Специалисты просто оправдывают свои сеансы, ведь не может же вся жизнь быть кризисом взросления.
Но поведение человека говорит нам об обратном. Можно ли обойти эти кризисы, сделав их просто стадиями взросления без истерик и депрессий? Поговорим об этом с психологом Ольгой Тимониной в программе "Фонари" на "Первом Тульском".
Кризисы взросления, которых боятся все родители, они связаны со стадиями взросления коры головного мозга ребенка?
- Конечно, именно ими они и обусловлены. Просто нужно понимать, что и когда у ребенка созревает, на что нужно реагировать, как на норму, а что является отклонением от нее.
-Как созревает кора головного мозга ребенка?
- Говорим прям по периодам, конкретно, четко и понятно. Если мы берем с 0 до 4-х лет, нужно понимать, что кора созревает от затылочных зон к лобным, то есть лобные доли у вас дозреют только в 25 лет, с учетом того, что каждая зона коры головного мозга отвечает за что-то свое, то у вас новые навыки, новые ощущения будут появляться постепенно. Первые четыре года, но мы, конечно, условно срок ставим плюс-минус год в ту или иную сторону, потому что у кого-то созревание идет быстрее, у кого-то чуть-чуть медленнее. Первые четыре года то, что у нас созревает это моторика, сенсорика, эмоции и зачатки речи. Это те зоны, которые сейчас в этот момент отвечают за эти направления, в этот момент и созревают. Соответственно про моторику понятно: ребенок учится сидеть, ходить, прыгать, бегать и так далее. Это здорово, замечательно, главное его здесь не ограничивать. Когда вы пытаетесь ограничить ребенка, вы должны понимать, что ребенок дошкольного возраста для нормального развития, головного мозга в том числе, должен двигаться не меньше 60% своего времени бодрствования. Так что это нормально, что ваш ребенок прыгает, бегает, падает, набирается опыта. Без этого его координация движений не сможет выработаться. Когда вы пытаетесь его максимально оградить: «не дай бог стукнется, не дай бог побежит, споткнется, упадет, разобьет коленку». Но лучше разбить коленку, чем остаться без развитых зон мозга, давайте честно. Потом на этой базе крупной моторики развивается мелкая моторика, письмо. Чтобы у нас не было проблем с мелкой моторикой, дайте сначала развиться крупной моторике и координации крупных движений. Там же сенсорика. Что такое сенсорика? Это развитие органов чувств и, соответственно, зон которые воспринимают сигналы от органов чувств. Соответственно у вашего ребенка до 4-х лет должно быть очень много впечатлений. Ярких. Привет нашим бежевым мамочкам. Дети должны познавать цвета, и яркие цвета — это то, на что они действительно реагируют. То есть ярко-красный, ярко-синий, там, зелёный, оранжевый, жёлтый. Ребёнок должен познавать весь спектр цветовой. Чем ярче, тем больше внимания это привлекает у ребёнка младшего возраста.
— Давайте я сейчас сразу вставлю вопросы, чтобы, когда мы будем говорить про взрослых детей. Посадила, дала фломастеры, карандаши, и он рисует. Получается, что до четырёх лет — это плохо.
— Это и нехорошо, и не плохо, потому что все дети разные. Он может двигаться и в других направлениях. Это же не значит, что он у вас сидит с утра до вечера. Но вообще многие детские психологи-психиатры настораживаются, когда ребёнка можно взять там же, где ты его посадил 3 часа назад. То есть это считается уже тоже возможностью отклонения от нормы. И поэтому он начинает к ребёнку относиться более внимательно, более внимательно обследовать, расспрашивать про другие аспекты его поведения. Так что самый послушный, малоподвижный ребёнок, который вот очень удобен для взрослых, не всегда адекватно развивается.
— Бежевые мамы. Почему это опасно?
— Это не то чтобы опасно, это не ко времени. Вы не даёте ребёнку реализовать ту потребность, которая у него заложена просто вот по периодам развития его мозга. Хотите развивать его вкус? Давайте после пяти лет. Для того чтобы грамотно сочетать цвета, сначала с ними нужно познакомиться. И прежде всего ребёнок реагирует в детстве на яркие цвета. Это соответствует его мироощущению, это соответствует стимуляции мозга, нужно для стимуляции мозга, для развития определённых зон. Если ребёнок всё время находится в нейтральной обстановке, он даже концентрируется хуже, потому что ему сложнее вот в этой бежево-коричнево-белой обстановке выделить какие-то объекты для того, чтобы сконцентрировать внимание. У него ещё произвольность внимания достаточно маленькая. Поэтому, когда вот он видит какой-то яркий объект, особенно если объект ещё и движется, то ему легко сконцентрировать взгляд. Он дольше на нём задержится.
— У бежевого детства какие отложенные могут быть последствия?
— Я не знаю. Пока об этом сложно говорить, потому что нет исследований. Извините, это недавняя тенденция, последние 10 лет как-то стало популярным. Вы знаете, видела как-то статью очень интересную, она вообще не про детскую психологию. Эта статья была по архитектуре. Профессиональный архитектор сравнивал типовые здания, даже не обязательно типовые, а просто интересные, разные здания детских садов в разных странах, и там было 10 или 12 фотографий. Он очень нахваливал одно здание, по-моему, в Голландии оно находится. Оно должно быть тактильно-разнообразным, когда ребенок и с гладкими поверхностями контактирует, и грязь у вас руками месит, и по шероховатым поверхностям тоже проводит руками. Ему нужно звуков много разных, и тонких, мягких, приятных мелодичных и резких звуков, и громких звуков, глухих звуков, звонких звуков, то есть, чем больше, тем лучше. Если вы придёте в хороший детский центр, то вы увидите там либо сенсорный уголок, либо сенсорную комнату. Именно для дошкольников в возрасте от 0 до 4-х лет. Иногда можете заходить, конечно, и в пять лет, если вам это ещё интересно. Но здесь вы обязательно её увидите, эту сенсорную комнату. Там висят разноцветные ленточки, там валяются разные кубики, там валяются мягкие подушки или жёсткие сиденья. То есть, чтобы ребёнок вот с этим вот всем контактировал, это развивал наши органы чувств.
- Это до четырёх лет. Что дальше?
- Дальше. Там же у нас начинают развиваться зачатки речи и эмоций. Потому что если ребёнок видит до четырёх лет ваши эмоции на лице, то он учится на них отвечать, он учится их различать. Но это только начало. С 4 до 7 всё, что мы описывали ранее, оно, конечно, продолжает развиваться. Но там добавляется произвольная память. Именно здесь прекрасный период, чтобы её ещё и потренировать. То есть здесь мы учим стихи, здесь мы поём песни, это здорово, это замечательно. Там же у нас появляется образное мышление. То есть ребёнок целостно воспринимает предмет, не просто поднимает его и говорит: «Это красное». Но он понимает, что кубики бывают разные: жёлтые, синие, такие, и сякие. Также появляются такие, знаете, основы абстрактно-логического мышления. Ребёнок вам начинает задавать вопросы, что с чем связано, то есть он устанавливает причинно-следственные связи. Он задаёт, почему трава зелёная, ну и так далее. И здесь главное среагировать на один момент. Нам кажется, что ребёнок такой умный, мы прямо радуемся вот этим вот новообразованиям, у нас появились новые центры в головном мозге, которые активно действуют, и мы прямо начинаем его грузить: давай разовьём, давай то, давай сё: «Вот у меня порядковый счёт уже начинает учить, ему интересно». Но у ребёнка ещё очень слабый уровень регуляции, то есть он не понимает, когда он устал и плохо справляется с собственными эмоциями, а вы получаете масштабные истерики от перегруза, от сенсорной перегрузки, потому что мы же хотим развить её по всем направлениям. Утром мы с ним сходили в музей, потом в парк, потом в бассейн, потом ещё куда-то, потом порисовали, ещё почитали на ночь книжку. И ребёнок уходит очень часто в такое перевозбуждение. Это может закончиться истерикой либо тем, что он плохо засыпает, потому что слишком много впечатлений, слишком много каких-то знаний, которые он ещё не способен переработать. Так что будьте адекватны, посмотрите на своего ребёнка, если у него часто такое происходит в период с 4 до 7 лет, возможно, нужно снизить немного нагрузку, которую вы ему даёте: интеллектуальную и сенсорную.
— Как раз по поводу того, что мы, действуя во благо, в итоге сами и вредим. Вот какая неправильно выбранная родителем нагрузка может спровоцировать эти кризисы взросления? Может ли такое быть, что сами родители провоцируют вот эти яркие невыносимые кризисы взросления своего ребёнка?
— Конечно, потому что, знаете, сказать, что чётко делать так, вот в такой дозировке и так далее, не получится, потому что дети немного разные. Но если мы говорим, то смотрите, бежать во всех направлениях нет смысла, во-первых. Объясню почему. Потому что на следующем этапе, вот как раз с 7 до 10 лет, где-то в районе 7 это начинается, у нас отмирают старые нейронные связи: многое из того, что вы вложили на раннем этапе, пытаясь впихнуть в ребёнка, будет отпадать за ненадобностью - то, что мало используется, мозг начинает утилизировать, чтобы стали развиваться другие зоны.
— То есть китайский в четыре года бессмысленен?
— Вот как раз с языками так можно, потому что если вы начинаете учить китайский с рождения, это одно. У ребёнка как раз настраивается вся система речевого восприятия, анализа на тот язык, который он слышит наиболее часто. Но это должно быть, знаете, вот как второй, именно, знаете, если вы живёте вот билингвы, которые растут в семье, где один говорит на китайском, а другой на русском, тогда для них это естественная история, они учатся выделять и те и другие звуки очень тонкая настройка, и человек с этим идёт.
— А если два раза в неделю по часу?
— Эффективность будет маленькая на самом деле, тем более до 4 лет. А вот если с 4 до 10, то это как раз такой период, когда у ребёнка восприимчивость к изучению языка и вообще период для развития речи очень благодатный. Поэтому, да, там можно начинать учить языки, но будет ли толк от двух часов в неделю с учётом того, что он не пользуется им в бытовых условиях? Ну, я бы не очень на это ставила, честно. Есть шанс, что забудет. Если вы занимаетесь развитием, то помните, что ребёнку больше тридцати минут ни на чём сосредоточиться невозможно, если мы берём там где-то возраст 5—6 лет, а если он возраст меньше, то и того меньше возможностей для сосредоточения внимания. Поэтому будьте гуманны. Если вы приходите в центр и сажаете его на полчаса на какое-то занятие, таких занятий там три, знаете, как в школе, но уже с пяти лет - это не совсем удачный вариант. Для ребёнка это неинтересно, для ребёнка это сложно и это не по возрасту. Не зря у нас школа с 7 лет. Нормальная, с занятиями, с партами. Если вы даже посмотрите, когда говорят, что во Франции там с 4 лет они в школу ходят, их школа — это как наш детский садик и не более того. Если вы посмотрите начальную школу, в которую прям совсем-совсем маленькие дети приходят, не про то обучение, которое вы видите у нас в начальной школе. У нас начинается позже, а вот то, что у них называется школой, это, по сути дела, наш детский сад.
— По поводу «не по возрасту». Нейропсихологи в своих интервью часто любят рассказывать о том, что мы, родители, сами вредим своим детям, нагружая их различными кружками. Потому что в 3—4—5 лет ребёнок должен бегать, играть с воображаемыми друзьями, с единорогами, с куклами, с машинками, без разницы с чем, он должен воображать и фантазировать. А когда мы сажаем его учить языки, играть на фортепиано, ходить на курсы скорочтения, то мы провоцируем развитие не тех долей головного мозга, которые должны физиологично развиваться, поэтому наш ребёнок часто вырастает безынициативным, некреативным, потому что когда вот эта доля креатива должна была развиваться, мы его грузили полезными для него знаниями, но не по возрасту. Это правда?
— Правда. Именно поэтому я и начала рассказывать, что вообще до 4 лет он должен двигаться, рассматривать цвета, экспериментировать с цветом, с формой, со всеми вот этим моментами. Такие общие сенсорные вещи: звуки, запахи и всё остальное. Разговаривать с вами, именно разговаривать. Знаете ещё какая ошибка? Мы ставим иногда сказки: «Вот я тебе аудиосказку поставила, ты сиди слушай». Ребёнку 3 года. Он в этот момент язык не изучает и вообще плохо слышит. Для него это фон. Это всё равно, что вас сейчас посадить слушать китайское радио. Я не думаю, что вы получите много информации, вообще поймёте, о чём там было. Для вас это будет какое-то странное фоновое сопровождение, непонятно зачем включенное. Чтобы ребёнок вообще речь свою развивал, с ним нужно разговаривать, он должен видеть вашу артикуляцию, он должен воспринимать выделяемые вами слова. Когда вы читаете ему книжку, когда вы о чём-то говорите, вы ему показываете: «Колобок пошёл там туда-то, встретил лису. Вот видишь, какая рыжая?» То есть вы даёте комментарий, и тогда ребёнок начинает вот это всё вычленять. Вот эти все наши аудиосказки, они хороши после 4 лет. Вот когда ребёнок уже научился говорить более-менее, когда у него уже появляется образное мышление, он соотносит слова с образом. Тогда вы ему можете уже включать аудиосказки, до этого момента они будут бесполезны, они не то что вредны, но они бесполезны. И действительно ребёнок должен играть, двигаться, общаться с детьми, общаться с вами. Вот тогда у него будет нормальное развитие до 4 лет, потому что действительно это основные потребности ребёнка. А когда вы его приводите в спортивную школу, да, я понимаю, что тянуть с трёх лет гораздо лучше, потому что мышцы совсем маленькие, связки тоже мягкие, но он не сможет там полноценно заниматься, потому что у него концентрации внимания на три минуты хватает. Ему неинтересно, он пошёл. Поэтому вот бессмысленные вещи мы их просто перегружаем. Ребёнку это неинтересно, он начинает сопротивляться, он начинает нам выдавать реакции, а выдаёт он их в виде чего? В виде истерик. Не хочу, не буду, пойду гулять, не пойду туда, и мы начинаем с ним воевать. А вот если бы вы это дали просто на более позднем этапе, когда это полезно, действительно, и когда его мозг уже созрел для восприятия, было бы хорошо. Знаете, раньше была популярна методика вот чтения по карточкам Домана, если не ошибаюсь, фамилию, надеюсь, произнесла правильно. Это когда вот, знаете, прямо ребёнку с рождения подписывали названия предметов, которые находятся вокруг него. И как бы ребёнок вот читал это, он запоминал. Действительно, многие дети начинали читать, но только, я не нейропсихолог, сразу говорю, но когда я была на лекциях по нейропсихологии, приезжал потрясающий психолог питерский, очень опытный, и она говорила, что бывают случаи, когда ребёнок вообще перестаёт читать, потому что, сейчас вы запустили вот эти центры мозга. Да, он начал, а потом подходит созревание других центров мозга, и в возрасте 5-7 лет ребёнок вообще перестаёт читать. То есть у него вот, когда я говорила, происходит вот эта селекция, то есть ненужные нейронные связи убираются мозгом, потому что у него сейчас другие задачи, он энергию направляет на созревание других частей мозга.
— Тогда с 4 до 7, получается до школы, какая полезная нагрузка для мозга? Потому что, например, дети в 6 лет, у них такие подготовительные занятия, чтобы их в школу взяли, что ощущение, что они в Высшую школу экономики готовятся.
— Ну, это уже наши издержки, потому что мы-то хотим, чтобы наш ребёнок был успешным, причём успешнее всех, и начиная прямо с подготовки к школе. Поэтому сначала мы его сами научим читать, считать и решать
- Но это требования школ, они экзамены сдают, чтобы в школу попасть.
— Это смотря в какую школу. Просто это же наши амбиции — отдать ребёнка в самую крутую школу. Не факт, что ему там будет хорошо и что он получит там что-то полезное, но мы очень хотим. В обычных школах таких требований нет, к счастью. Но нам очень хочется запихнуть.
— С 4 до 7 какая полезная нагрузка для мозга ребёнка?
— Полезная нагрузка — это развитие речи, то есть читать ему книжки. Не заставляйте его самого читать, а читайте ему книжки. Да, вы можете с ним изучать буквы, но это опять же должна быть игровая история, когда вы эти буквы лепите, помним нашу моторику мелкую, которую мы запускаем. И на этом этапе её нужно активно развивать. Она у вас и до этого крупной моторикой развивалась, то теперь с 4 лет мы уходим в развитие мелкой моторики. Это стимулирует и центры речи, поэтому лепите эти буквы, прорисовывайте эти буквы. То есть ваша задача — не научить ребёнка читать быстро, а ваша задача — развить ему мелкую моторику, и он будет постепенно запоминать все эти буквы. Потом вы можете показывать, как складывается это в слоги, ну и так далее, в общем-то, можете подготавливать его к чтению. Но всё-таки читать в 4 года — это не является объективной нормой, это уже больше. Если мы говорим про центры чтения, то они развиваются к 7 годам в норме. И если у вас чуть раньше получилось - прекрасно. Я, например, читаю с 4,5 лет. Но это просто потому, что моя сестра читала, это было по подражанию. Такое обучение по подражанию, оно часто происходит. То есть это не то, что меня кто-то заставлял, значит, мой мозг был к этому готов. И у многих детей созревает действительно раньше. Но если вашему ребёнку это не даётся, не волнуйтесь, потому что в норме это созреет к 7 годам. Поэтому развиваем образное мышление, даём ему как можно больше рисовать.
— Вы сейчас без клиентов оставляете большую часть развивающих клубов.
— Я не думаю, что родители откажутся после этой передачи от развития своего ребёнка, потому что они сейчас сидят, слушают и говорят: «Угу, а потом мой придёт и будет хуже всех. Ну, рассказывай-рассказывай, ты своих-то небось вон с году натаскала». И всё такое прочее. Поэтому здесь нужно вот не специализированные знания, а развивать в целом. С формами какие-то загадки-задачки, там лабиринтики какие-то, игры с наклейками: «Вот чего не хватает, давай наклеим». То есть вот этого плана общие такие способности к обучению, к логическому мышлению, они активно развиваются именно в этот период. Поэтому это будет хорошо, если вы ребёнку будете давать такие игры.
— Исходя из созревания головного мозга, если мы не билингвы, с какого возраста надо давать ребёнку учить иностранный язык?
— Во-первых, про вопрос «надо». Оно ему вообще надо по жизни этот иностранный язык и как часто мы им пользуемся, даже если знаем? Это, во-первых. Но если вы хотите, то с 4 до 10 лет начинать изучать иностранный язык — это хорошо. С 4 лет ребёнок уже способен воспринимать вот эти иностранные языки, у него в принципе вот, знаете, такая намётанность к речи, предрасположенность к тому, чтобы развивать свою речь. То есть зоны ответственные за речь, за её распознавание, за артикуляцию начинают созревать. Помним, что дети у нас сначала очень невнятно говорят, и логопеды работают в основном с 4 лет. Ребёнку уже ставят звуки, потому что артикуляционный аппарат тоже созревает. Поэтому вот с 4 лет и позже вы можете уже водить его на эти занятия. Можете, конечно, и раньше, просто пользы будет меньше, он часть потом забудет из того, что выучил.
— Кризис взросления можно обойти?
— Полностью нет, но вы можете, если адекватно понимаете ребёнка, и если соблюдаете баланс в отношениях с ним и не гоните его быстрее, то кризисов будет меньше. Ну, смотрите, если, например, вы перегружаете ребёнка, вы получите большее количество истерик. Если вы не даёте ему посидеть одному, поскучать, это, кстати, очень полезная история, потому что в этот момент как раз и развивается наше творческое начало, а всё время его загружаете, то, соответственно, рано или поздно будет протестная реакция, потому что у него есть потребность, а вы его как бы толкаете не в ту сторону, которая ему нужна. Например, в 13 лет ещё один кризис. Давайте вот сейчас быстро пройдусь, что ещё там будет созревать, значит, с 7 до 10 у нас абстрактно-логическое мышление развивается, появляется навык социального поведения, при регулировании его. То есть ребёнок чётко понимает, при ком что можно, а при ком что нельзя. Поэтому, когда вы требуете прилично вести его в обществе до 7 лет, это будет натыкаться на его сопротивление. Для понимания как мы провоцируем кризисы и некрасивое поведение своих детей. То есть он усваивает это медленно, у него ещё нет этого понимания, почему нельзя. Дома можно, значит, в носу ковыряться, а вот здесь почему-то нельзя. То есть, для него это непонятная история. А вот когда с 7 до 10 лет он эти социальные нормы нормально усвоил и понимает, с кем можно как разговаривать и как себя вести. Это такое хорошее новообразование этого возраста. Там же у нас развиваются способности к восприятию математики, письма, речи, чтения. То есть прекрасный такой период для обучения - с 7 до 10 лет. Потом у нас дальше продолжает развиваться абстрактно-логическое мышление: появляется комплексный анализ ситуаций. Это где-то с 10 до 13. То есть мы анализируем комплексно, а не по одному какому-то признаку. Вот выделили и по нему действуем. А вот в 13 лет у нас дозревает лимбическая система, которая отвечает за глубину эмоций. И вот тут вы получаете то, что очень не любят родители. Это, знаете, такие вот яркие истерики. Это первая влюблённость, когда вот на всю жизнь, если вот разойдёмся, то всё смерти подобно. Это если с другом поссорился, то это предательство, и больше у меня не будет друзей. И мы можем на это сейчас улыбаться, когда мы с вами разговариваем, знаете, вот с высоты нашего опыта уже, когда мы всё это прошли, но ребёнку в этот момент не до смеха. У него вдруг, знаете, все вспыхивает, он тонет в глубине этих эмоций, которых раньше не испытывал. Он раньше за день пять раз поругался, помирился и всё было нормально. А тут прямо вообще всё, и разговаривать не будем, и ты предатель, и ты нехороший. Поэтому, если вы в этот момент начинаете обесценивать его чувства и говорить: «Господи, да вы всю жизнь по пять раз в день ссорились, мирились. Да забудь», вы попадаете не в тему. Вот вам ещё один кризис: «Ты меня не понимаешь», «Родители вообще меня не понимают. Да пошли вы все!» Вы сами же это и спровоцировали, если не понимаете, что происходит с ребёнком. Вы хотели ему помочь, в итоге навредили и себе, и ему. Ему не помогли, ну, а себе уже в отношениях навредили. К 15 годам у нас опять происходит сортировка в мозге, и многие какие-то нейронные связи редко используемые, они начинают утилизироваться, то есть они начинают угасать. Так вот, происходит специализация мозга. И мы в этот момент понимаем: «Ненавижу я вашу математику. И вообще я не художник ни разу. И вообще мне ваша биология, меня от неё тошнит». И начинается, а родители в ужасе: «Ты так хорошо учился, тебе ж всё так легко давалось. Вот зачем тебе это нужно? Нет, ты будешь ходить в этот кружок, нет, ты будешь долбить эту музыку, пока не закончишь 7 лет в музыкальной школе». Помним такие истории, да? У каждого, наверное, было что-то, когда ему лет в 15, плюс-минус, помним, год, потому что мы созреваем по-разному, начинается вот это вот отторжение. Я вдруг понял, что это не моё. Я понял, потому что у меня мозг специализировался, вот какие-то определённые зоны головного мозга вдруг созрели, и в общем-то, у меня, например, зона ответственности за математику вызрела, а вы меня в художественную школу. Или наоборот, у меня там в правом полушарии вообще просто всё цветёт и пахнет, а вы мне давай математику долбить. То есть вот эта история, она достаточно специфическая. Поэтому, если ребёнок вдруг внезапно начинает орать, это не ему дурь в голову ударила. Это не потому, что он там поругался, хотя такие истории бывают. Но очень часто ребёнок начинает вдруг понимать, что ему интересно, что ему легче даётся, на что у него больше энергии и сил и где он больше успешен. Поэтому тут вы можете смотреть на профориентацию. Вот вам, пожалуйста, посмотрите, прислушайтесь, дайте попробовать, возможно, он и определится с будущим. К 17 годам ещё один кризис, когда родители хватают себя за волосы и кричат: «Вообще откуда ты такой взялся? Да как ты смеешь?» Почему? Потому что у нас дозревают уже другие префронтальные зоны. И у нас появляется всплеск социальной активности. Мы теперь точно знаем, как мир устроен. И в большинстве случаев он устроен, на наш взгляд, абсолютно неправильно. И мы обязательно должны проявить себя в борьбе за правильность мира, за мироустройство, мы наш новый мир построим, вы тут вообще всё ничего не понимаете, как жить. Помним эту историю, все родители, которые видели детей своих примерно в этот возраст, ну, где-то с 16 до 18, вот получают вот эту прелесть. И тогда они начинают орать: «Как ты смеешь? Да я, между прочим, вот мы для тебя, да тебе эта страна дала». Господи, да успокойтесь. Он через два года перебесится, всё будет нормально, всё будет хорошо. Ещё один момент — это 21 год, и у нас тут вызревают ещё одни зоны, которые отвечают за настоящие высшие эмоции. И вот тогда, в 21 год мы учимся по-настоящему любить, по-настоящему испытывать сочувствие, по-настоящему быть альтруистичными. То есть это невыученная история: «Пойди пожалей бабушку», а когда у тебя у самого появляется чувствительность, восприимчивость к чужой боли. И вот эта история нам очень часто аукается раньше. То есть мы требуем от ребёнка, например: «Ты что, не понимаешь, как мне тяжело!» — орёт мама 12-13-летнему подростку: «Да я тут на пяти работах», а он реально не понимает, потому что у него ещё просто эти функции не дозрели. Он это понимает на уровне логики, но он не чувствует вашу боль настолько глубоко, как вам бы хотелось. Поэтому, когда мы начинаем требовать от ребёнка вот то, что у него ещё просто не сформировано, ну извините. А он в 21 год только начинает принимать взвешенные решения. А вы хотите, чтобы он в 17 лет принял решение на всю свою оставшуюся жизнь, где он будет учиться, как жить и вообще «расскажи мне, чего ты хочешь от этой жизни». Получите скандал, отторжение и вообще отвалите от меня. Поэтому иногда мы действительно усугубляем эти кризисы. А кстати, окончательно мы созреваем по мозговым структурам к 25 годам. Потому что именно к этому возрасту у нас появляется волевой контроль за тем, что мы говорим, за нашими импульсами, за нашим поведением. А мы в этот момент, когда мы начинаем требовать от ребёнка себя контролировать, да чуть ли не с рождения. Поэтому вот эта вот история, обойти эти кризисы полностью нельзя. Всё равно будут эти всплески, ребёнок учится с собой совладать, это будет достаточно жёстко. Но это зависит ещё и от вашей реакции. Если вы понимаете, что сейчас у него просто лимбическая система зашкаливает, ну, не трогайте его с этими эмоциями, старайтесь их не задевать.
О кризисах взросления мы говорили с психологом Ольгой Тимониной .
Подписывайтесь на канал "Первый Тульский", ставьте "нравишку" и получайте больше актуальных новостей и рецептов (смотрите кулинарные ролики на нашем канале)!
Читайте с нами: