Я готовилась к этому вечеру целую неделю. Мой тридцать второй день рождения. Хотелось отметить красиво.
Собрать друзей, накрыть стол. Показать, что у меня все хорошо.
Вадим (ему тридцать один год) жил со мной уже восемь месяцев. Познакомились через знакомых. Сошлись быстро.
Я снимала квартиру. Однушка. Небольшая, но светлая. С балконом.
Вадим переехал ко мне через три месяца знакомства. Сказал, что его съемная студия обходится слишком дорого. Я согласилась. Думала, раз вместе живем, значит отношения серьезные.
Коммуналку он не платил ни разу. Говорил, что квартира моя, значит и расходы мои. Я не спорила. Не хотела конфликтов.
Продукты покупала тоже я. Вадим иногда приносил чипсы и сухарики. По выходным. Считал, что участвует в ведении хозяйства.
Готовила я всегда сама. Завтраки, обеды, ужины. Он даже посуду за собой не мыл. Оставлял в раковине.
Убиралась я тоже одна. Пылесосила, мыла полы, стирала. Его вещи, между прочим. Он говорил, что устает на работе.
К вечеринке готовилась неделю. Составила меню. Рассчитала бюджет. Купила продукты на десять тысяч рублей.
Приготовила оливье, салат с крабовыми палочками. Селедка под шубой. Мясо по-французски с помидорами. Нарезки из колбасы и сыра.
Даже торт заказала в кондитерской. Красивый, трехъярусный. Белый крем, свежие ягоды. Стоил пять тысяч.
Вадим все это время лежал на диване. Смотрел футбол по телевизору. Иногда комментировал игру вслух.
Когда я попросила помочь расставить стулья, он отмахнулся.
— Ты же хозяйка. Сама справишься. У меня матч.
Я стиснула зубы. Расставила стулья сама. Притащила два из коридора. Накрыла стол белой скатертью.
Выставила лучшую посуду. Бокалы, тарелки, приборы. Разложила салфетки. Поставила свечи.
В семь вечера начали приходить гости. Первой пришла подруга Настя. Принесла цветы и конверт с деньгами.
Потом пришла Света с мужем. Соседка Марианна с букетом цветов. Две коллеги с работы. Всего десять человек.
Вадим пригласил своих друзей. Трех парней. С ними он играл в футбол по воскресеньям. Кирилл, Игнат и Рома.
Начали отмечать. Я подносила тарелки с закусками. Следила, чтобы у всех было что поесть.
Вадим сидел во главе стола. Громко смеялся, рассказывал анекдоты. Чокался с друзьями. Вел себя как хозяин.
Первый тревожный звонок прозвучал через час. Подруга Света достала из сумки красиво упакованную коробку. Набор дорогой французской косметики.
Я обрадовалась. Поблагодарила. Обняла Свету.
Вадим взял коробку в руки. Повертел. Ухмыльнулся.
— Косметика? Света, ну ты даешь. Знаешь, сколько бы Ритка ни мазалась, на двадцать пять уже не тянет. Возраст берет свое. Лучше бы денег подарила.
За столом стало тихо. Я замерла с тарелкой в руке. Света растерянно моргала. Не знала, что сказать.
Подруга Настя нахмурилась.
— Вадим, это неуместно. Рита красивая.
— Да ладно, шучу же! — он хлопнул меня по плечу. — Ритуля знает, что я её люблю, какая есть. Даже с морщинками вокруг глаз.
Я промолчала. Улыбнулась натянуто. Перевела разговор на другое. Но осадок остался.
Через полчаса Вадим начал активнее. Его друзья подзуживали его. Раззадоривали. Он веселел с каждой минутой.
Становился громче. Развязнее. Начал отпускать шуточки про женщин. Про то, как они много тратят.
Соседка Марианна спросила, как долго мы вместе.
— Восемь месяцев уже, — ответила я. — Живем душа в душу.
Вадим хмыкнул. Доел салат.
— Душа в душу — это громко сказано. Живем, да. Удобно получается. Квартира хорошая, в центре. Готовит Ритка неплохо. Меня пока устраивает.
Щеки покраснели. Кровь прилила к лицу. Марианна неловко откашлялась. Настя смотрела на меня сочувствующе.
— Вадим, может, хватит? — я попыталась пошутить. — У меня день рождения. Давай без подколов.
— Это не подкол, — он налил себе еще. — Это констатация факта. Мы же взрослые люди. Живем вместе, потому что удобно обоим. Ты мне квартиру даешь и готовку. Я тебе компанию составляю. Взаимовыгодно.
Один из его друзей, Кирилл, заржал.
— Вадян, ты прав! Женщины должны быть благодарны. Что мужики вообще с ними время проводят. А то сидели бы одни. С кошками.
За столом воцарилась тяжелая тишина. Мои подруги переглядывались между собой. Света демонстративно отодвинула тарелку. Муж Светы нахмурился.
Я встала из-за стола. Начала собирать пустые тарелки. Хотелось уйти на кухню. Спрятаться от этого позора.
— Куда пошла? — окликнул Вадим. — Торт неси уже! Именинница же! Пора задувать свечки и желания загадывать!
Я вынесла торт на большом подносе. Красивый, белоснежный. С ягодами и кремовыми розами. Поставила на середину стола. Зажгла тридцать две свечи.
Все дружно спели «С днем рождения». Я закрыла глаза. Задула свечи одним выдохом. Загадала желание. Одно — чтобы этот вечер поскорее закончился.
Вадим, не спросив разрешения, начал резать торт большими кусками. Положил себе огромный кусок.
— Неплохо, — оценил он, попробовав кремовую розу. — Хотя моя бывшая девушка лучше пекла. У нее руки золотые были. Настоящая хозяйка.
— Торт покупной, — сказала я. — Я заказала в кондитерской. За пять тысяч рублей.
— Вот видишь! — он ткнул вилкой в торт. — Даже испечь самой не можешь. Хозяйка, называется. Только деньги тратить умеешь. На всякую ерунду.
Настя резко встала из-за стола.
— Все, я больше не могу это слушать. Рита, мы можем поговорить на кухне? Наедине?
Я кивнула молча. Мы вышли вдвоем. Настя прикрыла дверь на кухню. Посмотрела на меня серьезным взглядом.
— Ты это слышишь? Он тебя при всех унижает. Откровенно издевается. И ты молчишь.
— Он просто разошелся, — я пожала плечами. — Завтра успокоится. Извинится, наверное.
— Рита, очнись уже! Он считает тебя прислугой. Бесплатной гостиницей с питанием.
Я молчала. Потому что в глубине души знала — Настя права. Но признаваться в этом не хотелось.
— Он даже коммуналку не платит, — продолжала Настя. — Продукты не покупает. По дому не помогает. А еще и оскорбляет тебя. При твоих друзьях. На твой день рождения.
Я опустила глаза. Стояла молча. Не находила слов.
Мы вернулись в комнату через несколько минут. Разговор за столом шел своим чередом. Вадим рассказывал какую-то историю про работу. Его друзья гоготали, хлопали по столу.
Света решила спросить напрямую. В лоб.
— Вадим, а вы когда свадьбу планируете? Восемь месяцев вместе живете. Пора бы уже определиться.
Я замерла. Мы никогда не обсуждали свадьбу всерьез. Но я втайне надеялась. Думала, он сам когда-нибудь заговорит об этом.
Вадим доел салат. Посмотрел на Свету. Потом перевел взгляд на меня. Усмехнулся широко.
— Свадьбу? С Риткой? Ты серьезно сейчас?
Комната замерла. Все разговоры стихли. Все смотрели на Вадима. Ждали продолжения.
— Света, ты чего несешь? — он засмеялся громко. — Рита — хорошая девчонка. Удобная. Квартира, готовка. Но жениться на ней? Нет уж, увольте. Она не тот тип женщины.
— Какой тип? — тихо, но твердо спросила Света.
— Ну, не семейная она. Понимаешь? На любовницу пойдет. А на жену — нет. Жена должна быть совсем другой. Моложе лет на пять минимум. Красивее. Умнее. С характером покрепче. Вот на бывшей своей я бы женился. Жаль, она меня послала.
Я сидела неподвижно.
Настя вскочила с места.
— Ты серьезно это сказал? При всех людях? На её день рождения?
— А че такого-то? — Вадим пожал плечами равнодушно. — Правду говорю же. Рита взрослая женщина. Она понимает, что мы просто живем вместе. Типа как съемщик и квартирантка. Временно и удобно. Зачем иллюзии строить? Зачем обманывать друг друга?
Кирилл заржал снова. Еще громче.
— Точняк, Вадя! Женятся только глупцы полные. Зачем штамп в паспорте ставить, если и так все бесплатно?
Я медленно встала из-за стола. Подошла к Вадиму вплотную. Посмотрела ему прямо в глаза. Он смотрел на меня с наглой ухмылкой на лице.
— Вадим, — мой голос был ровным. Спокойным. — Собирай свои вещи.
— Что? — он не сразу понял. — Куда собирать?
— Собирай вещи немедленно. И убирайся из моей квартиры. Прямо сейчас же.
— Ты че психуешь-то? — он нахмурился недовольно. — Из-за какой-то шутки? Совсем юмора не понимаешь?
— Это не шутка, Вадим. Ты откровенно унизил меня. При всех моих друзьях. На моем дне рождения. В моей квартире. За моим столом. Который я накрыла на свои деньги.
— Да ладно тебе! — он попытался взять меня за руку. Потрепать по плечу. — Не дуйся так сильно. Я же просто сказал, что ты удобная. Это комплимент вообще-то.
Я резко отдернула руку.
— Удобная? Я тебе не диванная подушка. Не мягкие тапочки. Не предмет интерьера какой-то. Я живой человек. Который тебя содержал целых восемь месяцев подряд. Кормил трижды в день. Стирал твою грязную одежду. Убирал за тобой постоянно.
— Ого, как заговорила! — Вадим встал, пошатываясь. — Содержала, говоришь? Да я тебе честь делал огромную, что вообще жил с тобой! В твоем-то возрасте радоваться надо, что мужик хоть какой-то рядом находится! Не все согласятся с тридцатидвухлетней жить!
— Уходи отсюда, — я показала рукой на дверь. — Немедленно убирайся.
— Рита, ну успокойся уже, — вмешался Кирилл нагло. — Вадим прав по всем пунктам. Ты просто психуешь на ровном месте. Женская истерика обычная.
— Замолчи немедленно, — отрезала Настя жестко. — И ты тоже вали отсюда поскорее. Вместе со своим наглым дружком.
Я пошла в спальню быстрым шагом. Открыла шкаф резким движением. Достала его вещи охапками. Футболки, джинсы, носки, кроссовки. Скинула все в большой черный пакет для мусора. Вынесла в прихожую.
Добавила еще один пакет. Его косметику из ванной. Бритву, гель, дезодорант. Всю его ерунду.
Вадим стоял в дверях прихожей. Лицо покраснело от злости. Кулаки сжаты.
— Ты серьезно меня сейчас выгоняешь? На ночь глядя?
— Абсолютно серьезно. Более чем.
— Из-за того, что я сказал правду?
— Из-за того, что ты подлец. Который целых восемь месяцев сидел на моей шее. Пользовался моей квартирой бесплатно. Моей едой объедался. А потом заявил публично при всех, что я не достойна быть твоей женой.
— Рит, ну не тупи конкретно! — он попытался протиснуться в квартиру. — Куда я в одиннадцать вечера пойду вообще? Подумай головой!
— Не мое дело. К своей маме поезжай. К этим друзьям своим. На улицу ляг под фонарем. Мне плевать.
— Ты точно пожалеешь об этом! — он схватил пакеты со злостью. — Думаешь, в твоем-то возрасте найдешь кого-то нормального? Да никто на тебя не посмотрит! Я вообще последний твой шанс был! Упускаешь!
— Вот и замечательно тогда, — я распахнула дверь настежь. — Значит, я буду жить одна. И это в тысячу раз лучше, чем жить с таким, как ты.
Вадим вышел в подъезд с пакетами. Кирилл и Роман, молчавший весь вечер, поплелись следом за ним. Бурчали что-то недовольное.
В квартире остались только мои близкие подруги и соседка Марианна. Я захлопнула дверь. Прислонилась к ней спиной. Медленно выдохнула воздух.
Настя первой подошла ко мне. Обняла крепко за плечи.
— Молодец, Ритка. Абсолютно правильно сделала. Мы гордимся тобой.
— Он же прав, — слезы подступили к горлу. — Мне тридцать два года. Кому я теперь нужна буду?
— Рита, замолчи! — Света взяла меня за обе руки. Посмотрела в глаза. — Тебе тридцать два, а не восемьдесят. Ты красивая. Умная. Самостоятельная. Этот негодяй тебя не стоил.
Марианна молча кивнула в подтверждение.
— Я двадцать лет замужем. И знаю — мужчина, который уважает, никогда не унизит. Тем более прилюдно.
Мы вместе убрали со стола все тарелки. Доели торт. Поговорили о жизни. Подруги ушли только за полночь. Оставили меня одну.
Я долго сидела на диване в тишине. Смотрела на остатки разрезанного торта. Думала о том, что только что произошло в моей жизни.
Вадим написал рано утром на следующий день. Длинное сообщение. Обвинял меня в истеричности. Говорил, что я не умею принимать критику. Что он хотел помочь мне стать лучше.
Я не ответила ни слова. Заблокировала его номер навсегда. Удалила из всех соцсетей полностью. Стерла все общие фотографии с телефона.
Я живу одна. Холодильник забит продуктами, которые покупаю только себе. Никто не оставляет грязную посуду в раковине. Никто не лежит на диване с пультом. Я довольна.