—А с того, чтоб доказать, что да, я доярка-колхозника, но ничем не хуже некоторых! И что имея диплом можно и нужно оставаться человеком, а не задирать нос и считать других ниже достоинством. Вот например, как наш Иван Петрович, несмотря, что заведующий фермой, нос не задирает и ко всем с уважением относится, даже дядьку Фёдора по имени отчеству называет. А этот смотрит на всех свысока! Тоже мне, вельможа!
Глава 50
Начало здесь:
Вот вышагивает Катерина перед Павлом, виляет туда- сюда, туда-сюда бёдрами, а Павел идёт сзади и улыбается криво, сразу понятно, такую и добиваться не надо, сама просится на грех...
А Дима Шуру довёл до дома за руки держась, попрощались и Шура в дом побежала, обернувшись на пороге и на прощанье помахав ему рукой.
—До завтра! — шёпотом прокричал Дима и пошёл гордой поступью домой.
Шура крадётся значит в дом на цыпочках, и вдруг слышит:
—Да не крадись ты! Не сплю я!
От неожиданности Шура аж подпрыгнула:
—Фух! Ба! Напугала меня!
—Я что тебе, домовой что ли, чтобы меня боятся? — засмеялась баба Вера.
—Да нет конечно! — улыбнулась Шура. —А ты чего не спишь?
—Да вот, не спится... Душа не на месте... Как будто что-то изнутри кольнуло, думаю, ну с Шуркой что-то неладное. Еле усидела дома, чтоб на розыски не побежать. — сказала Вера Никитична.
Шура обомлела. Надо ж какое сердце у бабули чувствительное! И рассказала ей всё как на духу.
Так слушала внимательно, не перебивая. Только в конце спросила:
—И что ты решила?
—Решила, что Дима хороший парень, с ним ничего не страшно. — ответила Шура. —А ещё... А ещё, ба, решила, что хочу учиться, заочно.
—Ой! С чего это? — всплеснула руками Вера Никитична.
—А с того, чтоб доказать, что да, я доярка-колхозника, но ничем не хуже некоторых! И что имея диплом можно и нужно оставаться человеком, а не задирать нос и считать других ниже достоинством. Вот например, как наш Иван Петрович, несмотря, что заведующий фермой, нос не задирает и ко всем с уважением относится, даже дядьку Фёдора по имени отчеству называет. А этот смотрит на всех свысока! Тоже мне, вельможа!
—Учиться надо не для того, чтобы кому-то что-то доказать, а для своей пользы и благополучия! Но, девка, я всё равно этому очень рада! Наконец-то мои слова Господь услышал! — обрадовалась Вера Никитична. —Правильно! Учись, детка, пока у меня ещё силы есть, пока по дому могу справляться, тебе меньше нагрузки будет. А то ведь это дело-то непростое и работать и уроки учить...
На следующий день, Шура подошла к Ивану Петровичу, чтоб рассказать ему о своём решении и посоветоваться, как лучше сделать.
—Ну что ж, Александра! Очень правильное решение! — поддержал её Иван Петрович. —Помогу, чем смогу. Учись. Моей сменой будешь! Обещаю от нашего совхоза похлопотать, чтоб тебе направление выписали, но это значит, что ты должна будешь здесь и работать.
—А я никуда и не собираюсь уезжать, Иван Петрович! Спасибо вам большое! — обрадовалась Шура. —Только вы пока что пожалуйста, пока что никому не говорите, хорошо? Вдруг у меня не получится...
—Всё получится, Александра! Характер у тебя боевой, целеустремленный и трудолюбия не занимать, а это главное! — подбодрил её заведующий.
Павел на ферму пришёл с аккуратно обработанной и заклеенной пластырем раной на губе. На вопрос отвечал уклончиво, не вдаваясь в подробности, мол нечаянная травма от неаккуратности, хотя все и так знали, кто ему губу расквасил. К Шуре теперь не подходил и даже не смотрел в её сторону, чему та была бесконечно рада.
Однажды закричал истерично, увидев в корпусе, возле Шуры Диму, мол что здесь делают посторонние.
Благо Иван Петрович был рядом и его тут же осадил:
—Не перегибайте, Павел Егорович. — сказал. —Дмитрий такой же работник фермы, как вы, я и все остальные.
Зато Катерина зачастила бегать на ферму ни с того, ни с сего...
—Что ты тут забыла? — однажды удивлённо спросил её дядька Фёдор.
— С девчонками поболтать пришла! А ваше какое дело?— огрызнулась та, а сама все на Павла глазками стреляет...
Видел это неоднократно Дима и про себя усмехался, права была баба Вера: то на него чуть ли на шею не вешалась, теперь за другим бегает, потом глядишь и ещё за кем-то побежит...
"Как собачонка бездомная, любому рада..." — с иронией подумал Дима. —" Действительно, с такой каши не сваришь, только и будешь думать, за кем она ещё побежит..."
А Иван Петрович, как и обещал, направление выхлопотал и поступила Шура в сельхозинститут. Ой, как трудно ей было: утром-вечером работала, днём уроки учила. Но ещё и с Димой успевала погулять, дело-то молодое... А тот берег её, помогал, чем мог. За что она ему была бесконечно благодарна...
Продолжение здесь:
Так же на моём канале можно почитать: