Семейный совет по поводу будущего выпускницы состоялся наутро после праздничного вечера. Родители девушки очень хотели видеть дочь студенткой одного из городских вузов, но её выбор был иным. Инесса твердо заявила родителям, что будет поступать в торговый техникум.
Форма обучения в этом заведении была только очной, да и три года с десятью месяцами — не такой уж маленький срок. Ничего, у неё хватит терпения. Инесса подождёт это время, чтобы стать толковым товароведом, настоящим экспертом. Нишей интересов она предполагала сделать потребительский рынок.
Она должна была стать на нём квалифицированным специалистом, чтобы чувствовать себя как рыбка в воде.
Никакие аргументы родителей в пользу высшего образования она и слушать не захотела.
— Нет, мама, папа, — отрезала Инесса. — Я решила. Техникум — это мой путь.
Старшее поколение было вынуждено отступить перед такой железной решимостью. Ближайшие планы Инессы несколько огорчили хватку соседку Люсю. Шагом к примирению стало обещание девушки никуда не уезжать после вступительных испытаний, а снова поработать в Люсином хозяйстве.
Людмила за помощь твёрдо пообещала Инессе ежедневные пять процентов с выручки и совместную поездку в Польшу за товарами.
Вот так и началась будущая карьера Инессы Владимировны — весьма известной личности в областном городе, владелицы сети супермаркетов серии «Всё для дома и семьи».
На их территории можно было пополнить не только продовольственные запасы, но и одеться, обуться, приобрести косметические средства, хозяйственные принадлежности для ремонта и уборки дома. А ещё она сдавала площади по периметру своих необъятных территорий.
На благоустроенных площадках добросовестные партнёры могли оказать потребителям массу всяческих услуг — от парикмахерских до химчистки и пошива одежды. Для полной гармонии Инесса в своё время окончила экономический факультет родного университета.
Инесса ещё подумывала отправиться учиться на юриста, но потом поняла: студенткой даже заочного отделения она больше становиться не хочет. Бизнес отнимал всё её время. Она была из тех предпринимателей, кто не только мог остаться в одном из своих многочисленных кабинетов на ночь, но и прожить в нём неделю, даже не заметив, что сын начинает забывать, как выглядит его мать.
Няня не спасала — он безумно скучал. В такие минуты Инессу похватывало. Она хватала Романа чуть ли не в охапку, уезжала с ним куда-нибудь к тёплому морю, где посвящала всю себя единственному сыну, которого, чего уж там, любила без памяти. Любила его запах, когда зарывалась носом в густую макушку русых волос. Любила его голос, когда он вечером укладывался под её бочок и требовал:
— Мама, сказку я не хочу, я уже большой! Почитай мне опять Александра Беляева — про человека-амфибию.
Ромка в детстве и юности ужасно любил что-нибудь фантастическое, а потом неожиданно увлёкся мистическими историями об оборотнях, русалках, ведьмах и проделках чёрных котов с воронами.
Во время чтения его и без того большущие серые глаза становились как блюдца, но это был не страх — ими правил восторг, желание обладать какими-нибудь волшебными, возможно экстрасенсорными способностями.
Но никакое мистическое существо из него не выросло. Получился высокий, очень симпатичный парень, который так и верил, что пирамида Хеопса построена не без участия инопланетян, а на острове Пасхи все статуи установлены представителями неземных цивилизаций. Он совсем не был ненормальным, её мальчик: великолепно осваивал все школьные предметы, но особенно тяготел к литературе и истории.
Выбор будущей профессии не заставил себя ждать. Роман с лёгкостью поступил на факультет журналистики, набрав на ЕГЭ довольно высокие баллы по всем нужным специальностям. Инессе даже не пришлось подключать тяжёлую артиллерию в виде связей в университетских кругах. На бюджет он поступил без сучка и задоринки, без помощи чьей бы то ни было «волосатой руки», как это иногда называют.
Инесса отказалась от помощи своего шофёра, решила съездить в салон для новобрачных сама — за рулём. Она очень любила водить машину, но её положение не обязывало, а заставляло держать марку и содержать целый штат прислуги в доме.
Хотя все эти реверансы перед так называемым элитным обществом снобов были ей вовсе не по душе.
Если бы могла, она ездила бы из их загородного дома в город и обратно на своём старичке-мотоцикле. Превосходно обращаться с железным другом её ещё в детстве научил отец Роман — тот самый музыкант из ансамбля, что развлекал молодёжь и родителей на выпускном вечере.
Тогда, на их первое свидание, он примчал за ней на новеньком «Дукате», переливающемся на солнце яркими цветными бликами. Инесса и так ждала этой встречи с замиранием сердца, а тут у парня ещё такая лихая игрушка на колёсах! Их роман закрутился и развивался стремительно.
Только вот пролетел по её небосклону яркой кометой Борис крайне быстро — сейчас он где-то за новыми любовными горизонтами. Молодой мужчина находился в постоянном поиске юных неопытных сердечек. А ещё у него была подлая фишка: он любил быть у невинных особ первым мужчиной. Поигравшись с очередной хорошенькой куколкой — деткой, зайкой, как он называл своих фанаток, — он испарялся в воздухе, не оставляя следов.
Ухаживал красиво — никто не мог устоять против его обаяния и харизмы, хотя во времена молодости Инессы слово «харизматичный» ещё даже не было в ходу. Никого не заставлял, не жалел денег на приятные презенты, баловал, сыпал комплиментами, ждал, когда девочка сама созреет, сама захочет отблагодарить своего парня. Инесса уже через неделю после их первого свидания щеголяла маленькими золотыми серёжками с фианитами.
Носила джинсовый комбинезон, вываренную почти до белых кругов чёрную хлопчатобумажную майку. Подруги сходили с ума от зависти, а знающая об одежде не понаслышке Люся тут же вынесла вердикт:
— Майки эти цеховики делают у нас, а вот модный комбинезон явно откуда-то из Прибалтики привезён. Их туда скандинавы возят в обмен на балтийские молочные продукты.
— Не пожалел твой ухажёр денег на такую красоту, — заметила Люся.
Родители в любовные дела Инессы не вмешивались. Видели, что у их дочери от счастья горят глаза, но не волновались: Борис был понятливым. Его пассия не оставалась у него ночевать, домой возвращалась не поздно. Разомлевшая после жарких объятий молодого мужчины девушка каждый раз летела домой на крыльях, а потом ещё полночи не могла уснуть, вспоминая, каким нежным был её друг.
Концовка их романа напоминала избитый сюжет слезливой мелодрамы. За окном уже шумело жёлтыми и багряными листьями осень, Борис стал появляться реже, да и Инессе надо было хотя бы иногда вечерами посидеть с конспектами, а не отправляться на свидание. В техникуме она все зачёты и контрольные сдавала успешно и вовремя, но готовилась к ним за счёт сна.
Всё больше накатывала непроходящая усталость. Пропал аппетит, по утрам настойчиво тошнило. О том, что она уже на втором месяце беременности, в голову не приходило. Восемнадцать лет — в таких делах редко у кого есть серьёзный опыт. Первой неладное почувствовала маменька. Постоянные походы дочери в туалет сразу подсказали ей причину такого недомогания.
Она спросила у дочери напрямую:
— Инесса, у вас с Борисом что-то было? Посмотри мне в глаза.
Девушка не отнекивалась. Твёрдости в характере у неё всегда было предостаточно.
— Мы с Борей любим друг друга, и я уже взрослая. Неделя прошла, как мне восемнадцать стукнуло. Так что, если твои подозрения, мама, имеют под собой почву, мы, как того требуют складывающиеся обстоятельства, поженимся. Я рожу ребёнка, у нас будет настоящая семья.
Инесса ни сном ни духом не ведала в тот момент, что Борис уже нарезает круги возле новой избранницы. Даже в эту минуту он вёл очередную наивную барышню в кафе-мороженое.
Девушка казалась той ещё сластёной, а ему так хотелось скорее окрутить её и увлечь. В своих мечтах он уже нарисовал такие картинки о том радостном для него событии, что об Инессе даже не вспоминал. Она была пройденным этапом в его карьере местного казановы. Славненькая, конечно, но вечно ей то учиться надо, то подрабатывать у соседки-торгашки, а новая пассия — такой зайчик!
Разговор между Инессой и Борисом состоялся через пару дней.
Он спокойно воспринял её известие о беременности. Не мучили его ни отцовские чувства, ни хоть малая тень какой-либо ответственности.
— Детка, ты уже не маленький ребёнок, — сказал Борис. — О том, чтобы предохраняться, тебе надо было сразу позаботиться. Из меня папаша никакой. Ты же знаешь, вся моя квартира музыкальной аппаратурой заставлена. Мы с ребятами в моей студии репетиции постоянно устраиваем. Бэйбику там будет некомфортно.
— Да, я, честно говоря, тебе ещё и сказать хотел, что нашей любви пришёл конец. С моей стороны это было лишь увлечение. Так что прощай и не держи зла.
Боря скорчил ехидную гримасу и пропел слова из известной песни:
— Люди встречаются, люди влюбляются, женятся... Мне не везёт в этом так, что просто беда!
Потом обернулся и процедил сквозь зубы:
— Я не чудовище, денег на прерывание дам сполна. Как с этим делом закончишь, найди меня — я верну тебе потраченную сумму.
Инесса очень любила Бориса. Она жила и дышала им одним. И сейчас, после его слов, у неё умерла душа — сердце покрылось ледяной коркой. Было у неё ещё одно качество в характере. Сложно сказать, плохое оно или хорошее: она была гордой, умела собираться и держать лицо, умела стискивать зубы и молчать, умела сама принимать судьбоносные решения.
Поэтому дома она собрала родителей на маленькой кухоньке и промолвила:
— Свадьбы не будет. Более того, свадьбы в моей жизни вообще не будет никогда. А вот ребёнка я оставлю. Мой будущий малыш не виноват, что ему достался подонок-отец.
— Я компенсирую ему всё, что он не увидит и не получит от такого папаши.
Модный магазин находился на другом конце города, в одной из новостроек. По пути Инесса постаралась прогнать прочь все эти воспоминания, взять себя в руки и не подать вида Лизе и персоналу магазина, в каком она подавленном настроении.
В салоне Инессу Владимировну встретили как какую-нибудь царицу. Чуть ли не под белые ручки повели к рядам роскошных платьев. Директор рассыпался в любезностях, охал и ахал по поводу того, что у душечки Инессы, оказывается, есть уже совсем взрослый сын, а он-то думал, что ей самой ну никак не более тридцати лет. Женщина мысленно хмыкнула: она так и не смогла полюбить светские церемонии с какими-то правилами вынужденного этикета.
Вслух произнесла:
— Я надеюсь, что новость о свадьбе моего единственного сына не понесёт по всему городу на хвосте птичка, вылетевшая из дверей вашего магазина.
— Что вы, любезная вы наша, — голос хозяина салона стал напоминать сладкую патоку. — Мои девочки будут держать рот на замке. Мы понимаем приватность этой информации.
Лиза-Лизонька уже сидела в огромном смотровом зале с множеством примерочных. Старательно вжималась в изящную кушетку, чтобы на неё меньше обращали внимание.
И опять на мгновение на Инессу волной нахлынули воспоминания. Она с огромным животом торгует в палатке Люси. Малышу надо будет много всего купить после его рождения. Родители пока так и не нашли себе работу. Вдали она вдруг видит Бориса, нежно обнимающего за плечи очередную юную подружку. Смазливая девочка капризно надувает губки, показывает пальчиком на хозяйство Людмилы, где сегодня развешаны яркие купальники.
Бориса встреча ничуть не смущает. Он уверен, что Инесса не будет болтать о том, что ребёнка носит под сердцем.
Здоровается с ней как с обычной, ничего не значащей для него старой знакомой. Купив купальник, пара уходит. А Инессе не хочется дотрагиваться до денег, которые её бывшая любовь небрежно выудила из кармана джинсов. Они кажутся ей грязными.
Эти пять минут стали той отправной точкой, когда она отчётливо поняла: никакого возврата к пылкой любви между ней и Борисом не будет. Поэтому тот день она запомнила на всю жизнь.
Еле заметный в душе огонёк надежды на секунду вспыхнул и погас навсегда. Инесса, как всегда, даже не всплакнула: глаза остались сухими. Только пожалела ту дурочку, что ушла из палатки Люси с купальником в руках.
продолжение