Лидия Михайловна возвращалась из магазина с тяжёлыми сумками и остановилась в подъезде перевести дух. Подниматься на четвёртый этаж без лифта всегда было испытанием, а в последнее время ноги совсем разболелись. Она поставила сумки на ступеньку, потёрла поясницу и медленно двинулась дальше.
У двери своей квартиры Лидия Михайловна порылась в сумочке, достала ключи и уже собиралась вставить их в замок, когда услышала голоса из-за двери. Говорили громко, не скрываясь.
– Игорь, мне надоело жить с твоей матерью! – раздался резкий голос невестки Аллы. – Она постоянно под ногами путается, на кухне с утра до вечера, везде свой порядок наводит.
– Алла, ну что ты хочешь? Ей больше некуда идти, – ответил сын.
– А мне какое дело? Пусть ищет варианты. Снимет комнату какую-нибудь на свою пенсию. Или вообще в дом престарелых пойдёт. Я замуж за тебя выходила, а не за твою мать.
Лидия Михайловна прислонилась к стене. Сердце бешено колотилось. Рука с ключами дрожала.
– Послушай, она же временно у нас, – произнёс Игорь. – Как-нибудь устроится, переедет.
– Временно? Уже полтора года прошло! Сколько можно ждать? Нам с тобой детей рожать скоро, а она комнату занимает. Куда мы ребёнка денем?
– Ну, мама может на диван в зале переселиться.
– Да ты с ума сошёл! Я что, всю жизнь с ней жить буду? Игорь, либо она, либо я. Выбирай.
Лидия Михайловна не стала больше слушать. Она тихо спустилась на площадку между этажами и села на подоконник. Руки тряслись так, что пришлось сжать их в кулаки. Слёзы навернулись на глаза, но она их смахнула. Не время реветь.
Она вспомнила, как они с мужем Петром покупали эту квартиру. Восемьдесят третий год был. Игорьку тогда всего три годика исполнилось. Жили они до этого в коммуналке, в одной комнате на троих. Мечтали об отдельном жилье, копили каждую копейку. Пётр работал на заводе токарем, брал дополнительные смены. Лидия Михайловна трудилась на швейной фабрике, шила дома ещё по вечерам на заказ. Так и собрали нужную сумму.
Квартира эта, двухкомнатная, на четвёртом этаже панельного дома, стоила тогда огромных денег. Но они радовались, будто дворец купили. Въехали, сделали небольшой ремонт своими руками. Пётр обои клеил, она шторы шила. Игорька в детский садик отвели, чтобы не мешал. Счастливое было время.
Растили сына вдвоём, вкладывали в него всё. Лидия Михайловна помнила, как покупала ему первый велосипед, какой он был радостный. Как в первый класс провожала, бантик на рюкзаке поправляла. Как в институт поступал, переживала больше его самого.
А потом Пётр заболел. Долго лежал в больницах, лечился. Лидия Михайловна металась между работой и больницей, варила ему бульоны, носила передачи. Игорь тогда уже в армии служил, приезжал редко. Когда Пётр выздоровел, врачи сказали, что работать ему на заводе больше нельзя. Устроился он сторожем, стал получать гораздо меньше.
Лидия Михайловна задумалась о том, как незаметно пролетели годы. Вот Игорь из армии вернулся, в университет поступил, работать начал. Потом Аллу привёл, представил как невесту. Лидия Михайловна обрадовалась сначала. Девушка симпатичная, весёлая, улыбчивая. Думала, хорошая жена будет.
Свадьбу сыграли скромную, молодые снимали однокомнатную квартиру в другом районе. Жили отдельно, приезжали по выходным. Пётр уже на пенсию вышел, здоровье совсем пошатнулось. А потом случилось то, что перевернуло жизнь Лидии Михайловны.
Игорь пришёл как-то с Аллой, сели за стол пить чай. Разговор зашёл о квартире. Игорь вдруг сказал:
– Пап, мам, мы тут с Аллой посоветовались. Давайте квартиру на меня переоформим. Вы уже пожилые люди, всякое может случиться. А так всё будет в семье, никаких проблем с наследством не будет.
– Зачем это? – насторожилась Лидия Михайловна.
– Ну, мам, ты же понимаешь. Сейчас время такое, лучше заранее всё оформить. И нам будет спокойнее, и вам. Вдруг понадобится кредит взять, под залог квартиры, например. На моё имя проще будет.
Пётр тогда кивнул:
– Может, он прав? Всё равно ему достанется когда-нибудь.
Лидия Михайловна сомневалась, но переубедить мужа не смогла. Он всегда сына жалел, во всём ему потакал. В итоге подписали дарственную. Квартира перешла на имя Игоря. Лидия Михайловна успокаивала себя, что это же их родной сын, он никогда не предаст.
Прошло время. Пётр слёг окончательно, перестал вставать с постели. Лидия Михайловна ухаживала за ним, почти не отходила. Игорь с Аллой приезжали всё реже и реже. Говорили, что работа, дела, времени нет.
Когда Петра не стало, Лидия Михайловна осталась одна в квартире. Первые месяцы ходила как в тумане, не понимала, как жить дальше. Игорь помог с организацией похорон, но после этого почти пропал. Звонил раз в месяц, приезжал ещё реже.
А потом вдруг приехал и заявил, что они с Аллой хотят переехать к ней. Сказал, что им тесно в однушке, а здесь две комнаты. Лидия Михайловна обрадовалась сначала. Думала, хоть не одна будет, с людьми пообщается. Согласилась без разговоров.
Игорь с Аллой въехали со всеми своими вещами. Заняли большую комнату, Лидию Михайловну переселили в маленькую. Она не возражала, ей много места не нужно было. Старалась им не мешать, готовила, убирала, стиралась быть полезной.
Но жить вместе оказалось непросто. Алла постоянно была чем-то недовольна. То суп не такой, то пыль протёрта плохо, то Лидия Михайловна телевизор громко смотрит. Игорь жену поддерживал во всём или молчал. Лидия Михайловна терпела, думала, притрутся, привыкнут друг к другу.
Но становилось только хуже. Алла начала командовать в квартире, как у себя дома. Переставляла мебель без спроса, выбрасывала вещи Лидии Михайловны, которые считала ненужными. Однажды выкинула любимую шкатулку Петра, где он мелочи хранил. Лидия Михайловна расплакалась тогда, но Алла только отмахнулась:
– Зачем этот хлам хранить? Столько места занимает.
Сейчас, сидя на подоконнике в подъезде, Лидия Михайловна всё это вспоминала и понимала, что дальше так жить невозможно. Она поднялась, взяла сумки и поднялась к квартире. Открыла дверь своими ключами и вошла.
Игорь с Аллой сидели на кухне. Увидев свекровь, Алла поджала губы. Игорь опустил глаза.
– Я всё слышала, – сказала Лидия Михайловна, ставя сумки на пол. – Стояла под дверью, пока вы обсуждали, куда меня деть.
– Мам, это не так, – начал было Игорь, но она подняла руку.
– Молчи. Я хочу кое-что сказать. Игорь, похоже, ты забыл, кто покупал эту квартиру сорок лет назад. Это я с твоим отцом копили деньги, это мы работали не покладая рук, чтобы купить это жильё. А ты говоришь, что я здесь временно.
– Валентина Михайловна, квартира сейчас оформлена на Игоря, – встряла Алла. – И это наша семья. Вы, конечно, можете пожить у нас ещё немного, но...
– Замолчи, – оборвала её Лидия Михайловна так резко, что Алла даже вздрогнула. – Ты тут меньше всех прав имеешь что-то говорить. Эта квартира моя, и я имею право здесь жить.
– Квартира на мне, – подал голос Игорь. – Ты сама согласилась переоформить на меня.
– Согласилась, потому что верила тебе. Думала, ты родной сын, не выгонишь мать на улицу. Ошиблась, видимо.
Игорь встал из-за стола.
– Мам, не надо драмы. Никто тебя не выгоняет. Просто нужно подумать о будущем. Нам с Аллой детей рожать скоро, нужно место. А ты можешь снять комнату, на пенсию хватит. Или к сестре своей в деревню поезжай.
– К сестре? Я с ней двадцать лет не виделась. А снимать комнату на пенсию? Ты представляешь, сколько сейчас аренда стоит? Больше моей пенсии будет.
– Ну, тогда не знаю. Это твои проблемы.
Лидия Михайловна почувствовала, как внутри всё похолодело. Она смотрела на сына и не узнавала его. Когда он стал таким чужим и равнодушным?
– Игорь, ты серьёзно? Ты правда хочешь выгнать родную мать?
Он не ответил, отвернулся к окну. Алла сложила руки на груди и смотрела на свекровь с плохо скрытым торжеством.
Лидия Михайловна развернулась и ушла к себе в комнату. Закрыла дверь, села на кровать. Внутри всё дрожало от обиды и злости. Но она не собиралась сдаваться просто так. Нужно было что-то делать.
На следующий день Лидия Михайловна встала рано, собралась и вышла из дома. Она нашла в интернете адрес бесплатной юридической консультации и поехала туда. Приняла её молодая женщина-юрист, выслушала внимательно всю историю.
– Лидия Михайловна, расскажите подробнее, как оформлялась передача квартиры на сына.
– Мы с мужем подписали дарственную. Нотариус всё оформлял.
– А вы дарение отменить не хотели никогда?
– Да зачем отменять? Это же мой сын. Я не думала, что он так поступит.
Юрист что-то записывала в блокнот, потом подняла глаза.
– Понимаете, дарение можно оспорить только в определённых случаях. Например, если даритель находился в тяжёлом материальном положении или его обманули. Но это нужно доказывать, и это сложно. Однако у вас есть другой вариант.
– Какой?
– Вы зарегистрированы в этой квартире?
– Да, конечно. Я там прописана всю жизнь.
– Тогда, даже если квартира принадлежит сыну, вас нельзя просто выселить. Вы имеете право пользования жилым помещением. Это называется право пожизненного проживания. Игорь может быть собственником, но он не может вас выселить без вашего согласия.
– Правда? – Лидия Михайловна почувствовала, как внутри зародилась надежда.
– Правда. Более того, если он попытается вас выселить силой или создавать невыносимые условия для проживания, вы можете обратиться в суд. Есть такое понятие как нарушение права пользования жилым помещением.
– А что делать, если он скажет съезжать?
– Вы не обязаны съезжать. Это ваше законное право жить в квартире, где вы зарегистрированы. Если начнутся угрозы, вызывайте полицию, фиксируйте всё. Собирайте доказательства, если они создают вам невыносимые условия жизни.
Лидия Михайловна вышла из консультации окрылённая. Значит, не всё потеряно. Она имеет право жить в своей квартире, и никто не может её выгнать.
Дома она дождалась вечера, когда Игорь с Аллой вернулись с работы. Зашла к ним в комнату, где они собирались ужинать.
– Игорь, Алла, мне нужно с вами поговорить.
– Мы слушаем, – холодно бросила Алла.
– Я ходила к юристу сегодня. Мне объяснили, что даже если квартира на Игоря оформлена, я имею право здесь жить. Я тут прописана, и у меня есть право пожизненного проживания. Так что никуда я не уйду.
Игорь и Алла переглянулись. Лицо Аллы исказилось.
– Это ещё что за глупости? Игорь, скажи ей!
– Мам, послушай, – начал было Игорь, но Лидия Михайловна перебила:
– Нет, ты послушай. Я всю жизнь на эту квартиру работала. Мы с твоим отцом горбатились, чтобы купить её. А ты сейчас говоришь мне уходить? Не дождётесь. Я здесь родилась, здесь жить буду. И закон на моей стороне.
– Да какой закон? – взвилась Алла. – Квартира на Игоря! Значит, он тут хозяин!
– Хозяин, но не единоличный. Я имею право тут жить, и точка.
Алла вскочила с места.
– Игорь, ты будешь что-то делать или как? Я не собираюсь всю жизнь с твоей матерью делить квартиру!
Игорь почесал затылок, явно не зная, что сказать. Лидия Михайловна развернулась и вышла. Пусть варятся в своём соку.
В квартире началась холодная война. Алла демонстративно не разговаривала со свекровью, Игорь избегал её. Они ели отдельно, старались лишний раз не пересекаться. Лидия Михайловна держалась стойко, хотя внутри было тяжело. Она понимала, что так жить долго невозможно, но уступать не собиралась.
Прошло несколько недель. Однажды Лидия Михайловна пришла домой с рынка и обнаружила, что замок на входной двери поменян. Её ключи не подходили. Она позвонила в дверь. Открыла Алла с довольным лицом.
– Что случилось? Почему замок сменили?
– А, это. Игорь решил замок поставить поновее. Старый заедал.
– И мне ключи дадите?
– Зачем вам ключи? Вы ж всё равно днём дома. Вечером мы откроем.
Лидия Михайловна поняла, что это очередная попытка её выжить. Она молча прошла в квартиру, а вечером потребовала у сына ключи. Игорь отмахнулся, сказал, что сделает дубликат позже. Но дубликат так и не появился.
Через пару дней Лидия Михайловна пошла к слесарю и заказала вскрытие замка, пока Игоря с Аллой не было дома. Слесарь открыл дверь, она зашла, взяла нужные вещи и сменила замок обратно на старый, от которого у неё были ключи.
Когда вечером Игорь с Аллой вернулись и не смогли открыть дверь своим новым ключом, начался скандал. Алла кричала под дверью, Игорь звонил матери. Лидия Михайловна спокойно открыла.
– Вот видите, как неприятно, когда от тебя замки меняют, – сказала она.
– Ты что творишь? – возмутился Игорь.
– То же, что вы. Если хотите жить мирно, давайте жить мирно. Если хотите войны, я готова.
Алла прорвалась в квартиру, толкнув свекровь плечом.
– Мы сейчас же вызовем полицию! Ты незаконно проникла в чужую квартиру!
– Вызывайте, – спокойно ответила Лидия Михайловна. – Я здесь прописана и имею полное право находиться. А вот вы меня от замка отстранили, что является нарушением моих прав. Так что полиция скорее мне поможет, чем вам.
Игорь остановил жену.
– Алла, не надо. Не делай хуже.
Конфликт немного утих, но напряжение осталось. Лидия Михайловна понимала, что так продолжаться долго не может. И правда, вскоре случилось то, что стало переломным моментом.
Игорь с Аллой начали приводить в квартиру каких-то людей. Лидия Михайловна услышала, как они показывали квартиру, обсуждали планировку, говорили о цене. Она поняла, что они собираются продать жильё.
Вечером Лидия Михайловна спросила у сына напрямую:
– Игорь, ты собираешься квартиру продавать?
– Ну, мы думаем. Деньги нужны, хотим ипотеку взять на что-то побольше.
– А я?
– Что ты?
– Куда я денусь, если вы квартиру продадите?
– Не знаю, мам. Ты же взрослый человек, разберёшься.
Лидия Михайловна почувствовала, как внутри всё оборвалось. Значит, вот до чего дошло. Сын готов оставить мать на улице ради своих планов.
На следующий день она снова пошла к юристу.
– Они хотят продать квартиру, – сказала она. – Могут ли они это сделать?
Юрист задумалась.
– Юридически продать квартиру Игорь может, он собственник. Но есть нюанс. Вы в ней прописаны. А квартиру с прописанным человеком сложно продать. Покупатели обычно требуют, чтобы все были выписаны. Так что без вашего согласия продать будет очень трудно.
– То есть я могу не разрешить продажу?
– Можете отказаться выписываться. Тогда они либо найдут покупателя, который согласится купить с вами, либо вообще не продадут. Но есть ещё вариант. Вы говорили, что квартиру покупали вы с мужем. Есть какие-то документы, подтверждающие это?
– Ну, договор купли-продажи остался. Там указано, что покупали мы вместе с мужем.
– Принесите его мне, пожалуйста.
Лидия Михайловна пришла домой и стала искать старые документы. Нашла папку с бумагами в шкафу. Там был договор купли-продажи квартиры от восемьдесят третьего года. В договоре действительно значились она и Пётр как покупатели. Квартира была куплена в совместную собственность.
Она принесла документ юристу. Та внимательно его изучила.
– Лидия Михайловна, это меняет дело. Видите, здесь указано, что квартира куплена в совместную собственность. После смерти вашего мужа его доля должна была перейти по наследству. Кто был наследником?
– Ну, я и Игорь.
– То есть половина квартиры и так частично принадлежала вам. А потом вы подарили свою долю Игорю?
– Нет, мы просто дарственную подписали на всю квартиру.
Юрист нахмурилась.
– Это нарушение. Пётр не мог подарить вашу долю без вашего согласия. Тут могла быть ошибка при оформлении. Нужно поднять все документы по дарению. Если там указано, что вы дарите свою долю, а Пётр свою, это одно. Но если оформлено неправильно, дарение можно оспорить.
Лидия Михайловна достала из папки дарственную. Юрист изучила её и покачала головой.
– Здесь написано, что вы с супругом дарите Игорю квартиру. Но доли не указаны чётко. При этом, если квартира была в совместной собственности, вы могли подарить только свою половину. Это серьёзная ошибка в оформлении. Можно попробовать оспорить дарение через суд.
– А какие шансы?
– Средние. Нужно будет доказать, что вы не понимали всех последствий дарения, что вас ввели в заблуждение, или что дарение оформлено с нарушением закона. Но попробовать стоит.
Лидия Михайловна подумала и кивнула. Она готова была бороться. Юрист помогла ей составить исковое заявление в суд. Требовали признать дарение недействительным или частично недействительным, восстановить права Лидии Михайловны на долю в квартире.
Когда Игорю вручили повестку в суд, он пришёл к матери в ярости.
– Ты с ума сошла? Подала на меня в суд?
– Ты оставил мне выбор? – спокойно ответила Лидия Михайловна. – Ты хочешь меня выгнать, продать квартиру, которую я купила на свои деньги. Что мне оставалось делать?
– Но это же через суд! Ты свою семью позоришь!
– Ты не считаешь меня семьёй. Говоришь, что я здесь временно. Так я напомню тебе, кто тут на самом деле хозяин.
Игорь метался по комнате, нервно теребя волосы.
– Мама, ну давай договоримся. Зачем суд? Мы найдём тебе хорошую комнату, снимем. Заплатим сразу за год вперёд. Только отзови иск.
– Не отзову. Я хочу, чтобы всё было по закону. Хочу, чтобы суд разобрался, законно ли ты присвоил себе мою квартиру.
– Какую твою? Ты сама подарила!
– Да, но я не дарила тебе право выгонять меня на улицу.
Алла влетела в комнату.
– Что тут происходит? Игорь, она что, правда подала в суд?
– Правда, – кивнул тот.
– Да как ты посмела! – накинулась Алла на свекровь. – Ты хочешь оставить нас без квартиры?
– Нет, я хочу защитить свои права. А вы хотели оставить меня без крыши над головой. Так что не вам меня упрекать.
Суд назначили через месяц. Лидия Михайловна готовилась к нему тщательно. Собирала все документы, подтверждающие её права на квартиру. Договор купли-продажи, квитанции об оплате, которые ещё сохранились. Даже нашла свидетелей, соседей, которые помнили, как она с Петром въезжали в эту квартиру молодыми.
В суде Игорь с Аллой пытались доказать, что дарение было законным, что Лидия Михайловна сама согласилась, что никакого обмана не было. Но юрист Лидии Михайловны представил убедительные доказательства. Показал, что дарение оформлено с нарушениями, что Лидия Михайловна не могла подарить долю мужа, что её ввели в заблуждение относительно последствий дарения.
Судья выслушал обе стороны, изучил документы. Заседание длилось несколько часов. Потом судья удалился в совещательную комнату.
Лидия Михайловна сидела в коридоре суда, сжимая в руках платок. Сердце колотилось так, что, казалось, сейчас выпрыгнет. Она молилась про себя, чтобы суд принял справедливое решение.
Наконец, их пригласили в зал. Судья огласил решение. Дарение признавалось частично недействительным. Лидия Михайловна восстанавливалась в правах на половину квартиры. Вторая половина оставалась за Игорем.
Лидия Михайловна почувствовала, как слёзы навернулись на глаза. Она выиграла. Справедливость восторжествовала.
Игорь вышел из зала бледный. Алла шла рядом, что-то яростно шипела ему на ухо. Лидия Михайловна подошла к сыну.
– Игорь, я не хотела до этого доводить. Но ты не оставил мне выбора.
– Отстань, – бросил он и прошёл мимо.
После суда Лидия Михайловна вернулась домой. Теперь она была совладелицей квартиры. Игорь не мог её выгнать, не мог продать жильё без её согласия. Она была защищена законом.
Несколько дней в квартире стояла тягостная тишина. Игорь с Аллой не выходили из своей комнаты, что-то обсуждали, ссорились. Лидия Михайловна слышала, как Алла кричит на мужа, обвиняет его во всём.
А потом Алла собрала вещи и ушла. Игорь пытался её остановить, бегал за ней следом, но она хлопнула дверью. Лидия Михайловна наблюдала за этим из своей комнаты через приоткрытую дверь.
Игорь вернулся в квартиру один. Сел на диван в зале, обхватил голову руками. Лидия Михайловна вышла к нему.
– Она ушла?
– Ушла, – глухо ответил он. – Сказала, что не будет жить в квартире, где половина принадлежит тебе. Сказала, что я тряпка, не смог даже мать поставить на место.
Лидия Михайловна села рядом.
– Игорь, если она из-за квартиры от тебя ушла, значит, ты ей был не нужен. Нужна была квартира.
– Я её люблю, – прошептал он.
– Я знаю. Но иногда любовь бывает неразделённой. Ты для неё был лишь средством получить жильё. Когда план не сработал, она ушла.
Игорь поднял на мать красные от слёз глаза.
– Мам, прости меня. Я был полным идиотом. Я тебя из дома выгнать хотел, а она меня бросила.
– Я не держу на тебя зла, – сказала Лидия Михайловна, хотя внутри ещё болело. – Ты мой сын. Но ты должен понять одну вещь. Семья это не только жена. Семья это и родители, которые тебя вырастили. Которые отдали тебе всё. Мы с отцом на эту квартиру всю жизнь работали. А ты решил, что можешь просто взять её себе и выгнать меня. Это неправильно.
– Я понимаю, мам. Прости.
Они помолчали. Потом Лидия Михайловна встала.
– Игорь, теперь мы оба собственники этой квартиры. Давай жить мирно. Ты моему сын, я не хочу с тобой ссориться. Но и ты должен уважать меня и мои права.
– Хорошо, мам. Я больше не буду.
Прошло время. Алла так и не вернулась. Игорь подал на развод. Лидия Михайловна с сыном постепенно наладили отношения. Он стал помогать ей по дому, заботиться о ней. Будто заново учился быть сыном.
Однажды за ужином Игорь сказал:
– Мам, знаешь, я вот думаю. Может, нам квартиру разменять? Ты получишь однушку, я однушку. Будем жить отдельно, но рядом.
Лидия Михайловна покачала головой.
– Не надо, Игорь. Мне и здесь хорошо. Да и тебе пока некуда спешить. Будем жить вместе. В конце концов, это семейное гнездо. Твой отец с тобой здесь вырос, я тут большую часть жизни провела. Зачем его разрушать?
– Ты уверена?
– Уверена. Только давай договоримся. Никаких попыток меня выжить, никаких разговоров про то, что я тут временно. Это мой дом так же, как и твой. Договорились?
– Договорились, мам.
Они пожали друг другу руки. Лидия Михайловна улыбнулась. Наконец-то в доме воцарился мир. Она отстояла своё право на квартиру, которую покупала сорок лет назад вместе с любимым мужем. И научила сына уважать родителей. Это была победа, пусть и далась она нелегко.
🔔 Чтобы не пропустить новые рассказы, просто подпишитесь на канал 💖
Самые обсуждаемые рассказы: