Царь Петр I хотел, чтобы любовник Евдокии признался в том, что хотел поднять против него бунт и защитить права царицы, оказавшейся в монастыре при живом муж, женившемся вторично. Степан Глебов прекрасно понимал, чем это грозило не только ему, но и его возлюбленной.
Он держался мужественно, вытерпел все пытки и признался только в том, что любил Евдокию и жил с ней. Ему стоило только сказать одно слово обвинения в адрес Евдокии, и тогда избегнул бы жесточайших пыток и мучительной казни. Однако мужчина молчал.
Интересный факт. Если верить жене английского дипломата, автору «Писем из России» леди Джейн Рондо, то когда царь Петр I принялся клеветать на Евдокию, Глебов «плюнув ему [Петру I ] в лицо, сказал, что не стал бы говорить с ним, если б не считал долгом своим оправдать свою повелительницу [царицу Евдокию]». Также майор отмечал, что не стал бы даже говорить с государем, если бы не желание оправдать невинно обвиненную Лопухину...
Вмешательство врачей позволило Глебову не умереть от пыток. Именно они вступились за него, предупредив царя, что он может скончаться в течение ближайших суток и не дотянет до казни. Хотя в его случае, наверное, лучше было бы, если бы он умер, а не претерпел последующих жутких мучений.
14 марта Степану Глебову вынесли приговор, где указывалось: «Учинить жестокую смертную казнь». 15 марта 1718 года в двадцатиградусный мороз измученного пытками Глебова привезли на Красную площадь.
По воспоминаниями ганноверского резидента Фридриха Христиана Вебера, на площади собралось около 300 тыс. человек. Цифра, на мой взгляд, весьма сомнительная. Думаю, что это явное преувеличение. Но с тем, что сам царь Петр I приехал в отапливаемой карете и остановился неподалеку от места казни, спорить не берусь. Рядом с местом казни стояла телега, на которой сидела опальная Евдокия. Бедную женщину охраняли два солдата, в обязанности которых входило держать бывшую государыню за голову и не давать ей закрывать глаза.
Посреди помоста торчал кол, на который усадили раздетого донага Глебова. Петр приказал надеть на казнимого тулуп и шапку, чтобы тот раньше времени не умер от холода. Мучиться несчастному пришлось 14 часов. Его смерть наступила в половине восьмого утра 16 марта 1718 г. После чего ему отрубили голову, тело сняли с кола и бросили среди тел других казненных по этому делу. Но и после смерти Степана Глебова Петр не уехал.
Он велел колесовать и четвертовать всех участников этого дела. После чего тела подняли на специально сооруженный помост вышиной в три метра и посадили в кружок, поместив в середине скрюченный черный труп Глебова. И этот царь претендовал на звание великого и просвещенного правителя-реформатор? Дикость какая-то…
Но и этого царю оказалось мало. Через три с лишним года — 15 августа 1721 г. — он повелел Святейшему Синоду предать покойного Степана Глебова вечной анафеме и поминать его рядом с расколоучителями, еретиками и бунтовщиками наивысшей пробы – протопопом Аввакумом, Тимошкой Анкудиновым и Стенькой Разиным.
Во исполнение этого повеления преосвященный Варлаам, епископ Суздальский и Юрьевский, издал 22 ноября 1721 г. т. н. архиерейский указ, в котором привел форму провозглашаемой анафемы. В ней майор Глебов был назван «злолютым закона Божия преступником», «царского величества противником», «лютейшим благочестия преступником и презирателем».
Предыдущая публикация по теме: Евдокия-Елена, часть 39
Начало по ссылке
Продолжение по ссылке