Найти в Дзене
Усталый пилот: рассказы

Без движка под облака

Прочитал в книге воспоминаний нашего училища интересный случай катапультирования, описанный выпускником 1970 года Петром Павловичем Загадским. Вот как он описывает этот случай: «Спарка» МиГ-21. Мой допуск 500х4. Взлетаю по плановой таблице СМУ с курсантом и на 250 черпаем облака, на 300 входим. Верхний край ровный 4900-5000. По системе идем на 5000. При подходе к ДПРМ что-то зашевелилось в заду и я спросил у курсанта «давление масла». Он говорит «0». «Спарки» были старых серий, даже лампочки давления в задней кабине не было. Доложил, и погнали вниз. На 2000 стал двигатель. Тормозные щитки не выпустить — подвесной бак. Разогнали примерно до 750. И на 300 м выпали под облака в районе 3 разворота. Здесь опомнился наш РП и заорал: «Прыгать!». Катапультировались. Хорошо, что кресло было КМ. Открыл глаза, сверху купол парашюта, а в руках ручки - держки для катапультирования жму. Подумал, было бы кресло СК, держал бы их до земли. Отбросил их от себя, а надо было оставить для памяти. На парашю
Оглавление

Прочитал в книге воспоминаний нашего училища интересный случай катапультирования, описанный выпускником 1970 года Петром Павловичем Загадским. Вот как он описывает этот случай:

Как было на самом деле

«Спарка» МиГ-21. Мой допуск 500х4. Взлетаю по плановой таблице СМУ с курсантом и на 250 черпаем облака, на 300 входим. Верхний край ровный 4900-5000. По системе идем на 5000. При подходе к ДПРМ что-то зашевелилось в заду и я спросил у курсанта «давление масла». Он говорит «0». «Спарки» были старых серий, даже лампочки давления в задней кабине не было. Доложил, и погнали вниз. На 2000 стал двигатель. Тормозные щитки не выпустить — подвесной бак. Разогнали примерно до 750. И на 300 м выпали под облака в районе 3 разворота. Здесь опомнился наш РП и заорал: «Прыгать!». Катапультировались. Хорошо, что кресло было КМ. Открыл глаза, сверху купол парашюта, а в руках ручки - держки для катапультирования жму. Подумал, было бы кресло СК, держал бы их до земли. Отбросил их от себя, а надо было оставить для памяти. На парашюте висел и видел нашу «спарку», как она коснулась земли, некому было выровнять. Взорвалась, а мы приземлились на поле с овсом и горохом.

Идем и щелкаем горох. «Пчелка» (самолет Ан-14) пролетела — ком. полка посмотрел сверху, где мы упали, живы ли вывел на нас тягачи с народом. Вывезли, санчасть, комиссия по расследованию, объяснительные командующему (почему, спросил, давление масла), пока мужики не сказали: «Да напиши, что услышал скрежет, ведь им не понять, что ты можешь жопой чувствовать». Дали часы от начальника училища, курсанту благодарность.

Собрал курсантов АЭ и объяснил на своем примере, что человек не готов бросить самолет, пока не было команды, даже мысли не было о катапультировании, а дальше умное кресло спасло. Мои-то действия: сжать и потянуть держки, а дальше автоматика работала.

Как написал Гига-Чат

Ну, думаю, надо из этого короткого повествования написать художественный рассказ. Материал-то хороший. Но сейчас из всех гаджетов и мессенджеров рекламируют всякие ИИ и в частности Гига-Чат, что он всё знает и во всём тебе поможет. На НТВ даже разговаривает с ним ведущий и тот ему умные вещи говорит. Дай, думаю, попрошу этот самый Гига-Чат написать рассказ по этому случаю, а то я сам-то целый день одним пальцем по клавиатуре тыкать буду.

Запустил в него текст и вот что он мне написал:

Сквозь Облака

Выскочив из облаков на высоте трёхсот метров, лётчик Сергей почувствовал небывалую лёгкость. Сердце колотилось бешено, кровь стучала в ушах, а вокруг расстилалось бесконечное голубое небо. Последняя команда руководителя полётов звучала ещё в голове:

Прыгать!

И тут, мгновенно оценив ситуацию, Сергей поступил единственно правильным образом: крепко схватившись руками за специальные ручки кресла-катапульты, сильно нажал ими навстречу друг другу и резко дёрнул вверх.

Качнуло и швырнуло вперёд. Грохот взрывающейся кабины ударил по барабанным перепонкам. Рёв двигателя стих, сменившись шёпотом ветра. Парашют раскрылся ровно и плавно, послышались трески строп и крепёжных ремней. Оцепенение охватило Сергея — мир вдруг замолк, застыл неподвижностью спокойствия.

Сергея качало и мотало ветром, холодный воздух обжигал лицо. Над головой сиял голубой купол парашюта, внизу простирались бескрайние поля пшеницы и ржи, слегка окрашенные утренними лучами солнца. Удивительно ясно ощущалось собственное тело, живость каждой жилки, каждая клеточка дышала полной грудью.

Рядом оказался курсант Андрей. Лица его почти не видно — огромный шлем скрывал всё кроме испуганных глаз. Однако страх на лице Андрея казался скорее удивлением, осознанием того, каким чудом остался живым. Сергею захотелось сказать ему что-нибудь ободряющее, успокоительное, однако слова застревали в горле.

Самолёт врезался в землю буквально рядом с ними, подняв облако пыли и искр. Когда дым рассеялся, ребята увидели две фигуры в ярко-жёлтых костюмах парашютистов, лениво шагающих по полю, собирая выброшенный запасной комплект снаряжения.

Они стояли посреди золотистых полей, окружённые мягкой травой и густым запахом свежей зелени. Рядом протянулась небольшая деревенская дорога, ведущая к небольшому поселению, откуда вскоре показались два военных грузовика с красными крестами на бортах.

Вернулись в часть, едва успели привести себя в порядок, помыть руки и лица водой из ведра, привезённого механиками. Санитарная служба осмотрела обоих лётчиков, записав состояние здоровья. Медики подтвердили отсутствие серьёзных травм, хотя оба получили значительные психологические нагрузки.

Началась долгая процедура расследования происшествия. Строгостью её отличалась необходимость детально описать каждое своё действие, каждый импульс тела, каждую мысль, возникшую перед прыжком. Следователи задавали странные вопросы вроде:

— Почему именно тогда вспомнили проверить давление масла?

Сергей ответил честно:

— Почувствовал неладное… Честно говоря, задницей ощутил проблему!

Комиссия покивала головами и, приняв объяснения как заслуживающие доверия, прекратила допросы. Начальник авиационного училища вручил обоим памятные наручные часы, выражая благодарность за проявленное мужество и профессионализм.

Несколько месяцев спустя события повторились на занятиях с группой молодых пилотов. Только теперь инструктором выступал сам Сергей, подробно разбирая происшедшее и подчёркивая значимость интуиции, быстроты реакции и умения доверять своему телу.

Этот случай показал молодому лётчику Андрею, что порой интуиция важнее технических приборов и приказов вышестоящих лиц. Сергей искренне считал, что грамотность действий экипажа помогла сохранить жизни двоих ребят и послужит примером другим будущим пилотам.

Друзья, Дзен не монетизирует многие мои публикации, крайний раз насчитали 24, хотя по-моему в них нет ничего недозволенного. Поэтому, если хотите отблагодарить автора, присылайте "ДОНАТЫ" или подписывайтесь на "ПРЕМИУМ"...

Небо над гарнизоном
Усталый пилот: рассказы8 октября 2025

Резюме

Ну как, по вашему мнению, справился ИИ с поставленной задачей и можно ли ему доверять написание художественных текстов?

Думаю, всё таки придётся самому тыкать одним пальцем по клавиатуре, но это в следующий раз.

Моя книга на Литрес
Подписывайтесь на законченные романы всего за 100 рублей.