– Виктор, я серьёзно говорю – твоя мать пусть живёт у себя, – Алина поставила чашку на стол так резко, что кофе расплескался. – Мне хватит и визитов по выходным.
Виктор замер с куском хлеба на полпути ко рту. Посмотрел на жену, потом на расплёсканный кофе, потом снова на жену.
– Алин, ну при чём тут это? Мама просто спросила, можно ли на пару недель к нам приехать, пока в её доме ремонт делают.
– Пару недель превратятся в месяц, месяц в полгода, – Алина взяла салфетку, вытерла стол. – Знаю я эти истории. Она потом вообще не уедет.
Виктор положил хлеб обратно на тарелку. Аппетит пропал моментально. Вот опять началось. Каждый раз, когда речь заходит о матери, Алина превращается в ледяную статую.
– Мама пожилой человек, – начал он осторожно. – Ей шестьдесят восемь. Она одна живёт в большом доме. Конечно, я переживаю за неё.
– Переживаешь – навещай чаще, – Алина встала, понесла свою тарелку к раковине. – Но жить с нами она не будет.
Виктор почувствовал, как внутри закипает. Восемь лет брака, и свекровь для Алины так и осталась чужим человеком. Они с матерью виделись только по большим праздникам, и то Алина каждый раз находила причину уехать пораньше.
– Алина, она меня вырастила одна, – Виктор тоже встал. – После того как отец ушёл из семьи, мама работала на двух работах, чтобы я ни в чём не нуждался. Я обязан ей.
– Обязан – помогай деньгами, – Алина включила воду, начала мыть посуду. – Оплачивай ремонт, нанимай рабочих. Но не тащи её сюда.
Виктор сжал кулаки. Хотел сказать многое, но промолчал. Знал – сейчас начнётся скандал, а потом неделя молчания. Лучше отступить, подождать более удачного момента.
Он вышел из кухни, прошёл в спальню. Достал телефон, позвонил матери.
– Мам, привет. Слушай, с ремонтом как? Нашла бригаду?
Мать вздохнула в трубке.
– Нашла. Ребята обещают за три недели управиться. Витенька, я понимаю, что Алина против моего приезда. Не переживай, я у Зинаиды Петровны поживу, соседки.
Виктор почувствовал укол вины.
– Мам, да ладно тебе. Алина просто устала сейчас, работы много. Приезжай, конечно.
– Нет, сынок, – мать говорила твёрдо. – Не хочу быть причиной ссор. У Зины комната свободная, мы с ней чай попьём, сериалы посмотрим. Мне и хорошо будет.
Они ещё немного поговорили, попрощались. Виктор лёг на кровать, уставился в потолок. Почему так получилось? Он любит Алину, любит мать. Но эти две женщины никак не могут найти общий язык.
Вспомнил, как знакомил их. Алина тогда училась на последнем курсе института, мать работала главным бухгалтером в строительной фирме. Встреча прошла натянуто. Мать критиковала Алинино платье, слишком короткое. Алина огрызнулась, что это модно. Мать заметила, что в её время девушки одевались скромнее. Алина ответила, что времена изменились.
С тех пор прошло восемь лет, а ничего не изменилось. Редкие встречи, холодные разговоры, минимум общения.
Через неделю Виктор снова заехал к матери. Та встретила его на пороге, в старом халате, с грустными глазами.
– Заходи, заходи, – она отступила, пропуская сына в дом. – Чай поставила, пироги испекла.
Виктор прошёл в знакомую с детства кухню. Тут всё было как раньше – старенький гарнитур, клеёнчатая скатерть, фотографии на холодильнике. Он на всех фотографиях – в школьной форме, с дипломом, на свадьбе.
– Мам, как ремонт? – он сел за стол.
– Начали уже, – мать налила чай. – Обои сдирают, стены выравнивают. Говорят, недели три точно. Я у Зинаиды устроилась, она рада компании.
Виктор кивнул, отпил чай. Мать села напротив, смотрела на него долгим взглядом.
– Витя, – наконец заговорила она. – Мне нужно тебе кое-что сказать. Важное.
Виктор насторожился.
– Что случилось?
Мать помолчала, подбирая слова.
– Я составила завещание. На этот дом, на квартиру в городе, на накопления. Всё тебе отписала.
Виктор нахмурился.
– Мам, зачем ты об этом? Ты ещё долго проживёшь.
– Я знаю, – мать махнула рукой. – Но надо же подумать заранее. Виктор, слушай внимательно. В завещании есть условие.
– Какое?
Мать посмотрела сыну в глаза.
– Ты получишь наследство только в том случае, если буду жить с тобой последние годы жизни. Если отправишь меня в дом престарелых или откажешься принять под свою крышу – всё уйдёт в благотворительный фонд.
Виктор опешил.
– Мама, ты серьёзно?
– Абсолютно, – она кивнула. – Нотариус всё правильно оформил. Это законно.
Виктор откинулся на спинку стула. В голове пронеслись мысли. Дом в деревне стоит около трёх миллионов. Квартира в городе – ещё пять. Накопления – неизвестно сколько, но мать всю жизнь откладывала.
– Зачем такое условие? – спросил он.
Мать налила себе чай, долго размешивала сахар.
– Потому что боюсь остаться одна в старости. Видела я, как с соседями бывает. Дети вырастут, уедут, забудут. Я не хочу так. Хочу, чтобы ты обо мне позаботился.
– Мам, я и так забочусь, – Виктор взял её за руку. – Звоню, навещаю, помогаю.
– Сейчас да, – она грустно улыбнулась. – А когда мне восемьдесят будет? Девяносто? Тогда ты тоже приедешь раз в месяц на полчаса?
Виктор промолчал. Понял, откуда растут ноги этого завещания. Мать боится одиночества, боится быть брошенной.
– Хорошо, мам, – он сжал её руку. – Я понял. Не переживай.
Вернувшись домой, Виктор не стал рассказывать Алине о завещании. Подумал – зачем портить отношения раньше времени? Мать здорова, бодра, ещё лет двадцать проживёт. А там видно будет.
Но жизнь, как всегда, внесла свои коррективы. Через месяц мать позвонила расстроенная.
– Витя, ремонт закончили. Но я больше не могу жить одна в этом доме.
– Почему? – Виктор сразу насторожился.
– Тяжело мне. Дом большой, двухэтажный. Топить надо, убирать. Спина болит, ноги. Я решила – продам дом, перееду в городскую квартиру.
– Мам, но в городской квартире же сейчас жильцы, ты её сдаёшь.
– Выселю их. Договор у нас на год, как раз заканчивается.
Виктор почесал затылок.
– А может, к нам переедешь? – вырвалось у него.
Мать помолчала.
– Витя, ты же знаешь, Алина против.
– Я с ней поговорю.
Вечером Виктор собрался с духом и заговорил с женой. Алина слушала, хмурясь всё сильнее.
– Нет, – отрезала она, когда он закончил. – Твоя мать пусть живёт у себя. Продала дом – пусть в квартиру переезжает.
– Алин, ну посуди сама, – Виктор попытался быть убедительным. – У нас большая квартира, четыре комнаты. Одна простаивает. Маме там будет удобно.
– Мне будет неудобно, – Алина скрестила руки на груди. – Виктор, я тебе сразу говорила – не хочу жить со свекровью. У меня своя жизнь, свои привычки. Не хочу, чтобы кто-то вмешивался.
– Она не будет вмешиваться.
– Будет, – Алина покачала головой. – Знаю я этих свекровей. Начнёт советовать, как готовить, как убираться, как детей воспитывать.
– У нас нет детей, – напомнил Виктор.
– Но будут! – Алина повысила голос. – И я не хочу, чтобы твоя мать лезла в воспитание.
Виктор вздохнул. Понял – разговор зашёл в тупик. Нужно было сказать про завещание. Но как? Алина воспримет это как шантаж.
– Алина, послушай, – он сел рядом с ней. – Есть ещё кое-что.
Она посмотрела на него подозрительно.
– Что ещё?
– Мама составила завещание. Отписала мне дом, квартиру, накопления. Но с условием.
Алина насторожилась.
– С каким условием?
– Что она будет жить со мной последние годы. Если откажусь – всё уйдёт в благотворительность.
Повисла тишина. Алина смотрела на мужа, будто не веря услышанному.
– Она тебя шантажирует, – наконец выдохнула она.
– Нет, – Виктор покачал головой. – Она просто хочет быть уверенной, что не останется одна.
– Это и есть шантаж! – Алина вскочила. – Виктор, ты не понимаешь? Она манипулирует тобой! Заставляет выбирать между ней и мной!
– Никто не заставляет выбирать, – Виктор тоже встал. – Алина, речь о восьми миллионах. Плюс накопления. Это наше будущее. Мы сможем купить дом, путешествовать, обеспечить детям образование.
– За счёт чего? – Алина почувствовала, как внутри всё кипит. – За счёт того, что я буду жить со свекровью? Терпеть её присутствие? Виктор, я не согласна!
– Тогда что ты предлагаешь? – он развёл руками. – Отказаться от наследства?
– Да! – выпалила Алина. – Лучше без денег, но со свободой!
Виктор посмотрел на жену долгим взглядом. Увидел в её глазах решимость. И понял – она не шутит.
– Хорошо, – сказал он тихо. – Я подумаю.
Следующие дни прошли в напряжённой атмосфере. Виктор пытался найти компромисс, но каждый вариант Алина отметала. Снять матери квартиру? Зачем тратить деньги, если есть своя. Нанять сиделку? Мать не инвалид, сиделка не нужна. Продать городскую квартиру матери, на эти деньги купить ей небольшую студию? А на что жить, если накопления закончатся?
Виктор крутил проблему в голове со всех сторон. С одной стороны – мать, которая его вырастила, вложила в него всю душу. С другой – жена, с которой он планирует прожить остаток жизни. Как выбрать?
Однажды вечером позвонила мать.
– Витя, я решила, – голос её был твёрдым. – Продам дом и квартиру. Куплю себе студию. На остальное буду жить.
– Мам, но завещание...
– Отменю завещание, – перебила она. – Не хочу быть причиной ваших ссор. Всё тебе достанется просто так, без условий.
Виктор почувствовал, как к горлу подступает ком.
– Мама, не надо.
– Надо, сынок, – она вздохнула. – Я много думала. Поняла – нельзя привязывать детей к себе деньгами. Любовь либо есть, либо её нет. А деньги тут не помогут.
После разговора Виктор долго сидел на кухне, смотрел в окно. Мать готова отказаться от своего условия, лишь бы не портить ему жизнь. А Алина даже не хочет попробовать ужиться со свекровью.
Он вернулся в комнату, где Алина смотрела сериал.
– Мама отменяет завещание, – сказал он. – Больше никаких условий. Всё достанется мне просто так.
Алина выключила телевизор, повернулась к мужу.
– И что ты теперь сделаешь?
Виктор посмотрел ей в глаза.
– Заберу маму к себе. Несмотря ни на что.
Алина побледнела.
– То есть ты выбираешь её, а не меня?
– Я выбираю справедливость, – Виктор сел на диван. – Алина, мама меня вырастила. Она имеет право на мою поддержку. И если ты не можешь этого понять – значит, мы с тобой разные люди.
Алина молчала. Потом встала, вышла из комнаты. Виктор слышал, как хлопнула дверь в спальню.
Прошла неделя. Алина почти не разговаривала с мужем. Виктор страдал, но решения не менял. Мать продала дом, начала оформлять документы на продажу городской квартиры.
И вот однажды вечером Алина сама заговорила.
– Виктор, мне нужно тебе кое-что сказать.
Он отложил книгу, посмотрел на жену.
– Слушаю.
Алина села рядом.
– Я много думала. О нас, о твоей маме, обо всём. И поняла... я была не права.
Виктор удивлённо посмотрел на неё.
– В чём не права?
– Я смотрела на твою маму только как на свекровь. Как на чужого человека, который вмешивается в нашу жизнь. Но не думала о том, что она просто пожилая женщина. Которая боится остаться одна. Которая хочет быть рядом с сыном.
Виктор взял её за руку.
– Алина...
– Подожди, дай договорю, – она сжала его пальцы. – Я позвонила своей маме. Спросила, как бы она себя чувствовала, если бы я отказалась принять её в старости. Мама расплакалась. Сказала, что это было бы предательство.
Алина вытерла выступившие слёзы.
– И я подумала – если моя мама так бы страдала, значит, и твоя страдает. Виктор, давай заберём её к себе. Попробуем ужиться.
Виктор обнял жену.
– Спасибо.
– Только с одним условием, – добавила Алина. – Мы заранее обговорим правила. Кто за что отвечает, какие границы. Чтобы потом не было недопонимания.
– Согласен, – кивнул Виктор.
Они сели втроём – Виктор, Алина и мать – за один стол. Обсудили всё детально. Мать готовила бы завтраки и ужины в будние дни, Алина – в выходные. Уборку делили поровну. У каждого свои комнаты, куда без стука не входят. Никаких советов по воспитанию будущих детей без просьбы.
Мать слушала, кивала, соглашалась.
– Я просто хочу быть рядом, – говорила она. – Не хочу вмешиваться в вашу жизнь. Просто... быть рядом.
Алина смотрела на пожилую женщину и вдруг увидела в ней не грозную свекровь, а просто маму. Которая устала быть сильной. Которая хочет опереться на плечо сына.
Мать переехала к ним через месяц. Первые недели были непростыми – привыкали к присутствию друг друга, притирались характерами. Но постепенно жизнь наладилась.
Мать, как и обещала, не лезла в их дела. Готовила вкусные завтраки, по вечерам смотрела телевизор в своей комнате. Алина удивлялась – свекровь оказалась совсем не такой, какой она её себе представляла.
Однажды Алина простудилась. Слегла с температурой. Мать ухаживала за ней, как за родной дочерью. Носила чай с малиной, ставила компрессы, готовила куриный бульон.
– Спасибо, – прошептала Алина, когда мать принесла очередную порцию чая.
– Не за что, доченька, – мать улыбнулась. – Ты теперь моя дочь. О дочерях нужно заботиться.
Алина почувствовала, как к горлу подступают слёзы. Впервые за восемь лет кто-то назвал её дочерью. Не невесткой, не женой сына. А дочерью.
С тех пор между ними установилась особая связь. Они начали общаться по душам, делиться переживаниями, советоваться. Виктор смотрел на это счастье и радовался – две самые важные женщины в его жизни наконец нашли общий язык.
А завещание мать так и отменила. Сказала, что не нужны условия там, где есть любовь. И оказалась права.
🔔 Чтобы не пропустить новые рассказы, просто подпишитесь на канал 💖
Рекомендую к прочтению самые горячие рассказы с моего второго канала: