Десять лет брака, двое детей, ипотека, дача, собака. Обычная, нормальная, скучная семья. Я думала, скука — это привилегия. Это значит, что всё хорошо, нет катастроф, можно просто жить. Я не знала, что для моего мужа наша "скучная" жизнь — это приговор.
Это случилось в обычный вторник. Дети уснули, мы пили чай на кухне. Дима смотрел в окно дольше обычного, и я спросила: "Ты чего?". Он повернулся и сказал то, что я буду помнить до конца своих дней.
— Лена, я хочу поговорить. Я много думал... Мне кажется, нам нужно разнообразие. В браке стало слишком предсказуемо. Я предлагаю попробовать полиаморные отношения.
Я рассмеялась. Честно, я подумала, что это шутка. Дурацкая, несмешная, но шутка.
— В смысле? Ты хочешь завести любовницу и хочешь, чтобы я это одобрила?
— Не любовницу. Отношения. Открытые. Чтобы мы оба могли встречаться с другими. Это сейчас нормально, современно. Многие пары так живут, и их брак только крепчает.
Я слушала и не верила своим ушам. Он говорил о "расширении горизонтов", о "новом опыте", о том, что "моногамия — это пережиток прошлого". Он предлагал мне тоже "найти кого-то", чтобы "было честно". Он смотрел на меня с надеждой, как на потенциального сообщника в авантюре.
А я смотрела на него и видела чужого человека. Десять лет я просыпалась с ним, рожала от него детей, строила дом, плакала в его плечо. А теперь он сидит напротив и предлагает мне "разнообразие". Потому что ему скучно.
— Дим, я не хочу никого, — сказала я тихо. — Я хочу тебя. Только тебя. Мне не нужны другие. Мне нужен ты. Наш брак, наша семья. Разве этого мало?
— Лен, ты не понимаешь, — он вздохнул, как ребенок. — Это не про то, что ты мне не нужна. Ты мне нужна. Просто... мне нужно что-то ещё. Новые эмоции. А ты — это ты, ты всегда рядом. Это не твоя вина, это просто... природа.
Я не спала трое суток. Я гуглила, читала, пыталась понять. Может, я отстала от жизни? Может, это действительно норма? На форумах я нашла сотни историй: кто-то хвалил, кто-то плакал. Одни писали: "Это спасло наш брак!". Другие: "Это уничтожило мою жизнь". Я не знала, кому верить.
Я попыталась поговорить с ним ещё раз.
— Дима, а если я не хочу? Если мне больно от одной мысли, что ты с другой?
— Значит, ты меня не любишь по-настоящему, — ответил он. — Любовь — это свобода. Если ты любишь, ты отпускаешь. Ты просто боишься потерять контроль.
— Я боюсь потерять тебя, — прошептала я.
— А я никуда не денусь. Я буду приходить к тебе. Ты — моя семья. Просто у меня будут ещё... друзья.
"Друзья". Он назвал их друзьями. У меня внутри всё оборвалось.
Я приняла решение. Не сразу. Через две недели ада, слёз, попыток достучаться. Я сказала ему:
— Дима, я не буду участвовать в этом эксперименте. Я не хочу "разнообразия". Я хочу мужа. Одного. На всю жизнь. Если тебе этого мало — уходи. Но я не буду ждать тебя дома, пока ты ищешь "новые эмоции". Я не буду делить тебя с другими. Я не буду "современной". Я буду собой.
Он обиделся. Сказал, что я "не даю ему развиваться", что я "консервативная", что я "давлю на чувство вины". Через неделю он съехал к "друзьям". Не к одной — к нескольким. Он был счастлив. Он писал мне: "Лена, это так круто! Ты много теряешь!". А я сидела в опустевшей квартире, смотрела на его подушку и не понимала, как можно быть таким слепым (и тупым).
Прошёл год. Он вернулся. Приполз, если честно. "Друзья" оказались не такими уж друзьями, когда закончилась новизна. "Разнообразие" превратилось в пустоту. Он говорил, что ошибся, что не ценил, что хочет вернуться.
Я слушала его и чувствовала... ничего. Любовь умерла. Не в тот момент, когда он предложил "полиаморность". А в те долгие месяцы, когда он выбирал других, а я училась жить одна. Он убил её своим эгоизмом, прикрытым модными словами.
— Дима, я не могу, — сказала я. — Я не сержусь. Я просто больше не чувствую того, что чувствовала. Ты хотел свободы — ты её получил. А я получила право выбирать. И я выбираю себя.
Он не верит до сих пор. Иногда пишет, что я "не дала шанса". Но я дала. М были вместе десять лет, а он захотел "разнообразия". Теперь у него есть это разнообразие. А у меня — покой и чувство, что я не предала себя.
Должна ли была Елена попробовать "эксперимент", чтобы сохранить брак, или она правильно защитила свои границы? Можно ли спасти брак после того, как один из партнёров предложил такое, а другой отказался?
Читайте также: