Познакомились мы с Дианой (ей тридцать один год) случайно. Я заходил в магазин. Она стояла в очереди впереди. Забыла кошелек дома. Расплатиться не могла.
Я предложил оплатить ее покупки. Она смутилась. Поблагодарила. Мы вышли вместе.
Разговорились на улице. Темные волосы. Красивая. Спортивная фигура. Я сразу обратил внимание.
Оказалось, живет в соседнем районе. Работает менеджером в небольшой фирме. Одна воспитывает сына Кирилла. Ему восемь лет.
Отец ребенка ушел три года назад. Новую семью завел. Алименты перестал платить через полгода. Пропал.
Говорила спокойно. Без эмоций. Без истерик.
Я подумал: сильная женщина. Тянет ребенка одна. Работает. Не жалуется. Не ноет.
Мне это понравилось. Я устал от женщин которые вечно в роли жертвы.
Обменялись номерами. На следующий день написал. Пригласил в кафе на выходных.
Встречались два месяца. Все шло хорошо. Она приходила ко мне домой дважды в неделю. По средам и субботам.
Готовила вкусно. Котлеты домашние. Запеканки. Пироги пекла.
За столом не лезла в телефон. Слушала когда я рассказывал про работу. Интересовалась.
Смеялась над шутками. Я был доволен. Думал, что повезло.
Кирилла мне не навязывала. Говорила, что мальчик либо у бабушки. Либо дома делает уроки.
Я видел его один раз. Когда заезжал за Дианой. Тихий ребенок. Худенький. Вежливый. Поздоровался. Ушел к себе в комнату.
Диане я тоже нравился. Она не скрывала. Говорила, что я надежный мужчина. Спокойный. Работаю на хорошей должности менеджера по продажам.
У меня своя двухкомнатная квартира. Машина старенькая. Но своя.
Через два с половиной месяца отношений она начала жаловаться на жилье. Снимает однушку на окраине. Хозяйка повысила арендную плату.
С тридцать до сорока. Снимать квартиру ей стало тяжело. Оставались копейки от её зарплаты.
Я подумал несколько дней. У меня двухкомнатная квартира. Живу один два года. После развода с женой.
Одна комната пустует. Стоит там старая раскладушка. Шкаф с зимними вещами.
— Переезжай ко мне, — предложил я в пятницу вечером. — Попробуем пожить вместе. Увидим как пойдет. Если не сложится — разъедемся.
Она посмотрела на меня удивленно.
— Серьезно? Ты уверен? Я же с ребенком.
— Я понимаю. Ничего страшного. Давай попробуем.
Она обняла меня крепко. Поцеловала в щеку. Заплакала даже.
— Спасибо тебе. Ты настоящий мужчина.
Они въехали через неделю. В субботу утром. Я помог с переездом. Взял свою машину.
Вещей у них было немного. Две большие спортивные сумки с одеждой. Картонная коробка с игрушками Кирилла. Посуда в коробках.
Я помог занести все наверх. Разложить по комнате. Кирилл сразу устроился в углу на полу с планшетом. Молчаливый мальчик.
Первые три недели прошли тихо. Диана убиралась регулярно. Мыла посуду после каждого приема пищи. Стирала белье. Готовила ужины каждый день.
Я оплачивал продукты в магазине. Коммунальные платежи. Интернет подключил более скоростной. Для ребенка, чтоб мультики смотрел.
Это казалось мне нормальным. Я даю крышу над головой. Она ведет быт. Стандартное разделение обязанностей.
Но примерно через три недели совместной жизни начались первые намеки. Пока легкие. Незаметные почти.
— Слушай, а может ты мне доступ к своей банковской карте дашь? — спросила она как-то за ужином. — Просто чтоб я не выпрашивала каждый раз денег на продукты. Неудобно же.
Я вытер рот салфеткой. Подумал секунду.
— Давай лучше ты просто будешь говорить, сколько нужно. А я сразу переведу на твою карту.
Она поджала губы недовольно. Кивнула молча. Но я видел, что ей это не понравилось.
Прошла неделя. Мы сидели на диване вечером. Смотрели какой-то сериал по телевизору.
— Машка с моей работы купила себе новый смартофон, — сказала Диана между делом. — Такой красивый. С фиолетовым корпусом. А у меня древность.
— Ну и что? — переспросил я не отрываясь от экрана.
— Ну ты же хорошо зарабатываешь. Можешь подарить мне новый телефон? Хочется тоже красивый.
Я повернулся к ней.
— У тебя телефон рабочий. Звонит прекрасно. Интернет работает быстро. Зачем менять?
Она сразу нахмурилась. Голос стал обиженным.
— То есть ты жадный получается? Для меня даже телефон купить не можешь?
— Я не жадный. Просто не вижу смысла менять рабочую вещь.
— Нет смысла сделать приятное своей девушке? Купить ей подарок?
— Диана, новый смартфон хороший стоит сейчас шестьдесят тысяч минимум. Это серьезная сумма. Это не мелочь.
Она вскочила с дивана. Развернулась. Быстро пошла в спальню. Хлопнула дверью громко.
Весь вечер демонстративно молчала. Готовила ужин и громко стучала кастрюлями. Хлопала дверцами шкафов. Я сразу понял: обиделась.
Но через два дня она отошла. Снова стала ласковой. Готовила мои любимые блюда. Улыбалась. Целовала при встрече.
Я подумал, что конфликт исчерпан. Решил не раздувать тему. Подумал что мы просто притираемся друг к другу. Нормальный процесс.
Прошло еще недели три. Она снова начала разговоры. Теперь про транспорт и метро.
— Устала я страшно в этой подземке толкаться каждый день, — жаловалась она мне вечером на кухне. — Кирилла на кружки вожу. Английский у него. Два раза в неделю через весь город ездим. Сумки тяжелые таскаю из магазина. Спина начала серьёзно болеть.
— Ну так вызывай такси когда нужно. Не мучайся.
— Каждый день такси вызывать? Ты понимаешь сколько это денег?
— Не каждый же день. Только по необходимости, когда сумки тяжелые.
— А ты хоть понимаешь сколько это в месяц выходит?
Я пожал плечами.
— Ну тогда придется терпеть метро. Другого варианта не вижу.
Она замолчала сразу. Отвернулась. Но я видел что она о чем-то думает. Что-то прикидывает в голове.
Прошло еще несколько дней. Вечер пятницы. Я вернулся с работы уставший. Был тяжелый день. Разогрел себе ужин.
Она села напротив меня за стол. Сложила руки аккуратно на столешнице. Посмотрела прямо в глаза.
— Слушай, я тут серьезно подумала последние дни, — начала она спокойным голосом. — А что если нам машину купить?
Я остановился.
— Что? Повтори, пожалуйста.
— Машину. Небольшую, недорогую. Чтоб я могла возить Кирилла на занятия. В магазины ездить за покупками. Не мучиться больше в метро.
Я посмотрел на нее внимательно.
Она сидела спокойно. Руки сложены на коленях. Ждала моего ответа. Как будто только что попросила купить батон хлеба в магазине.
— Диана, мы с тобой живем вместе всего четыре месяца.
— Ну и что с того?
— Ты серьезно сейчас хочешь, чтоб я купил тебе автомобиль?
— А что здесь такого странного? — она даже пожала плечами удивленно. — Ты же теперь обеспечиваешь нашу семью. А я хожу пешком как последняя нищая. В метро толкаюсь. Мне ребенка надо на кружки регулярно возить. Теперь это ведь и твой ребенок тоже. Ты же с нами живешь теперь.
Я откинулся на спинку стула. Все понял.
— Мой ребенок?
— Ну да. Мы же семья. Ты должен помогать. Вкладываться. Машина — это необходимость. Не роскошь.
— Какую машину? Цену?
— Да обычную. За миллион примерно. Не дорогую же прошу.
Миллион. Она живет у меня четыре месяца. Бесплатно. Я кормлю ее и ребенка. И она требует миллион рублей.
— Диана, я не куплю тебе машину.
Она побледнела. Улыбка исчезла. Глаза сузились.
— То есть как не купишь?
— Так. Не куплю. Никак.
— А почему?
— Потому что мы не женаты. Потому что ты живешь здесь четыре месяца. Потому что требовать машину — это наглость.
Она встала резко. Стул скрипнул. Голос стал жестким.
— Наглость? Я тебе готовлю каждый день! Убираю твою квартиру! Стираю! Да другие мужики после первого месяца покупают!
— Тогда иди к другим мужикам.
Тишина.
Она смотрела на меня. Рот приоткрыт.
— Что?
— Я сказал иди к другим. К тем которые покупают машины.
Она стояла секунд десять. Молча. Потом развернулась. Прошла в комнату. Хлопнула дверью.
Я услышал как она звонит. Громко. Специально чтоб я слышал.
— Маш, представляешь! Жмот! Машину купить не может! Говорит рано! Да пошел он! Четыре месяца живу. Готовлю. Убираю. А он жлоб!
Я доел ужин. Помыл посуду. Лег спать.
Она не вышла. Сидела в комнате. Стучала по клавиатуре телефона.
Утром в субботу я проснулся поздно. Вышел на кухню. Дианы не было. Записка на столе: «Ушла к подруге. Кирилл дома».
Кирилл сидел в комнате на полу. Играл тихо в планшет. Я заглянул к нему.
— Хочешь кушать? — спросил я.
Он молча кивнул головой. Не поднимая глаз от экрана.
Я приготовил яичницу с сосисками. Нарезал хлеб. Сделал тосты. Налил чай. Позвал мальчика.
Мы позавтракали молча. Разговор не клеился между нами. Неловкое молчание.
— Как дела в школе? — попытался я начать беседу.
— Нормально, — коротко ответил он.
— Учишься хорошо? Оценки какие?
— Ага. Нормально.
Вот и весь наш диалог. Больше говорить было не о чем. Мы были чужие.
Диана вернулась только поздно вечером.
На следующий день вечером я дождался когда она проснется. Она вышла на кухню поздно. Села за стол. Начала красить ногти ярко-красным лаком.
— Диана, собирайте свои вещи. Вы съезжаете отсюда.
Она подняла голову вверх.
— Что ты сказал?
— Я сказал съезжайте. Неделя времени у вас есть. Найдете, где жить.
— Ты не имеешь права нас выгонять!
— Имею право. Это моя квартира.
— У меня маленький ребенок! — она вскочила со стула. — Ты что выгоняешь на улицу женщину с маленьким ребенком!
— У тебя есть ребенок. Не у меня. И я вас не выгоняю сейчас. Я даю целую неделю времени.
Её лицо покраснело от злости.
— Ты использовал меня четыре месяца! А теперь выбрасываешь как мусор!
— Я тебе помог. Пустил жить бесплатно в свою квартиру. Кормил тебя и твоего ребенка постоянно. Оплачивал все. А ты требуешь машину за миллион рублей. Мы закончили отно.
Она схватила свой телефон. Сразу начала кому-то звонить. Кричала истерично в трубку.
— Маш! Только представь! Он меня выгоняет! Вместе с маленьким Кирюшей! Прямо на улицу! Ты представляешь?! Мразь! Я ему в суд подам! Я его уничтожу!
Я молчал. Сидел неподвижно за столом. Смотрел на нее.
Она продолжала звонить дальше. Маме своей. Разным подругам. Кричала громко. Плакала навзрыд. Называла меня грубыми словами.
Я никак не реагировал на это.
Через два дня она начала собирать свои вещи. Делала это молча угрюмо. Складывала одежду в те же самые большие сумки. Кирилл тихо помогал ей. Не поднимая глаз.
— Куда пойдете жить? — спросил я нейтрально.
— К Маше к подруге. Временно переживем. Потом найду квартиру для съема.
— Хорошо. Понятно.
На третий день они съехали. Была среда. Поздний вечер. Вызванное такси ждало их внизу у подъезда.
Диана вышла последний раз в коридор. Посмотрела на меня.
— Знаешь что! Мне такой жлоб и самой не нужен был! — выкрикнула она громко. — Я красивая женщина! Еще молодая! Я найду себе другого! Нормального мужчину! И с хорошей машиной! И с большой квартирой!
— Желаю удачи, — сказал я спокойно.
Она схватила свои тяжелые сумки. Кирилл молча взял картонную коробку с игрушками. Они вышли за дверь.
Входная дверь захлопнулась с грохотом.
Я остался один в квартире. Наступила тишина. Никаких криков. Никаких претензий. Никаких требований.
Прошел примерно месяц. Мой приятель Саша позвонил мне. Рассказал новость.
— Слушай, я тут Диану твою видел позавчера, — сказал он. — В дорогом ресторане в центре сидела. С каким-то пожилым мужчиной.
— Ну и что? — переспросил я равнодушно.
— Ему явно лет под шестьдесят было. Седой весь. Но судя по всему при деньгах. Бизнесмен какой-то. Она при нем вертелась как маленькая девочка.
Я улыбнулся. Значит нашла себе наконец. Того кто готов платить за все.
Прошло еще два месяца. Я случайно увидел её сам. В большом торговом центре. Она шла по второму этажу.
Одета была дорого. Брендовая новая сумка на плече. Новенький смартфон в руке. Дорогие украшения.
Рядом с ними шел тот самый пожилой мужчина. Седой. Примерно лет шестидесяти на вид. Заметный живот. Дорогие часы на запястье.
Она меня не заметила в толпе. Громко смеялась. Что-то рассказывала ему. Он слушал. Кивал головой.
Я прошел мимо. Не стал окликать их.
Наверное она счастлива. Получила свою машину. Седого спонсора. Все что хотела.
А я вернулся домой. Один.
Прошло три месяца. Живу спокойно. Квартира моя. Деньги мои. Никто не требует машины за миллион.
Она показала кто она на самом деле. Через четыре месяца. Хорошо что не через четыре года.
Сначала телефон за шестьдесят тысяч. Потом машина за миллион. Потом квартира. Потом еще что-то. Это бы не закончилось.
Женщина которая требует содержания через четыре месяца — не партнер. Это проект по выкачке денег.
И знаете что самое смешное? Она нашла того кто готов платить. Седого дедушку под шестьдесят. Пусть живут счастливо. Я свободен.
После этого рассказа чаще всего переходят сюда