Глава 1 Последнее счастливое лето.
Полина проснулась под утро и, выйдя из комнаты, увидела мужа, сидевшего за столом. Перед ним стоял бутыль, наполненный мутной жидкостью, но, казалось, он и капли в рот не взял - взгляд его был трезвым и каким-то отрешенным.
- Значит, обманули тебя, - подняв на неё глаза, едва Полина подошла к столу и присела напротив, произнес он. - Выходит, что и меня вокруг пальца обвели. Ты от злости за меня пошла, верно?
Полина сидела и теребила рукав на платье.
- Ты меня прости, Федя, - сказала она тихо. - Опрометчиво я согласилась на брак с тобой, злая была на Бориса и на весь мир. Думала, его за измену и неверность наказываю, а вышло так, что наказала сама себя.
- Значит, жизнь со мной - это наказание? Я думал, что у нас выйдет путная жизнь, да я ради тебя многое бы сделал. А ты...
Она молчала. Что тут скажешь?
- И что теперь? - спросил Федор. - Жить как будем после того, как горькая правда отрылась? Борис этот... Он любит тебя, и ты его любишь. Демьяну вот, тестю своему, в глаза посмотреть хочу. Неужто он думал, что все проглотят этот обман? Не думал, что правда вскроется?
- Федя, я не знаю, как дальше быть.
- Зато я знаю. Ты моя жена, я твой муж. Ирочка к тебе прикипела. Я буду бороться за свою семью.
Полина ничего не ответила, она лишь опустила голову. Да, она и сама не знала, как будет дальше. Но знала одно - девочка по имени Ирина не виновата ни в чем. Полина не могла предать чувства ребенка, который тянулся к ней. Девочка поверила в то, что у неё будет настоящая семья.
После обеда Полина услышала, как вернулся её отец из соседнего села, где у друга именины справлял. Федор на работе был в это время, и Поля хотела с родителем поговорить с глазу на глаз.
Демьян встретил её настороженно. Видно, уже знал, что всё открылось.
- Зачем, папа? - спросила она, стоя у калитки. - Зачем ты так с нами?
- Я ж для тебя старался, дочка. Чтоб жизнь у тебя хорошая была, чтоб при муже крепком, при доме, чтоб полная чаша... А Борис твой, что он? Ветрогон. Так бы и ездил по заработкам, пока не сгинул.
- Ты мне жизнь сломал, папа, - голос её дрогнул. - Ты меня на всю жизнь несчастной сделал. Я, конечно, сама виновата - не надо было соглашаться на брак с Федей. Но ведь ты всё так подстроил, ты ведь так к этому всё подвел...
Демьян помрачнел, услышав отчаяние в голосе дочери.
- Ничего, перебесишься. Все бабы сначала по одному сохнут, а потом с другим живут и горя не знают. Дитя родишь и все уляжется.
- Не перебешусь, покачала она головой. - И тебе этого не прощу никогда. Отныне я не войду в твой дом. Узнав горькую правду, я не могу тебя простить. Ты не должен был так со мной поступить.
- Знаешь, дочка... И твоя доля вины тут есть, - Демьян усмехнулся. -Ты сама согласилась пойти замуж за Федора.
- Согласилась. Только вот глупость сделала, замороченной голова была моя. И за глупость свою я расплачиваюсь сполна. Но и тебе, папа, этого я не прощу!
Она развернулась и ушла. А Демьян долго стоял на крыльце, глядя ей вслед, и впервые в жизни почувствовал что-то похожее на стыд.
Но было поздно - дров они с Марией Григорьевной наломали будь здоров.
Фёдор в тот вечер задержался, а село гудело после того, как слышали люди скандал в семье Бориса. Как он на матушку гневался, как с братом, словно два петуха разодрались, и как от семьи своей он отрекся.
Федор вернулся за полночь, а на следующий день Полина узнала, что Боря уехал из села.
***
Она осталась с Федором ради Ирочки. Девочка нуждалась в женском внимании, да и, чего греха таить - не таким уж плохим мужем был Федор, чтобы бросать его. А ежели бросить, так куда идти жить? К отцу возвращаться? Не хотела этого Полина всем сердцем. Искать Бориса по всему белу свету? Да где ж его найдешь. В сельском совете не знали ничего, в колхозе его семья не состояла, Санька вот только вступил в него.
Но, однако, вскоре Полина пришлось переступить порог отцовского дома. Только не с примирением, а чтобы проводить Демьяна в последний путь. Роковое стечение обстоятельств - мужика убило током. Это произошло через полгода после того, как Борис уехал. Похоронив отца, Полина не вернулась в отчий дом. Она, казалось, смирилась со своей участью. И все, о чем мечтала молодая женщина - это родить ребенка, свою кровиночку.
Но у них не получалось.
Прошел еще год, второй, но никак не выходило у неё. Порой сидела она по ночам на крыльце и думала о том, что любви нет у неё с мужем, оттого Бог дитя не дает. Но однажды она подслушала разговор двух соседок, что напротив жили. Они не видели её.. Полина, управившись с делами, в день именин Бориса думала о нем и захотела отделиться от всего мира. Она спустилась к реке, села за большой ивой и, сидя так некоторое время, погрузилась в тяжкие мысли. И даже немного задремала, наплакавшись вдоволь. Проснулась она от голосов Татьяны и Анны, которые, вот уж диво, обсуждали их с Федей жизнь семейную!
- И чего Федор в этой Польке нашел? Она ж не любит мужика, измучила его всего. Эх, вот как бы я хотела пойти за него замуж, да он ведь даже не глядит на меня! Я бы Феде ребенка родила, а Полька пустышка, даже не понесла ни разу, хоть и три года почти вместе живут, - возмущалась Татьяна.
- А может быть и не понесет. И ты бы не родила, - отвечала ей мать Анна. - Думается мне, что в Федоре дело. Мы ж с его матерью покойной всю жизнь в соседях жили, знала я, что в детстве он переболел какой-то худой хворью, и врач тогда городской сказал, что детей быть у него не может. Глупость, конечно. Как детская болячка причиной этому может стать? Но вдруг не глупость, вдруг так и есть?
- Мама, - Татьяна рассмеялась. - А Иринку ветром надуло, али непорочное зачатие? Не помню я, чтобы Сонька святой была.
- Вот оттого, что Сонька святой не была, Иришка и получилася. Нагуляла она её, видимо.
- Да ладно! - засмеялась Татьяна, а Полина напряглась, и затаила дыхание, прислушиваясь к каждому слову. Только бы они её не увидели за этой ивой!
- Вот тебе и ладно. Федя тогда на лесосеку уехал, почти месяц его не было, а в то время кто-то шастал к ней. Тени я видела, голос мужской слышала, да вот разобрать не могла, кто это. А потом уж Федор вернулся, а там и новость радостная - беременна Соня. Я ж молчала, никому ничего не говорила. И ты, Танька, молчи. Он ведь Иру своей считает, а она, видимо, не его дочь. Не похожа она ни на Соньку, ни на Федора. Пущай и дальше её своей кровиночкой считает, дитё нив чем не виновато. А ты вот увидишь - не родит Полина ему дочь. И ты бы без дитятки жила с ним.
Они закончили полоскать белье и ушли, вышла из своего укрытия и Полина. Стоя, как каменный столб, она смотрела в верх по холму, где в ряд стояли избы. Она смотрела, словно пыталась принять важное решение, услышав эту горькую правду от двух женщин, что обсуждали Федора. Если все, что сказала Анна - это правда, то не будет у них с Федей ребенка. И что воспитывать ей и дальше чужое дитя.
В тот же вечер она села напротив мужа и тихо спросила:
- Федь, не знаешь, отчего у нас ребеночек не получается?
- Видно, Господь не дает, видит, что у нас семья будто не настоящая, - он посмотрел ей прямо в глаза, а она смутилась под этим взглядом.
- Это ж как не настоящая? В одной кровати спим, с одного чугунка едим, дочь твоя в семье полной растет, хозяйство вместе держим.
- Любви нет в нашей семье, Поля. Словно из долга ты со мной живешь, словно груз на себе тащишь.
- Мне легче будет его тащить, если ребеночек родится, - тихо произнесла она. - Только вот я правду узнать хочу, даже если она будет горькой, как полынь. Ты перенес хворь в детстве, которая теперь дитя нам не дает.
- Перенес, - кивнул он. - Кто ж тебе только сказал об этом?
- Ты мне другое лучше скажи - Ира...
- Я знаю, что не родная она мне. Но я Соньку любил, так мне казалось. И про то, что детей у меня может не быть, тоже знал. Я обрадовался, когда Ира родилась, думал, что врач ошибся, что глупость все это. Но чем старше становилась девочка, тем сильнее я видел в ней черты Степана Егорова. Всё мучился от своих догадок, все хотел поговорить с ней и со Степаном, но... Боялся лишиться жены и дочери. Да, быть может, она не моя, но я любил её и люблю, и она меня отцом называет. Как отказаться от своего дитя?
Полина плакала, слушая его, в сердце у неё жалость была к мужу. Но всё же...
- Она призналась тебе перед смертью?
Он кивнул, на миг вспомнив, как в бреду и горячке она звала Степана и просила прощения у Федора.
- Так почему ты мне ничего не сказал? Почему, видя мое горячее желание стать матерью, ты молчал? Ты не имел права так поступать со мной! Ты такой же, как и отец,
****
Полина всю ночь не спала, она думала готова ли положить свою молодость на жизнь с нелюбимым и воспитывать чужого ребенка? К утра пришла к выводу - нет, не готова. Она уйдет от мужа и вернется в отчий дом. Ира... Она будет всегда рядом, всегда по-соседству, она может ночевать у неё, приходить, когда захочет, но больше Полина не станет свою молодость губить.
Утром она сказала об этом Федору. Тот словно не удивился. Он молчал, ничего не говорил. А она собирала вещи, отвечая на вопросы Ирины, давая ей обещания и заверяя девочку в том, что она всегда будет рядом, за забором.
Уже у дверей Полина обернулась, услышав голос мужа:
- Ежели надо чем подсобить, ты приходи и проси, не стесняйся. И это, Поль... Прости меня.
- Федя, и ты прости меня, - прошептала она, и вышла.
А вечером она смотрела в окно и видела, как он сидит на крыльце и курит одну папиросу за другой.
Глава 3 Я твой навеки