С какого перепуга ты решила переписать всё на тётю Веру?
– Ну, может, потому что она единственный человек, который искренне за меня переживает? – уточняю я.
– Да с чего ты решила, что мы за тебя не переживаем? – всплескивает руками Маша. – Может быть, мы просто хотим запомнить тебя молодой и красивой? Это нормально! Мы всё равно ничем не можем тебе помочь. Папа вот понимает, почему нам так сложно появляться в собственном доме. А ты думаешь только о себе. Ты не спрашиваешь, каково нам! Тебя как будто не волнуют все наши переживания. А это неправильно, ведь ты мать, и ты должна в первую очередь всегда думать о том, что важно для нас, а не о том, что беспокоит тебя.
– Я должна думать о вас? О двух законченных эгоистках, которые за два месяца ни разу не появились дома, а вместо этого шастали к психологу, который оправдывал ваше безразличие? – усмехаюсь я. – Ну уж нет, девочки, я свой долг выполнила. Теперь вы взрослые, и я больше ничего вам не должна.
– Как это не должна? – растерянно уточняет Катя. – Мы вообще-то живём в съёмной квартире. Ты говорила, что вы купите нам жильё, как только мы закончим учёбу.
– А с этим вам пусть ваш психолог помогает, – отвечаю я. – На этот счёт у него должно быть много хороших идей. Например он посоветует вам устроиться на работу…
– Мам! Причём здесь психолог? – шипит дочь. – Ты не можешь лишить наследства! Эти деньги наши по праву!
– Эти деньги принадлежат мне! – жёстко произношу я.
– Но это пока! А когда тебя не станет... Мы рассчитывали, что всё достанется нам.
– Рассчитывать нужно только на себя, – замечаю я. – Вы отвернулись от меня в тот момент, когда мне была необходима ваша поддержка и внимание. Вместо того чтобы проводить со мной как можно больше времени, вы нашли способ убедить себя в том, что поступаете правильно, что я для вас обуза, от которой вы теперь не сможете получить ничего. Ваш отец рассказал мне о том, как вы обрадовались тому, что он уже нашёл мне замену.
– А что вы там такого? – интересуется Маша. – Он вообще-то молодой мужчина и вполне нормально, что он хочет ещё раз жениться. Или ты думала, что он должен будет уйти в монастырь? Может, и нам с сестрой в монашки податься, чтобы всю жизнь тебя оплакивать?
– Делайте что хотите, – спокойно отвечаю я. – Меня это больше не касается.
После состоявшегося разговора мой муж выходит из себя. Похоже, он на полном серьёзе считал, что я растаю при виде Маши и Кати и тут же изменю своё решение по поводу наследства. Но когда этого не случилось, он снова решил попытаться меня вразумить собственными силами. Дождавшись, когда Вера утопает по делам, он вооружился букетом цветов и пожаловал в мою опочивальню.
– Привет, – улыбается он, замирая на пороге. – Я вот пришёл тебя порадовать цветами. Ты ведь так любишь хризантемы.
– Я люблю пионы, – сухо роняю я.
– Ну хватит выдумывать! – чуть ли не отмахивается он. – Я ведь каждый праздник тебе их дарю и уверен, что ты любишь именно хризантемы.
– То, что ты мне даришь их каждый праздник, не делает их моими любимыми цветами, – приподнявшись на локтях, произношу я. – В первые годы нашего брака я постоянно напоминала тебе о том, что мне не нравятся хризантемы, но ты пропускал это мимо ушей. И в итоге я просто смирилась с тем, что ты меня не слышишь.
– Почему тогда сейчас сказала? – уточняет он.
– Потому что больше не вижу смысла быть терпеливой и понимающей. Мне больше не нужно делать вид, что меня всё устраивает, когда мне на самом деле обидно до слёз получать от любимого мужа в подарок нелюбимые цветы.
– Я вообще не обязан был их тебе дарить, – раздражённо сообщает он.
– Конечно, не обязан, – соглашаюсь я. – Ты и сейчас мог мне их не приносить, а приберечь деньги для будущего ребёнка. Тебе столько всего придётся ему купить: коляску, кроватку, манеж, подгузники… А ведь денег у тебя скоро станет намного меньше, потому что после развода я заберу всё, что мне причитается. А у тебя на руках, помимо младенца, ещё и две дочери-студентки с повышенными запросами. Даже не представляю, как ты будешь всех обеспечивать.
Паша буквально багровеет. Он отшвыривает в сторону букет хризантем и вперивается взглядом в моё лицо. Сейчас он не просто в бешенстве – он в ярости и явно хотел бы придушить меня подушкой. Я знаю, чем его можно вывести из себя за пару минут.
– С какого перепугу тебе вообще хоть что-то причитается? – цедит Павел, сжимая кулаки. – Ты не дня в своей жизни не работала! Так с чего вдруг решила, будто можешь зариться на то, что я заработал честным трудом? Это я пахал как проклятый, пока ты просиживала штаны перед телевизором! С каждым годом женщины становятся всё более меркантильными! Вас уже не устраивает простой парень с букетом ромашек. Все хотят обеспеченного и состоявшегося, чтобы с комфортом устроиться на его шее. Тебе повезло! Я дал тебе очень много, в частности жизнь, о которой другие и не мечтали. И вот твоя благодарность? Ты хочешь забрать результаты моего многолетнего труда, который тебе не имеет никакого отношения! Да кто ты такая? Думаешь, это справедливо?
– А ты считаешь по-другому? – уточняю я. – Я бы тоже многого могла достичь, но ты был против, чтобы я работала. Как только дела у тебя пошли в гору, ты заявил, что я должна сидеть дома и заниматься детьми, потому что тебе, видите ли, не хотелось пользоваться услугами нянь. Женщины стали меркантильными? А мужики стали пополамщиками! Вы требуете, чтобы та, кого выберете, пахала наравне, забывая о том, что любой женщине нужен перерыв на время декрета. Это, по-твоему, справедливо? Когда женщина после появления на свет нового человека должна мгновенно прийти в форму и вести себя так, будто ничего не произошло? Не у мужчин ли стало слишком много требований? Я могла бы строить карьеру, могла бы стать независимой, но вместо этого мне пришлось забыть о том, чего я хочу, и посвятить себя семье. И вот твоя благодарность! Ты считаешь, что я ничего не добилась и просто просиживала штаны дома! Очень удобно! Но ты так думаешь, потому что было здорово работать, когда знаешь, что, придя домой, тебя всегда ждёт горячий ужин, тёплая постель и воспитанные дети, с которыми тебе не обязательно проводить время. Я делала всё, чтобы обеспечить тебе надёжный тыл. А ты за двадцать лет даже не удосужился запомнить, какие цветы мне нравятся. И всё равно ты молодец, а я бездельница, хорошо устроившаяся на твоей шее. А стоило мне заболеть – как ты тут же начал искать мне замену. Но похоже, ты ошибся с выбором, потому что сам не считаешь, что хочешь жениться на своей пассии. И уж прости, чтобы там ты себе не нафантазировал, я действительно думаю, что заслужила половину всего, что было нажито в браке. Потому что без меня ты бы не достиг таких высот!
– Вот это у тебя самомнение! – с усмешкой произносит Павел. – А ведь я правда не хотел с тобой ссориться. Но ты не оставляешь мне выбора. Развод ты не получишь! Если нужно будет, я докажу всем, что ты невменяемая и не отдаёшь отчёт своим действиям. Тебе осталось не так уж и много. Неужели хочешь провести оставшееся время в психиатрической клинике? Подумай над этим…
– О чём подумать? О том, что ты можешь испортить мне жизнь? Так я и так знаю, – пожимаю плечами. – Но я не боюсь. Я действительно считаю, что заслужила пожить для себя. Прости, что хочу справедливого раздела. И не сможешь ты выставить меня сумасшедшей - это не так уж и просто. Иначе бы психушки ломились от неугодных вторых половинок. Так что, милый, забирай свой веник и проваливай.
– У тебя вообще ко мне светлых чувств не осталось? – хмурится он.
– Нет, – качаю головой. – Ты сам всё испортил. Так что не жди от меня снисхождения.
– Не думай, что это конец! – цедит он. – Хочешь поиграть? Отлично! У меня тоже припасён туз в рукаве!
Все части внизу 👇
***
Если вам понравилась история, рекомендую почитать книгу, написанную в похожем стиле и жанре:
"Предатель. Назад дороги нет", Яна Клюква ❤️
Я читала до утра! Всех Ц.
***
Что почитать еще:
***
Все части:
Часть 4 - продолжение