Девушка в 16 лет
Когда писал эссе о У-ди и Цзыфу то в своих фантазиях лишь хотел показать, что их отношения и в историческом контексте и в личном плане были уникальными, поэтому придумал уникальную ситуацию их страстной ночи. Это была изрядная условность, но в комментариях мне рассказали, что такого не может быть потому, что не может быть никогда. Мне стало интересно послушать мнение многих, чтобы в будущем не допускать таких ляпов, и рассказать на каких основания придумал эту встречу.
Итак, первым источником моего вдохновения стал французский фильм 1992 года «Любовник», основанный на автобиографическом романе писательницы Маргерит Дюрас. Фильм очень неплох как в художественном смысле (отличная режиссура сцен), так и в оригинальности истории. Девушка 16 лет желает китайца чуть старше ее и плюет на мораль и воспитание. Все очевидно: девушке 16 лет, и она хочет мужчину, так говорит о своем первом опыте писательница. У Цзыфу ситуация еще прозаичнее: перед ней Сын Неба, как бы сейчас сказали, айдол, молодой парень 18 лет, почему бы ей не хотеть его, учитывая, что мораль во втором веке до нашей эры считала, что лет в 13 девушкам нужно выходить замуж?
Далее возникает сомнение, что в такой ситуации (хотя непонятно, что не так с ситуацией) у девушки может быть желание. Тут тоже писал по канонам психологии как компиляцию услышанных историй. Цзыфу надоела ее рутина швеи, она хочет бежать к яркой жизни, приключениям, у нее возбуждение, легкий стресс, и она снова видит своего айдола. Весь вопрос, куда качнутся ее гормоны, и если они будущая любящая пара, то почему им не качнуться в сторону страсти, ведь она уже считает себя женщиной императора? Не думаю, что в историческом эссе следовало затянуть десяток глав, как они медленно находили в друг друге удовольствие. Это именно условность исторического факта, что в их отношениях точно было желание друг к другу. Расписывать психологические оттенки, может быть, как-нибудь в другой раз.
И чисто для интереса покопался в анналах психологии: бывают ли случаи, когда на страх женщины реагируют желанием? Про процент не скажу, но такие случаи не так уж редки. Скажем, некоторые любят компенсировать стресс страстной близостью и не обязательно с привычным партнером. Еще одна распространенная ситуация, когда в сложной социальной обстановке женщины предпочитают влюбляться и желать самого опасного «зверя», что создает в них чувство (часто ложной) защищенности, и при этом они считают, что искренне. Редкий случай — стокгольмский синдром. Жертва насилия влюбляется в своего мучителя. А еще есть синдром Красной Шапочки, там совсем странно, условно это когда женщины пишут письма злобным личностям в тюрьмах. Темный лес, но точно всё не сводится к очевидностям «как я».
Конечно, чувствовать, как женщина, мне не дано, послушаю всё, что расскажете, просветите.
Как лень стала двигателем развития китайского языка
На дружеском канале у Андрея прочитал про мем об императорских семечках и подумал, что вообще-то мем — важная часть китайского языка. Их очень много, называются чэнъюй (成語, идиомы, буквально «готовое выражение») и изучаются в школе.
Любовь к мемах (чэнъюй) у китайцев такая, что разговорная речь, скажем, в 18-19 веке сплошные исторические и разговорные мемы, что легко заметно по классическому произведению того времени «Сон в Красном Тереме».
Не специалист, но, думаю, это обусловлено особенностью иероглифической культуры. Скажем, в русском мы собираем слово из слогов, слова собираем в предложение, чтобы наиболее точно передать смысл (из нашей голове). В русском так вообще, оттенки смысла передаются в порядке слов и их сопряжении. А как собрать смысл в китайском в языке?
Один иероглиф — не просто слово, а набор слов в зависимости от положения и контекста. И при этом у каждого иероглифа только один слог. Допустим, для текста всё не так страшно, в конце концов, для нового смысла (понятия) можно придумать новый иероглиф, но что делать с разговорной речью, где набор слогов строго ограничен? Кто-то сказал слог «фу», и мы будем переспрашивать, чтобы уточнить, какой именно иероглиф подразумевается? Вот тут-то приходят на помощь чэнъюй (идиомы, мемы).
По сути, чэнъюй — когда четырьмя словами-иероглифами выражают только одно слово, чтобы в разговорной речи каждый точно понимал, о чём речь, и не надо было уточнять, что за иероглиф скрывается за конкретным слогом. Фактически, как в буквенных языках здесь собирают из слогов слова, чтобы каждое слово было уникальным и его можно было легко узнать в речи.
Впрочем, чэнъюй это еще и изучение истории, потому, что значительная часть из них взята из исторических записей и классической литературы. Выражение «Тянуть ростки, помогая им расти» (拔苗助长, ба мяо чжу чжан) впервые встречается в «Мэн-цзы» и означает тупость. Выражение «Служить как собака и конь» (犬馬之勞 цюань ма чжи лао) означающее преданность, взято из Троецарствия.
Позднее чэнъюй упрощаются и становятся больше похожи на мемы. «Огонь поджигает брови» (火烧眉毛, хуо шао мэй мао) — срочно! «Не упустить даже одну ниточку» (一丝不苟, ю ши бу гоу) — аккуратно. В общем, использование идиом, метафоричность китайского языка — это не прихоть, а необходимость разговорной речи, чтобы не переспрашивать: «А какой иероглиф подразумевался?» Можно сказать, что китайцы ленятся переделывать свой язык и придумывать множество способов, чтобы этого не делать.
А на сегодня все...