Бумага с глухим стуком упала на кухонный стол. Она легла прямо поверх чистой скатерти. Вера молча смотрела на этот белый лист. Внутри неё закипало раздражение.
Три года она терпела постоянные придирки свекрови. Три года она глотала обиды ради спокойствия своего мужа. Но это заявление стало последней каплей.
— Да, я перепишу жильё на него! — нагло заявила Маргарита Борисовна. Она высоко подняла подбородок. — Имею полное право! Квартира моя. Что хочу, то и делаю.
Вера медленно перевела дыхание.
— На Артура? На человека, которого вы знаете от силы два месяца? — Вера вцепилась в край стола. Руки напряглись до дрожи.
— Он заботится обо мне больше, чем родной сын! — отрезала свекровь. Она нервно поправила яркий шёлковый платок на шее. — Андрей вечно торчит на своей работе. Ему до родной матери дела нет. Ни позвонит, ни спросит про здоровье. А Артур... он родственную душу во мне увидел.
Вера перевела тяжёлый взгляд на мужа. Андрей сидел с опущенной головой. Он всегда так делал. Как только мать начинала скандалить, взрослый мужчина прятался в невидимую раковину. Он избегал конфликтов любой ценой.
— Мам, ну квартира же дедовская, — тихо подал голос Андрей. Он даже не смотрел на мать. — Мы там ремонт хотели делать. Для будущих детей. Ты же сама обещала.
— Заработаете сами на ремонт! И на квартиру тоже сами заработаете! — Маргарита Борисовна вскочила со стула. — Артуру нужна прописка. Ему нужна стабильность для старта бизнеса. Мы, между прочим, расписаться решили на следующей неделе. И это жильё будет нашим семейным гнёздышком.
Вера не сдержала горькую усмешку. Семейным гнёздышком. Тридцатилетний сладкоречивый парень и шестидесятилетняя женщина с трёхкомнатной квартирой в самом центре города. Всё было прозрачно. Как чистое стекло.
— Вы понимаете, что он просто оставит вас на улице? — прямо спросила Вера. — Он получит документы и выгонит вас.
— Замолчи немедленно! Ты просто завидуешь моему женскому счастью! Тебя злит, что мой мужчина дарит мне огромные букеты цветов. А твой только в свой компьютер сутками смотрит!
Маргарита Борисовна резко развернулась. Она быстро пошла в коридор. Звонко щёлкнул замок. Хлопнула тяжёлая входная дверь.
Вера не стала плакать. Она не стала жаловаться слабовольному мужу. Вместо этого она достала свой телефон. У Веры была хорошая школьная подруга. Лена работала в службе безопасности крупного банка. Вера отлично помнила фамилию этого нового ухажёра. Мельников. Артур Мельников.
Вера шла по улице и вспоминала последние три года своей жизни. Как Маргарита Борисовна приходила к ним домой без звонка. Как она брезгливо проводила пальцем по полкам, искала пыль. Как критиковала каждый обед, который готовила Вера.
Но Вера терпела. Она искренне любила мужа. Андрей был добрым человеком. Но он был совершенно безвольным в присутствии своей матери.
И вот теперь эта властная женщина готова была отдать семейную квартиру хитрому проходимцу. Вера не могла этого допустить. Не ради свекрови. Ради справедливости.
Вечером того же дня подруги сидели в небольшом кафе. Лена достала из сумки тонкую серую папку.
— Держи, подруга. Твой Артур Мельников — это ходячая катастрофа. Настоящий серийный обманщик. На нём висят три гражданских иска. Две пожилые женщины уже лишились своих дачных участков.
Вера открыла папку. Перед глазами замелькали сухие строчки официальных документов.
— Одной он обещал дорогое лечение в другой стране, — продолжила Лена. — Другой клялся в вечной любви до гроба. Схема всегда одна. Женщина продаёт недвижимость или переписывает на него. Деньги переводятся на его счета. После этого пылкий влюблённый растворяется в воздухе.
Вера почувствовала, как по спине пробежал неприятный холодок.
— А полиция? Почему он до сих пор на свободе? — спросила Вера.
— А всё по закону, Вер. Женщины сами подписывают дарственные. Они в здравом уме. Сами несут ему деньги. Доказать факт обмана в таких делах безумно сложно. Он играет на их одиночестве. Вытаскивай свекровь. Иначе он её по миру пустит. И она придёт жить к вам.
Толстая папка перекочевала в сумку Веры. Она не стала звонить Андрею. Муж снова начнёт сомневаться. Начнёт говорить, что нельзя так грубо вмешиваться в жизнь матери.
Вера решила действовать сама. Она точно знала планы свекрови. Завтра утром Маргарита Борисовна и Артур идут к нотариусу оформлять документы.
Нотариальная контора находилась на соседней шумной улице. Вера толкнула тяжёлую стеклянную дверь. Она вошла в душный коридор ровно в тот момент, когда пара сидела на мягком кожаном диване. Артур крепко держал свекровь за руку. Он что-то очень ласково шептал ей на ухо. Маргарита Борисовна довольно улыбалась.
— Какая невероятно трогательная картина, — громко и чётко сказала Вера на весь коридор.
Свекровь вздрогнула от неожиданности. Артур недовольно прищурил свои тёмные глаза.
— Ты зачем сюда пришла? — зло прошипела Маргарита Борисовна. — Ты следишь за мной? Я же ясно сказала, чтобы вы в мою жизнь не лезли!
— Я спасаю вас от переезда на грязную теплотрассу, — Вера подошла вплотную. Она с силой бросила на журнальный столик тяжёлую серую папку. — Познакомьтесь с настоящим Артуром Мельниковым.
Молодой парень резко потерял румянец. Он попытался встать с дивана. Вера жёстко преградила ему путь.
— Сидеть на месте. Иначе я прямо отсюда звоню в полицию.
Она открыла папку. Достала первый плотный лист.
— Вот официальное решение суда из соседнего города. Нина Васильевна, шестьдесят восемь лет. Продала добротный дом. Отдала все деньги Артуру на развитие несуществующего бизнеса. Бизнес не случился. Артур внезапно исчез.
Вера достала второй лист.
— А вот история Веры Ильиничны. Она подарила этому прекрасному человеку свою квартиру. Сейчас эта бедная женщина живёт у дальней родственницы в глухой деревне. Денег нет. Жилья нет.
Маргарита Борисовна непонимающе хлопала нарощенными ресницами. Она переводила растерянный взгляд с лица Веры на официальные бумаги. Потом посмотрела на своего молодого жениха.
— Артурик... это что такое? Это какая-то злая шутка? Ошибка? Скажи ей, что это неправда.
Артур молчал. Его красивое лицо сильно изменилось. В одну секунду исчезла ласковая улыбка. Пропал любящий взгляд. Глаза стали ледяными и очень злыми.
— Ты сумасшедшая истеричка, — грубо бросил он Вере. — Я на вас обеих в суд подам за клевету. Вы мне жизнь портите.
— Подавай, — абсолютно спокойно ответила Вера. — Прямо сейчас мы вместе пойдём в отделение. У меня там как раз хороший знакомый работает. Подробно расскажешь ему про свою клевету. Заодно обсудим твои прошлые подвиги.
Артур резко вскочил на ноги. Он грубо оттолкнул Маргариту Борисовну в сторону. Пожилая женщина едва не упала с края дивана.
— Да пошли вы все! Больные, ненормальные! — заорал он на весь коридор.
Он быстрым шагом направился к выходу. Стеклянная дверь конторы с диким грохотом захлопнулась за его спиной.
Маргарита Борисовна осталась сидеть на диване. Она пустыми глазами смотрела на закрытые двери. Её ухоженные руки сильно дрожали. Красивый шёлковый платок съехал набок.
— Он... он даже не попытался оправдаться, — тихо и хрипло произнесла она.
— Потому что настоящие обманщики не тратят время на пустые оправдания, — жёстко сказала Вера. — Если их поймали за руку, они просто убегают. Они идут искать новую доверчивую жертву. Вы для него отработанный материал.
Свекровь закрыла постаревшее лицо руками. Её плечи жалко затряслись в беззвучном плаче.
Вера не испытывала к ней никакой жалости. Внутри было только огромное чувство выполненного долга. Она защитила свою семью.
— Вставайте, Маргарита Борисовна, — приказала Вера. — Хватит сырость разводить. Идёмте домой. И чтобы больше никаких дарственных втайне от родного сына. Иначе в следующий раз я вас от беды спасать не буду. Сами будете свои проблемы расхлёбывать.
Жизнь плавно вошла в новое русло. В просторной квартире Веры и Андрея теперь стояла приятная тишина. Больше никто не хлопал тяжёлыми дверьми. Никто не кричал о нарушенных правах и великой любви.
Маргарита Борисовна очень сильно изменилась после того случая. Она навсегда перестала носить яркие молодёжные платки. Перестала строить из себя легкомысленную девушку. Теперь она по выходным пекла вкусные творожные запеканки и приносила их сыну.
Она больше никогда не упрекала Веру. Общалась с невесткой предельно вежливо. Почти робко. Вера не стала лучшей подругой для своей свекрови. Между ними не появилось большой любви. Но чёткие, жёсткие границы были установлены навсегда.
В один из тихих вечеров Андрей подошёл сзади. Он крепко обнял жену на кухне.
— Спасибо тебе большое. Если бы не ты, моя мать сейчас на голой улице жила бы. Я был таким слепцом.
Вера спокойно допила воду из стакана.
— Я делала это исключительно для нашей семьи. Чтобы потом нам не пришлось экстренно селить твою маму в нашу пустую детскую комнату.
Она посмотрела в тёмное кухонное окно. На улице были видны огни соседних домов. Внутри у Веры было очень уютно и совершенно спокойно. Теперь она точно знала свою настоящую силу. Знала, что может защитить свой родной дом от любой беды.
Главное — никогда не закрывать глаза на горькую правду. И смело действовать в тот момент, когда все остальные просто опускают руки.