За тот час, что у них был, все успели разложить свои вещи и немного освоиться в новом месте обитания. Савелий и Богдана даже побегали вокруг флигеля. Там они нашли беседку, качели и несколько ухоженных клумб с цветами.
— Мамочка, мне тут очень нравится! — воскликнула Богдана, подбегая к Полине и обнимая её за ноги.
Поля улыбнулась и погладила дочь по волосам.
— Я очень рада, — сказала она. — Надеюсь, вам здесь не будет скучно, пока я работаю.
— Не будет! — уверенно заявила младшая.
В этот момент в дверь постучали.
— Да, входите, — ответила Полина.
В домик зашёл высокий светловолосый кареглазый мужчина. Одет он был просто — в белую футболку и чёрные джинсы. Но держался так свободно и уверенно, что Поля сразу поняла: этот человек играет здесь далеко не последнюю роль.
— Всем добрый день! — первым делом поздоровался незнакомец. — Меня зовут Михаил, я помощник Юрия Леонидовича и управляющий этим домом.
— Очень приятно! — ответила она. — Меня зовут Полина, а это мои дети — Платон, Савелий и Богдана.
— Здравствуйте! — нестройным хором поздоровались ребята.
Михаил улыбнулся.
— Очень рад. Уверен, вы оживите наше сонное царство. А теперь приглашаю вас всех на обед.
Он провёл их по незаметной дорожке, которая вела к боковому входу особняка. Через эту дверь они прошли в большую уютную кухню.
— А вот и наши новенькие! — радостно поприветствовал их женский голос.
Полина увидела невысокую чуть полноватую женщину лет пятидесяти.
— Я, Анна Ивановна, — сказала она, — отвечаю в этом доме за еду. Проходите за стол.
Полина представила себя и детей, и рассадила их за столом. Кроме них было ещё около десяти человек. Все это были работники усадьбы. Они представлялись Полине, но она так волновалась, что никого толком не могла запомнить — только улыбалась и кивала.
По правую руку от Поли сел Михаил.
— Не переживайте, — шепнул он ей на ухо, — через пару дней и всех запомните.
— Откуда вы знаете, о чём я подумала? — спросила Полина.
— Это несложно. Когда я сам устроился сюда работать и мне всех представляли, я думал о том же.
Полина усмехнулась. Её первый страх отступил. Кажется, здесь все очень милые и дружелюбные.
А ещё дети вели себя очень хорошо. После того как они пообедали, Михаил повёл Полину знакомиться с начальником. А детям Гриша вызвался провести обзорную экскурсию по усадьбе.
Когда Михаил и Полина остановились перед дверью кабинета, помощник её нанимателя мягко посмотрел ей в глаза и сказал:
— Полина, помните главное: любые комментарии, которые Юрий Леонидович будет отпускать в ваш адрес, лично к вам никакого отношения не имеют. Он просто старый больной человек с тяжёлой судьбой и очень скверным характером. Собственно, за это мы и готовы начислять вам такую зарплату и предоставлять шикарные условия.
— Спасибо, что сказали, Михаил. Но не переживайте, я крепче, чем выгляжу.
— В этом я не сомневаюсь.
Затем он постучал и открыл дверь.
— Наконец-то! — раздался скрипучий старческий голос. — Я уже думал, что умру тут, пока кто-то из вас соблаговолит зайти. Интересно, за что я плачу вам, всем бездельникам, такие бешеные деньги?
В кресле у окна сидел старый сгорбленный старик. Полина сразу подумала, что именно таких и рисуют в книгах, когда описывают главного героя-сироту, который живёт у какого-нибудь злого старого родственника.
Было видно, что раньше Юрий Леонидович был высоким и крепким мужчиной. Хоть годы высушили его и будто тянули голову к земле, плечи у него оставались широкими и даже немножко гордо развернутыми. Седые короткие волосы, отросшая щетина, длинный прямой нос, плотно сомкнутые губы и глаза — злые и колючие.
Наверное, когда-то они были голубые или зелёные, но сейчас выцвели настолько, что нельзя было уже этого определить.
Этими глазами он холодно изучал Полину, будто сканировал, проверяя, что у неё внутри.
— Это что ли? — спросил он у Миши, игнорируя её полностью, как будто Полина сама не была способна ему ответить.
— Это Полина, — ответил помощник. — Да, она будет вашей новой сиделкой.
— Здравствуйте, — сказала Поля, решив, что не будет тут стоять, дожидаясь, пока к ней обратятся.
Юрий Леонидович недовольно нахмурился, будто съел что-то кислое.
— Да уж, — сказал он, — раз от раза всё хуже. Ладно, Миша, иди, разберёмся как-нибудь, что с ней можно сделать.
Помощник напоследок ободряюще улыбнулся Полине и вышел.
Без Миши Полина сразу почувствовала себя какой-то беззащитной. Но она твердо решила, что не позволит своему подопечному испортить ей настроение. Ей нужна была эта работа.
Ей нравился светлый и просторный флигель, куда их поселили. Ей нравилась возможность проводить с детьми свободное время. Ей нравилось то, что не надо никуда ездить, и она точно не собирается уходить отсюда через неделю.
Поэтому Полина взяла себя в руки, улыбнулась и сказала:
— Ну, с чего начнём? Может, побрить вас для начала? А то вы глядите очень заросшим — не как миллионер, а как бездомный.
«Ох, зачем же я это сказала?» — тут же в ужасе подумала она. «Я ведь что-то другое хотела сказать. Про свои навыки, про то, какая я высококвалифицированная медсестра. Сейчас он точно меня уволит».
Юрий Леонидович удивлённо поднял густую кустистую бровь, вдруг расхохотался, как безумный.
— Как бездомный, говоришь, — сказал он, когда смог отсмеяться. — Ну, вези тогда в ванную, раз такие дела.
— А где у вас ванная? — спросила она.
Старик закатил глаза.
— Да уж, вот он, профессионализм во всей красе.
Потом он нажал на кнопку на ручке кресла и куда-то поехал. Полине оставалось только следовать за ним.
Юрий Леонидович привёл её в большую просторную комнату. Полине хватило нескольких секунд, чтобы изучить здесь всё и поразиться, как удобно всё устроено. Она нашла накидку, пену для бритья и машинку для стрижки.
— Ты хоть умеешь? — с сомнением спросил у неё Юрий Леонидович.
— Умею, — спокойно ответила Полина.
В последний раз она стригла машинкой очень давно, когда ещё работала в больнице. Один из пациентов просил побрить его перед операцией на шее. Сам не мог — очень уж руки дрожали.
«Ничего, — подумала Полина сейчас, — я справлюсь».
Когда она закончила, то с удовлетворением посмотрела на результат своей работы.
— Ну вот, — сказала она, поворачивая подопечного к зеркалу, — совсем другой вид.
Юрий Леонидович увидел себя и ахнул.
— Ты что натворила, юродивая! — закричал он. — Ты не могла хотя бы несколько миллиметров оставить? Зачем под ноль-то всё срезать? Тут же все мои морщины и складки видны. Стал выглядеть будто вот-вот помру!
Полина сглотнула, но решила не показывать страха.
— Это негигиенично, — строго отрезала она. — И вам так больше идёт, поверьте мне как женщине.
Старик хмыкнул.
— У тебя мужчина-то хоть когда-нибудь был, женщина? А то похоже на старую деву.
Поля вспыхнула. Да, она пришла сюда в простом платье, не красилась, а волосы просто убрала в хвост. Но принять её за старую деву — это уже слишком.
— Не переживайте, — сухо чеканила она, — у меня трое детей.
Юрий Леонидович присвистнул.
— Ещё и поди от разных мужиков, — ехидно уточнил он.
— От одного.
— Ну, он у тебя и интересный тип. Трёх детей заделал, а ещё и бабу на работу отправил.
Полина поджала губы.
— Мы расстались.
— А чего так?
— Запилила так, что сбежал куда подальше.
— Это не ваше дело, — более резко, чем хотела, ответила она. — Что дальше по плану?
— Возьми планшет со стола, — проворчал старик. — Там тебе должны были оставить подробное расписание.
Планшет нашёлся в указанном месте. Полина пробежалась глазами по экрану. Да, дел много. Кажется, Юрий Леонидович и в самом деле серьёзно болен — по крайней мере, судя по количеству таблеток и уколов, которые он каждый день получает.
— Вы уже обедали? — уточнила она.
— Нет, тебя ждал. Конечно, обедал.
— Ясно.
Полина решила не реагировать на резкости.
— Тогда у вас сейчас отдых и капельница.
— Да ты у нас гений, я смотрю.
Она стиснула планшет так, что пальцы побелели, но ничего не сказала.
— Лежа вас будем капать?
— Нет. Давай-ка стоя. Сколько ещё глупых вопросов сегодня будет?
Полина едва ли не скрипнула зубами, но ответила:
— Вопросы будут, пока я полностью не разберусь с вашим режимом и назначениями. К вашему сведению, часть пациентов предпочитают во время процедуры сидеть.
— Я безумно за них рад!
— Но вас мы укладываем, — продолжила она, не обращая внимания на саркастичный тон, — а значит, тут должна быть кушетка.
Полина стала оглядываться. Старик вздохнул и кивнул головой.
— Вон там дверь, которая ведёт в комнату для процедур.
Капельница тоже прошла относительно спокойно. Полина боялась, что не попадёт в вену с первого раза — всё-таки уже столько лет не колола, — но сегодня ей повезло. Юрий Леонидович даже прикрыл глаза и задремал. Очнулся только, когда она уже вытаскивала иглу из вены.
— Сейчас у нас по плану прогулка, — сказала Полина.
— Да неужели? — тут же отозвался старик. — А я-то думал, танцы с бубнами!
Полина и сама удивлялась, откуда у неё столько терпения. Она ведь уже отвыкла от того, что незнакомые люди могут так хамить и неуважительно относиться к ней просто за то, что она выполняет свои обязанности. Если разобраться, Юрий Леонидович ведь сам нанял её на эту работу. Понятно, что в первый день она ничего не будет знать. «Неужели нельзя хоть немного сдерживать себя?» — думала Полина, идя по саду рядом с его креслом.
Хотя зачем ему это? Он же миллионер. Не привык себя в чём-либо ограничивать. У него до меня наверняка была не одна сиделка. И если я не понравлюсь или решу уйти сама, его команда в тот же день найдёт другую. А он пока просто может вымещать свою злобу на людях, будто это его боксёрские груши.
Впрочем, во время прогулки Юрий Леонидович немного притих. Он будто погрузился в свои воспоминания и не обращал внимания на шедшую рядом Полину. Просто катился по дорожкам, автоматически переключая кнопки, чтобы свернуть в нужную сторону.
«Я же ему сейчас не особо нужна», — подумала Полина. Покататься он и сам может. Дорожки тут везде просто идеальные. Но по условиям контракта она должна постоянно сопровождать его и ни в коем случае не оставлять одного. Интересно, почему.
продолжение