Цена нового тягача КАМАЗ К5 сегодня перевалила за 11 миллионов рублей. Хороший бульдозер уровня Komatsu или тяжелый «китаец» Shantui тянет на все 25 миллионов.
В Москве за эти деньги можно купить отличную «двушку» в спальном районе или две студии под сдачу.
Однако, в Арктике это железо, которое медленно врастает в лед.
На якутских и чукотских зимниках такие «памятники» брошенным миллионам встречаются часто.
Я спросил мужиков на базе в Анадыре:
— Неужели не жалко? Это ж целое состояние ржавеет!
Ответ был коротким и жестким:
— Лёх, привезти его домой стоит дороже, чем его стоимость сейчас.
Якутия: сотня замерзших надежд
Пару лет назад на зимниках разом встали более 100 фур. Погода изменилась, лед превратился в кашу раньше срока, и тяжелые машины просто «сели» в эту жижу по самые мосты.
Многие тогда спрашивали: почему водители просто уходят, бросая машины?
Коварство Севера в том, что за любой оттепелью здесь всегда идет лютый мороз. Жижа вокруг колес застывает быстрее, чем успеваешь найти тягач. Машина намертво врастает в ледяной панцирь.
Спасение застрявшего тягача из глухой тундры - сложнейшая задача.
Технику нужно буквально выдалбливать из ледяного плена месяцами.
Я делал отдельный репортаж про работу «выморозчиков».
Когда видишь ледяные тоннели под колесами, сразу понимаешь, почему владельцу проще списать машину в убытки, чем оплачивать её спасение.
Золотой рейс: математика на "салфетке"
Давайте посчитаем, почему экономика не сходится.
Чтобы забрать тяжелую технику (тот же бульдозер), нужен трал-тяжеловоз.
В 2026 году ставка перевозчика на Крайнем Севере - минимум 300 рублей за километр.
Представим задачу: вывезти сломанный бульдозер весом 40 тонн. Расстояние - 1500 км.
- Трал едет к вам пустым. На Севере оплата всегда в оба конца: 1500 км × 300 руб = 450 000 руб.
2. Трал едет обратно с грузом: еще 450 000 руб.
3. Погрузка: в тундре нет кранов.
Нужно гнать второй бульдозер, чтобы затащить бульдозер на платформу.
Это солярка, работа людей и еще 300 000 руб.
Итог: 1,2 — 1,5 миллиона рублей
Тратить такие деньги ради груды замерзшего лома, рискуя утопить живой трал за 20 миллионов?
Ни один здравомыслящий хозяин на это не пойдет.
Главный фактор: экономика мгновенно уходит в минус.
Воркута: долина забытых гигантов
Возле Воркуты я видел целые поля, где стоят советские титаны: ракетовозы МАЗ-537 и тягачи КЗКТ. В 2026 году новый карьерный самосвал такого класса стоит как элитный особняк, но здесь они - не более чем расходник.
Брошенная техника - не новый аппарат из салона.
Это сломанная, размороженная машина, цена которой - цена металлолома.
Может быть, найдутся те, кто скажет: «Да я приеду, заведу и уеду».
После первой же зимы блок двигателя лопается от льда, а проводку съедают грызуны или коррозия. Проще снять всё ценное и уйти.
Буровая, которая никуда не поедет
Отдельная история - буровые установки.
Это сложнейшие машины на базе тяжелых грузовиков.
Когда подрядчик заканчивает скважину, он считает деньги.
Гнать колонну техники назад по весенней распутице - верный способ утопить машины.
Часто бывает так: вахтовиков забирают вертолетом, а железо оставляют «до следующего сезона».
Но сезон меняется, планы компании меняются, зимник не встает, и дорогая установка превращается в ржавый экспонат.
Топливо важнее железа
Есть и еще одна причина - пустая тара. Пустая цистерна топливозаправщика весит 10-12 тонн. Тащить эту «пустышку» за собой через перевалы, сжигая остатки топлива? Опытный водитель лучше отцепит её и оставит в тундре, чтобы доехать до людей налегке.
Почему эти стоянки будут расти
Железо не стоит своих денег, если его нельзя вывезти дешево.
Тот самый бульдозер, который новым стоил бы 25 миллионов, будет стоять здесь еще полвека.
Но часто от техники остаются одни «скелеты».
Местные водители рассказали мне про «волчьи законы» зимников: если ты сломался и ушел за запчастями, через два дня от твоей машины останется только рама.
Времена шоферского братства уходят.
В этой статье я описывал, как на Севере «раздевают» брошенные грузовики свои же коллеги-«дальнобои» - и часто спасать там уже просто нечего.
Единственный реальный способ «забрать» бульдозер из тундры в 2026 году без потерь - это сделать фото, как это сделал я.
А вы как думаете, стоит эти «памятники» все-таки убирать ради экологии? Или пусть стоят как напоминание о том, какой ценой дается освоение Севера?
Кстати, наш «Москвич-Полярник» на днях тоже чуть не стал таким памятником на БАМе. Машина заглохла в -35, и мы сутки провели в ледяном салоне, так и не дождавшись попутки.
Всю историю той ночи, видео из промерзшего салона и рассказ о нашем спасении я сохранил в дневнике экспедиции в телеграм-канале «Путешествия со смыслом - Алексей Жирухин». Там всё без прикрас.