Через минуту после того, как Поля попросила сделать чай, на кухню подошёл Миша.
— Как ты? — спросил он.
— Нормально, — ответила Поля. — Такой вот он есть: будет изображать из себя подонка до последнего, даже будучи при смерти.
— Изображать? — удивилась Полина.
— По мне, так он такой и есть.
Управляющий вздохнул и провёл рукой по своим волосам.
— Знаешь, — доверительным тоном произнёс он, — мне иногда кажется, что на самом деле шеф не такой. Просто в какой-то момент он вдруг решил, что это единственный способ общаться с миром, и уже боится вести себя по-человечески.
Полина пожала плечами.
— Благородная версия, Миша, но, извини, я уверена, что он ведёт себя искренне.
Михаил улыбнулся.
— Может, кофе? — предложил он.
— Нет, я лучше спать пойду. Спокойной ночи.
— Спокойной ночи, Полин.
На следующий день, когда Полина с остальными пришли на общий завтрак, Миша сделал неожиданное объявление.
— Полина, у тебя сегодня выходной.
— Почему это? — удивилась она.
Управляющий пожал плечами.
— Шеф так сказал. К нему приехала сестра с детьми, видимо, они за ним присмотрят.
Полина нахмурилась.
— А уколы? Капельница?
Миша махнул рукой.
— Не переживай, мы на такие случаи вызываем медсестру из частной клиники.
— А почему она каждый день не приезжает? Зачем тогда я?
— Начальник не любит новых людей, — вдруг с улыбкой вмешалась в их разговор Анна Ивановна. Она как раз накладывала детям по второй порции сырников. — Поэтому и требует, чтобы был кто-то один, постоянный, кто знает все его привычки.
— Понятно, — ответила Полина.
«Поэтому он сводит людей с ума и заставляет их увольняться», — мысленно прибавила Анна. И над постоянным рабом издеваться приятнее, чем над медсёстрами из частной клиники, которые каждый раз будут разными. Но вслух при детях говорить этого не хотелось.
— Пусть думают, что у неё хорошая работа, — сказал Миша.
— Нам почти всем дали выходной, — добавил Гриша. — Если ты не против, Полина, и вы, ребята, тоже, я могу отвезти детей в зоопарк, а потом по дороге куда-нибудь зайдём пообедать.
— Да, дядя Гриша! — радостно закричала Богдана. Из всех троих она больше всех привязалась к молодому весёлому водителю, который всегда уделял детям внимание.
— Нет, мои хорошие, — решительно сказала Поля, — у Гриши выходной, и я не могу вас на него свесить.
Водитель махнул рукой.
— Не переживай, Поля, — сказал он. — Я всё равно пойду туда со своим племянником, ему десять, и твоих заодно прихвачу, мне не сложно.
Полина с сомнением посмотрела на детей.
— Мы будем хорошо себя вести, — тут же сказал Савелий, умоляюще глядя на мать.
Старший пожал плечами — мол, если надо, пойду, тем более за его поведение Полина никогда не беспокоилась.
— Ладно, — вздохнула она. — Тогда схожу за деньгами.
— Не надо, — ответил Гриша. — На такие мелкие расходы шеф нам всегда оставляет деньги.
Остальные присутствующие закивали.
— Даже не переживай на этот счёт, — уверила её Анна Ивановна.
После завтрака Гриша с детьми пошли в гараж, чтобы завести машину и ехать. На кухне остались только Миша и Полина.
— А у тебя есть планы на выходной? — спросил помощник у Поли.
— Даже не знаю. Наверное, надо съездить в город, посмотреть, как там квартира.
Миша оживился.
— Хочешь, прокатимся вместе? Мне надо пару дел шефа решить, это недолго. А потом можем и твою квартиру посмотреть. На обратном пути пообедаем, если ты не возражаешь.
— Да, можно, — ответила Полина.
С Мишей ей было легко и комфортно. Он умел поддержать разговор и в то же время не был навязчивым. Интересно рассказывал про дела, которыми сейчас занимается, но не выбалтывал лишнего. Полина вдруг поняла, насколько мало в её жизни было такого простого человеческого общения.
После того как она уволилась с работы, в жизни остались только муж и дети. Конечно, были ещё подруги — с колледжа, с работы, — но у них была своя жизнь: мужья, дети, работа, и часто встретиться не удавалось. А после ухода Ярослава она вообще ушла в себя.
Постоянные мысли, как найти работу, чем заплатить за квартиру, переживания, как к уходу отца отнесутся дети. На себя времени не оставалось.
— Сколько уже ты работаешь у Юрия Леонидовича? — спросила она у Миши.
Тот на несколько секунд задумался.
— Пятый год.
— Ого, большой срок.
— Ну, в доме, если не считать тебя, я едва ли не самый новенький.
— Вот это да. Как вы все держитесь? Есть какой-то секрет или раньше начальник был не такой?
Управляющий засмеялся.
— Когда я пришёл, он был, наверное, чуть помягче, но особой добротой не отличался. Не буду скрывать, мне с ним тоже приходится нелегко.
— Уж представляю, — вздохнула Полина.
Миша улыбнулся.
— Первые полгода мне хотелось уволиться, наверное, раз по семь в день. Потом стало чуть реже. А сейчас об этом вообще не думаю.
Полина хмурилась.
— Почему? Зарплата?
Конечно, она тоже играет свою роль, и не последнюю. Но и не первую. А что ещё? Полине стало интересно. Михаил такой умный, уверенный в себе. Он наверняка хороший специалист и, в отличие от неё, мог бы найти себе ещё много прекрасных мест работы.
— Опыт, — ответил Миша. — Я ведь не только домом руковожу, но и помогаю Юрию Леонидовичу вести дела дистанционно.
— Ты не смотри, что он такой слабый и дряхлый на вид. Котелок-то у него варит, будь здоров!
Полина не была уверена в этом, но решила не спорить.
— И сейчас я вряд ли найду ещё какое-то место работы, где смогу наблюдать, как управлять такими огромными капиталами, — продолжил помощник.
— Поняла, — сказала Полина, — только вот твоя-то жизнь всё время вертится вокруг Юрия Леонидовича, не жалко? Тебя жена и дети почти не видят дома, наверное.
Миша засмеялся.
— Конечно, я не очень молодо выгляжу, — ответил он. — Но мне всего тридцать три.
Полина смутилась.
— Я не поняла, о чём ты, — призналась она. — И выглядишь ты замечательно.
— Спасибо, я польщён. Не каждый день получаю комплименты от таких красивых молодых женщин. Я о том, что жены и детей у меня пока нет.
— Невеста?
— Нет.
— Девушка?
— Не-а.
— Ясно.
— Это выглядит подозрительно?
Тут засмеялась уже Полина. Немного, призналась она.
— Я просто трудоголик. Хочу заводить семью тогда, когда буду уверен, что смогу их обеспечить. Кстати, мы приехали. Подождёшь? Это на пятнадцать минут. Потом посмотрим твою квартиру.
— Конечно, — ответила Полина.
Миша взял какую-то папку с документами и вышел. Полина осталась одна в машине. Она вдруг подумала, что, возможно, как и Миша, окажется на долгие годы привязанной к этому дому и злобному старику.
Ладно, сейчас лето, а как быть осенью, когда дети пойдут в школу? Она вдруг поняла, что Анастасия Викторовна, которая её нанимала, не обговорила с ней этот вопрос. Скорее всего, потому что не рассчитывала, что Полина продержится так долго.
А Полина держится. И увольняться она не собирается.
Нет, не дождётся этот Юрий Леонидович.
Она вдруг до боли закусила губу, вспомнив вчерашнюю ночь. Она ведь тогда по-настоящему за него испугалась и впервые за всё это время пожалела. А он, как только смог дышать, тут же нагрубил ей.
Вернулся Миша и прервал ход её печальных мыслей. Он выглядел довольным.
— Что, поехали к тебе?
— Поехали.
У неё в квартире тоже всё было в порядке. Как бы вряд ли что-то могло там случиться, но Поле всё равно было привычнее держать всё под контролем.
— Теперь обедать, — весело сказал Миша. — Покажу тебе одно чудесное место.
— Вряд ли там готовят так же хорошо, как это делает наша Анна Ивановна, — засмеялась Полина.
— О, да, — вздохнул Миша. — С её сырниками ничто не сравнится, но я всё же попробую тебя удивить.
Он привёз её в большой грузинский ресторан, расположенный на последнем этаже Большого торгового центра. Там играла приятная национальная музыка, на полную мощность работали кондиционеры, что было особенно приятно после жаркого летнего дня.
Их проводили к столику с двумя мягкими диванчиками прямо у окна. Оттуда открывался вид на реку и новый высокий мост.
— Ты не будешь против, если я выберу за тебя? — спросил Миша.
— Давай, — весело ответила Поля.
— Я всё равно здесь ничего не знаю.
— Отлично! — ответил Миша.
Когда подошёл официант, Михаил указал пальцем на несколько позиций в меню, не показывая при этом Полине. Поэтому она не знала, чего ожидать. И очень удивилась, когда первым ей принесли бокал красного вина.
— Сейчас ведь только обед, — напомнила она своему спутнику.
— И что?
Полина вздохнула, потому что не нашла других аргументов.
— А ты не будешь?
— Я за рулём.
— Точно.
Вино было одновременно в меру сладким и терпким. Полина наслаждалась вкусом и вдруг подумала, что и не помнит, когда последний раз так сидела и спокойно проводила время за бокалом вина.
— Спасибо, — сказала она. — Это мой самый чудесный выходной.
Миша улыбнулся.
— Погоди благодарить, — сказал он. — Ещё еду не принесли.
Еда Полине очень понравилась. Мягкое горячее тесто хачапури с чуть солоноватым тянущимся сыром, салат с хрустящими баклажанами и кучей зелени, ароматное мясо и сочные соусы.
— Ох, — сказала она, откидываясь на мягкую спинку дивана. — Это было великолепно.
— Я очень рад, — ответил Миша. Он откинулся назад и, судя по всему, тоже был не в состоянии пошевелиться.
— Кажется, нам потребуется некоторое время, чтобы прийти в себя, — заметил Миша.
Полина лениво кивнула и сделала глоток вина.
— Я полностью тебя поддерживаю, — сказала она. — А пока можем поговорить.
Миша удивлённо поднял брови.
— Звучит пугающе.
Полина засмеялась.
— Я же не твоя жена, чтобы это звучало пугающе.
— Пока что да. В общем, я тебя слушаю.
Ей почему-то было очень легко и хорошо.
— Расскажи о себе, — попросила она. — Ты для меня какая-то загадка.
— Вот это признание. Почему же, интересно?
— Просто я ничего о тебе не знаю.
— Как и я о тебе, — заметил Миша.
— Справедливо. Но давай начнём с тебя.
Миша хмыкнул.
— Что ж, давай. Я не здешний. Родился в маленьком посёлке далеко-далеко отсюда.
— Ого!
— Да. Учился в обычной поселковой школе, жил в обычной семье, но всегда имел большие амбиции.
Полина улыбнулась.
— Поэтому, — продолжил Миша, — поступать я решил сюда.
— Это было не так-то просто, но я справился. Студенческие годы прошли весело, потом устроился на работу, на вторую, на третью, на четвёртую. Дальше уже попал к Юрию Леонидовичу, а остальное ты знаешь.
— Есть ощущение, что ты многое в своём рассказе пропустил, — задумчиво сказала Полина.
— Кто знает, может, я расскажу об этом позже. А теперь нам надо поговорить о тебе.
— Хорошо. Ну, у меня тоже ничего интересного. Я местная, но воспитывала меня только мама. Отца я никогда не видела, и мама особо про него не рассказывала. Она у меня работала преподавателем музыки, поэтому, как понимаешь, жили мы небогато.
— Ты ходила в музыкальную школу?
Поля вздохнула.
— О да. Ужасные семь лет моей жизни. Сейчас я помню только одну мелодию. Мама заставляла меня играть её чаще всего. Всё остальное выветрилось из моей памяти. А эту я сыграла столько раз, что, разбуди меня в два часа ночи, я и с закрытыми глазами её сыграю.
— Что за мелодия? Бах? Шопен? Чайковский?
— Нет, это не классика, точно. Честно говоря, даже не знаю. Мама никогда не говорила, кто автор. В школе мы точно её не проходили. У меня есть версия, что она сама её сочинила, но не берусь утверждать, что это правда.
— Хорошо, продолжай, — сказал Миша и тут же перебил сам себя: — А кто-то из твоих детей ходит в музыкальную школу?
— Нет, — отрезала Поля.
Миша засмеялся.
— Заказать тебе ещё вина?
Она пожала плечами, и Миша попросил принести ещё бокал.
— В отличие от тебя я училась не очень хорошо, — продолжила Полина. — И после школы могла рассчитывать только на колледж. И почему-то вдруг решила, что хочу быть медсестрой. Мне казалось, это очень красивая, благородная и романтичная профессия.
— Так и есть, — сказал Миша.
— Ни капельки, — вздохнула Поля. — Нет, я не жалею. Учиться было интересно, да и работать тоже. Тем более на работе я и встретила Ярослава, своего мужа.
— Он был твоим пациентом?
— Да. Только начала работать, ещё сама толком ничего не умела, помню, даже руки тряслись, когда делала уколы или перевязки. Мне казалось, что это за километр видно. Но Ярослав этого не замечал.
Михаил улыбнулся.
— Уверен, что он влюбился в тебя с первого взгляда.
— Он говорил, что так и было. Собственно, мне он тоже понравился.
Вскоре мы начали встречаться и уже спустя полгода поженились. А вскоре я узнала, что беременна.
— Ты стала очень молодой мамой, — улыбнулся Миша.
— Да. Конечно, первое время было сложно, но тогда ещё была жива мама, она мне очень помогала, — вздохнула Полина. — Потом Платон подрос, пошёл в садик, я вышла на работу, но ненадолго. Когда ему исполнилось четыре, я забеременела Савелием, а через три года родилась Богдана.
— Ух ты! После рождения Богданы мы решили, что я буду сидеть дома, поэтому семь лет я и не работала.
— Вот это да! — сказал Миша. — Должен сказать, ты прекрасно справляешься со своими обязанностями, особенно после такого перерыва.
Полина улыбнулась.
— Спасибо, приятно это слышать.
— А личный вопрос можно задать? — спросил Миша.
Поля выпила ещё глоток вина.
— Почему я разошлась с мужем?
— Да.
— Он бросил меня.
Может, свою роль сыграло вино, может, прошло уже достаточно времени, но это признание впервые далось Поле так легко.
— Просто оставил записку, что полюбил другую женщину, — пояснила она.
— Он даже не поговорил с тобой?
Полина помотала головой.
— А как же дети?
— С ними он тоже даже не попрощался.
— Какой ужас. А алименты?
Полина улыбнулась.
— Не понимаю, о чём ты.
— Какой ужас!
— Всё хорошо, — сказала Полина. — Теперь у меня всё хорошо.
— Вот почему ты так держишься за эту работу.
— Именно.
Они несколько минут молчали. Каждый переваривал всё, что прозвучало в диалоге. А потом Полина спросила:
— А что насчёт твоей личной жизни? Ты младше меня всего на два года, не поверю, что у тебя не было серьёзных отношений.
Михаил как-то печально улыбнулся.
— Были. И довольно долгие.
продолжение