Лида шла в магазин. Конечно, не очень-то полезно носить пакеты на девятом месяце беременности, но еда у них дома почти закончилась. А бабушка в последнее время чувствует себя не очень хорошо: всё-таки возраст даёт о себе знать.
Конечно, Лида замечает, с каким любопытством смотрят на неё жители деревни, как ехидно улыбаются женщины, когда она заходит в магазин, как перешёптываются, будто она ничего не слышит. Лида никак на это не реагирует.
— Булку белого хлеба, пожалуйста, — говорит она тёте Кате, маленькой бойкой продавщице, которая работала в этом магазине, сколько Лида себя помнила.
— Держи, Лидочка, — говорит тётя Катя. — Что ещё?
— Упаковку спичек, пачку сливочного масла, макароны и овсяное печенье.
— Сейчас сделаю, детка. Как твои дела, Лидочка?
Позади девушки раздался голос тёти Нины.
— Всё хорошо, — спокойно ответила Лида.
— Как учёба? — в голосе женщины сквозило явное ехидство.
— Я на заочном учусь, всё нормально, — спокойно ответила Лида.
— Вот как? А кто отец-то, Лидочка? — этого уже не вытерпела и подала голос тётя Люда.
— Спасибо, тётя Катя. До свидания, — Лида отдала деньги, взяла покупки и ушла, не удостоив тётю Люду ответом.
— Ишь, какая, фыркнула-то! — не унималась та. — Не хочет признаваться. Строит из себя святую невинность. Все мы уже поняли про тебя, вертихвостка.
— Да тише ты! — цыкнула на неё тётя Нина.
Тётя Люда пожала плечами.
— А я чего? Все её живот видели, а муж где? Мужа нет. Нагуляла, получается.
Выйдя из магазина, Лида тыльной стороной ладони вытерла влагу у глаз. Ничего, она справится. Эти взгляды, разговоры, вопросы — не самое страшное. Она всё выдержит. Главное, что бабушка на её стороне.
На ветеринарный факультет Лида поступила без проблем. Они заранее с бабушкой решили, что учиться девушка будет на заочном отделении.
— Ну и что, что на год дольше? — сказала Зинаида Михайловна. — Диплом-то такой же получишь. А он нам и нужен для работы. Теорию ты самостоятельно изучишь. Я научила тебя всему, что знаю сама. Конечно, понятно, что за столько лет много нового появилось, но это ничего. Зная базу, ты быстро сообразишь.
Лида улыбнулась бабушке.
— Ты всегда говоришь, что главное — практика.
Зинаида Михайловна кивнула.
— И её у тебя было много. А чтобы стало ещё больше, я попросила одного из своих бывших подчинённых взять тебя на работу в его клинику. Будешь там помогать одному молодому, но очень талантливому врачу, а в свободное время учиться.
— Хорошо, бабушка, — ответила Лида.
Учёба давалась ей легко. Конечно, с тех пор, как бабушка руководила клиникой, многое изменилось, ветеринарная наука шагнула далеко вперёд. Но всё равно Лиде было гораздо легче, чем её однокурсникам, у которых подобного опыта не было.
Иван Сергеевич, бывший бабушкин ученик и подчинённый, а теперь и сам директор клиники, принял Лиду с распростёртыми объятиями.
— Здравствуй, здравствуй, Лидочка! — он ласково пожал ей руку и предложил присесть.
На фотографиях, которые бабушка показывала внучке, Иван Сергеевич был худеньким, невысоким парнем в смешных круглых очках. Теперь же он сильно раздался в ширину, сделал лазерную коррекцию зрения и отрастил густую тёмно-рыжую бороду.
— Как там Зинаида Михайловна? — спросил он. — Мы все тогда были в шоке, когда она вдруг внезапно объявила, что оставляет пост главы больницы и увольняется.
Лида сглотнула. Она знала, почему бабушка внезапно ушла от такого важного поста. Но вряд ли бы та обрадовалась, начни внучка рассказывать об их личной жизни.
— Всё хорошо, — сказала Лида. — Она просила передать вам привет и сказала, что очень гордится вами.
Иван Сергеевич смущённо заулыбался и на несколько секунд стал похож на юношу с фотографии двадцатилетней давности.
— Спасибо, очень приятно это слышать, — сказал он. — Я так понимаю, Зинаида Михайловна всё так же отдаёт предпочтение практическому обучению?
— Так и есть, — Лида улыбнулась. — Поэтому я поступила на заочное отделение.
— На самом деле это мудрое решение, — сказал Иван Сергеевич. — Что же, вы будете работать помощницей одного из наших врачей. Я уверен, он многому вас научит.
Врач был старше Лиды всего на восемь лет, однако девушка сразу заметила, что он пользуется уважением остальных сотрудников клиники. Да и ей Руслан Александрович тоже понравился с первого взгляда. Высокий, светловолосый, кареглазый, он как будто всегда был в хорошем настроении и проявлял доброту как к людям, так и к животным.
К новости о том, что теперь у него будет новая помощница, он отнёсся довольно спокойно.
— Что же, Лидия Антоновна, — весело сказал он, — посмотрим, как вы покажете себя в деле.
— Я буду стараться, — ответила Лида.
Работать с Русланом было интересно. Он легко умел находить контакт как с животными, так и с их хозяевами. Лида заметила, как внимательно он собирает анамнез, как подробно проводит осмотр.
— С больными людьми проще, — объяснял он Лиде. — Они тебе могут всё словами рассказать. А с животными мы можем ориентироваться только на то, что замечают хозяева. А не все они отличаются особой наблюдательностью. Поэтому тебе надо помочь им: спрашивать, как изменилось поведение животного, его привычки. Ну и, конечно, осмотр самого питомца много даёт.
Лида внимательно слушала и кивала.
— Кстати, у тебя очень хорошо получаются манипуляции, — похвалил её Руслан Александрович. — Уколы, перевязки и всё остальное. Где научилась?
— У меня бабушка ветеринар, — ответила Лида. — Она с детства брала меня с собой, когда кто-то в деревне просил её помочь.
— Ого! Так у тебя стаж едва ли не больше, чем у меня, — весело воскликнул доктор.
Лида смущённо улыбнулась.
— Я больше наблюдала. Только последние года три она стала доверять мне разные несложные случаи. И в деревне нашими пациентами были в основном коровы, лошади, свиньи, куры, козы. Собаки и кошки тоже, но гораздо реже.
— Что же, — сказал Руслан Александрович, — у нас коровы и куры редко встречаются, но опыт у тебя отличный. Я вижу, что ты хорошо справляешься со своими обязанностями. Главное — учись хорошо, сдавай экзамены, а остальному я научу.
Он дал ей список актуальных учебников и сайтов.
— Вот это читай. Привыкни к тому, что половина того, что ты будешь учить в институте, уже устарела, а ещё четверть устареет к тому времени, как ты получишь диплом, — усмехнулся он.
— Это печально, — сказала Лида.
Доктор пожал плечами.
— Это жизнь. Кстати, если хочешь, могу тебе дать ещё одну подработку. Это в нашей же клинике. Будешь выполнять манипуляции для животных, чьи хозяева согласны возить их к нам каждый день.
— Какие, например?
— Ставить капельницы, уколы. Уколы многие делают самостоятельно, и я это понимаю: всё-таки бюджет у всех разный. В этом случае твоя задача — максимально подробно объяснить хозяину, как это сделать безопасно, безболезненно и эффективно для питомца. Но кто-то из хозяев готов платить за комфорт и безопасность и доверяет своего животного только нам. Что-то по типу дневного стационара. Там как раз не хватает медсестры в вечернее время.
— Поняла, — кивнула Лида. — Я с удовольствием возьму эту подработку.
В основном в дневной стационар приходили на капельницы. Лида быстро научилась находить вены и аккуратно ставила катетеры. Хозяева животных оставались очень довольны.
Лида даже почти подружилась с одной из хозяек. Марина Петровна была милой маленькой женщиной лет тридцати шести. Сразу было заметно, что она очень богатая: дорогая брендовая одежда, ухоженное лицо и ногти, маленькие сумочки, которые менялись при каждом её посещении.
У неё был длинный рыжий кот по кличке Кумкват, который был дорог хозяйке и её мужу, про которого она постоянно рассказывала.
— Мы с Севочкой женаты уже тринадцать лет, — рассказывала она Лиде. — И Кумкватика мы завели в первую же неделю после того, как вернулись из свадебного путешествия. Вышли из магазина, а он сидит на крыльце — голодный, маленький, испуганный.
Она ласково погладила кота, который лежал под капельницей, всем видом показывая, как ему неприятно подобное времяпрепровождение.
Сейчас он выглядел максимально сытым, ухоженным, с длинной и лоснящейся шерстью.
— И вот с тех пор он с нами, — продолжила Марина Петровна. — Он нам как ребёнок.
Лида кивнула. Когда она жила в деревне, то привыкла к совершенно другому отношению к животным. Да, хозяева там тоже любили своих питомцев, но относились к ним более практично. Если заболевала корова, это потенциально грозило семье отсутствием молока, творога, сыра, сметаны и мяса, на которое когда-то эта корова должна была пойти. Лошади нужны были для перевозки грузов, коты — для ловли мышей, собаки охраняли дом, куры несли яйца. А здесь, в городе, животные не несли практически никакой практической пользы, но относились к ним почти так же, как к членам своей семьи.
Поначалу Лида этого не понимала, хоть и сама очень любила животных, но постепенно, общаясь с хозяевами, она начала видеть, что за каждой кошкой, собакой, попугайчиком стоит своя личная история. Кумкват заболел очень серьёзно. На капельницы ему надо было ходить целых три недели, и, так как кот был непростой, Лида старалась во время процедуры далеко не уходить. Так она поневоле узнавала о Марине Петровне и её семье всё больше.
— Он для нас как ребёнок, — часто повторяла хозяйка рыжего кота.
И как-то она решила, что надо пояснить Лиде подробнее.
— Мы с мужем давно хотим завести ребёнка, — призналась она. — Пытаемся уже почти десять лет, только вот всё никак не выходит.
— Я очень вам сочувствую, — сказала Лида. — Но у вас всё ещё может получиться, не переживайте. Вы ведь такая молодая.
Марина Петровна внезапно всхлипнула.
— Нет, — почти отчаянно выкрикнула она, — мы уже столько раз пытались, обследовались с головы до ног десятки раз. Я раз семь делала ЭКО, ничего не получается.
Она заплакала. Лида растерялась. Она совершенно не ожидала, что с лечения кота они перейдут на такую серьёзную тему. Но потом всё-таки спохватилась и принесла хозяйке Кумквата бумажные салфетки.
— Спасибо, — всхлипнула Марина Петровна и громко высморкалась. — Ещё и этот негодяй так заболел, напугал нас.
Кот даже ухом не повёл: видимо, к перепадам настроения хозяйки он уже привык.
— Не переживайте, — сказала Лида, — с Кумкватом всё будет хорошо. И с вами тоже.
Марина Петровна ещё несколько раз всхлипнула, но потом окончательно успокоилась.
— Спасибо вам, Лидочка, — сказала она. — Вы очень хорошая девушка. Мне просто каждый раз легче становится, когда я от вас возвращаюсь домой.
Лида улыбнулась.
— Вы тоже очень хорошая.
— Спасибо.
Марина Петровна ещё раз промокнула глаза салфеткой и вдруг спросила:
— Почему вы решили стать ветеринаром?
Лида улыбнулась.
— Из-за бабушки. Много лет назад она руководила этой клиникой.
— Ничего себе!
— Да. А потом случилось так, что ей пришлось воспитывать меня с младенчества. Тогда она отказалась от должности, купила дом в деревне и уехала туда со мной. Так мы всю жизнь и прожили. Мне с детства нравилось помогать животным. Бабушка научила меня всему, что знала сама. А теперь мне надо продолжить образование, получить диплом.
— И тоже возглавить клинику? — Марина Петровна уже улыбалась.
Лида тоже улыбнулась в ответ.
— Ну, может быть, через много лет, — ответила она.
— А где сейчас ваша бабушка?
Лида вздохнула.
— Пока она живёт в деревне, одна. Но когда-нибудь я обязательно перевезу её к себе. Куплю нам небольшой, красивый, благоустроенный дом в черте города, и мы будем там жить.
Марина Петровна задумчиво кивнула.
— Я уверена, — сказала она, — что у вас всё обязательно получится.
продолжение