Мы с Вадимом расписались шестнадцать лет назад. Ему было тридцать. Я была моложе на пять лет. Через год родился Федя.
Вадим казался хорошим мужем. Работал менеджером в крупной компании. Зарплата неплохая. Я ушла в декрет. Занималась ребёнком.
Первые годы всё было нормально. Вадим поздравлял сына с днём рождения. Дарил подарки. Правда, я всегда напоминала ему об этом заранее. Покупала подарки сама. Вадим только подписывал открытку.
Но я думала: ладно, главное участвует. Хоть так.
Федя рос. Умный мальчик. Спокойный. Очень привязан ко мне. К отцу относился сдержанно. Вадим редко проводил с ним время. По вечерам сидел в телефоне. По выходным спал до обеда.
В двенадцать лет случилось первый раз. День рождения Феди выпал на субботу. Я устроила праздник дома. Пригласила его друзей. Украсила комнату. Заказала пиццу и торт.
Вадим проснулся в полдень. Вышел на кухню сонный. Налил себе кофе. Сел за стол.
— Чего это у вас тут шумно? — спросил он, глядя на шарики.
— У Феди день рождения, — сказала я тихо.
Вадим замер с кружкой в руке.
— Забыл, — выдохнул он.
— Забыл, — повторила я.
— Слушай, ну я же не нарочно! — он начал оправдываться. — Работа, проблемы. Голова вообще не варит.
— Ты забыл день рождения сына, Вадим.
— Ну да, виноват, — он поставил кружку. — Исправлюсь.
В этот момент на кухню зашёл Федя. Он услышал наш разговор. Посмотрел на отца. Глаза были пустые.
— Папа забыл? — спросил он меня.
— Федя, прости, сынок, — начал Вадим. — У меня просто...
— Работа, знаю, — оборвал его мальчик. — Ничего страшного.
Он развернулся и ушёл к друзьям. Вадим посмотрел на меня виновато. Пожал плечами. Ушёл в спальню.
Я стояла на кухне. Слышала детский смех из комнаты.
Праздник прошёл хорошо. Дети играли. Ели торт. Федя улыбался. Но улыбка была натянутой.
Вечером, когда гости разошлись, я убирала посуду. Федя помогал мне. Вадим сидел в гостиной. Смотрел футбол.
— Мам, — тихо позвал меня сын. — Можно вопрос?
— Конечно.
— Почему папа меня не любит?
Я замерла с тарелкой в руках.
— Федя, он любит. Просто...
— Мам, не надо, — перебил он. — Я не маленький. Если бы любил, помнил бы про мой день рождения. Хотя бы записал в календарь.
Что я могла сказать? Он прав.
— Это нормально, мам, — добавил Федя. — У Димки из класса вообще отца нет. Ему хуже.
Он обнял меня и ушёл к себе.
Я сидела на кухне до поздней ночи. Вадим давно перестал быть мужем. Он жилец. Приносит деньги. Спит здесь. Всё.
А Федя постепенно отдалялся от отца. Замыкался.
Я решила поговорить с Вадимом серьёзно. На следующий день, когда Федя ушёл гулять, я позвала мужа на кухню.
— Нам нужно поговорить.
— О чём? — он не отрывался от телефона.
— О сыне. Ты забыл его день рождения.
— Ну извинился же, — отмахнулся он. — Чего ещё надо?
— Вадим, ты понимаешь, что ребёнок страдает?
— От чего страдает? — он наконец посмотрел на меня. — Я работаю. Деньги приношу. Что ещё нужно?
— Внимания. Участия. Любви.
— Любовь? — он усмехнулся. — Я обеспечиваю семью. Это и есть любовь. А то, что я не помню дату — так я вообще даты не помню. Я мужчина. Мы не запоминаем такие вещи.
— Вадим, ты серьёзно?
— Абсолютно, — кивнул он. — Я не обязан помнить даты. Для этого есть ты. Ты мать. Вот и напоминай.
— Ты правда думаешь, что отец не обязан помнить день рождения сына?
— Думаю, что у мужчин другие приоритеты, — пожал он плечами. — Работа, карьера, деньги. А всякие праздники — женское дело.
— Понятно, — выдохнула я.
Вадим вернулся к телефону. Ничего не изменится. Он вообще не видел проблемы.
Прошёл год. Феде исполнилось тринадцать. Второй день рождения подряд. Я готовилась заранее. Напомнила Вадиму за две недели. За неделю. За три дня.
Накануне вечером я сказала:
— Вадим, завтра Феде тринадцать.
— Да-да, помню, — кивнул он.
— Точно помнишь?
— Говорю же.
Я не поверила. Но оставила в надежде.
Утро субботы. Я проснулась. Поздравила сына. Обняла. Подарила новый телефон.
Вадим проснулся в одиннадцать. Вышел из спальни. Прошёл на кухню. Налил кофе.
— Доброе утро, — сказал он.
— Доброе, — ответила я.
Федя сидел за столом. Смотрел на отца молча. Вадим пил кофе. Листал телефон. Молчал.
— Пап, — позвал его Федя.
— Ммм?
— Сегодня мой день рождения.
Вадим поднял голову. Посмотрел на сына. Потом на меня.
— Ой, — выругался он. — Опять забыл. Ты же говорила!
— Говорила, — подтвердила я.
— Федя, извини, сын, — он попытался улыбнуться. — Совсем из головы вылетело. Работа закрутила.
— Понятно, — кивнул Федя.
— Ну не обижайся, — продолжал Вадим. — Я сегодня схожу, куплю тебе что-нибудь.
— Не надо.
— Как не надо?
— Не надо ничего покупать, — спокойно сказал Федя. — Мам уже подарила телефон.
— Ну тогда ладно, — облегчённо выдохнул Вадим.
Он допил кофе. Ушёл в комнату. Включил компьютер.
Федя молчал весь день. Не улыбался. Был какой-то отстранённый.
Прошёл ещё год. Феде исполнилось четырнадцать. Третий день рождения подряд.
Я не напоминала Вадиму. Решила проверить. Вдруг вспомнит сам.
Утро субботы. Вадим проснулся в одиннадцать. Вышел на кухню. Налил кофе. Сел за стол с телефоном.
Федя сидел напротив. Смотрел на отца. Молча.
Прошёл час. Вадим листал новости. Пил кофе. Ни слова.
— Пап, — позвал его Федя.
— Ну что?
— Сегодня мой день рождения.
Вадим поднял голову.
— Что? Сегодня?
— Да.
— Ну вот. Опять забыл. Извини, сын.
Федя встал из-за стола. Ничего не сказал. Ушёл к себе в комнату. Я сидела на кухне. Смотрела на Вадима. Он даже не поднял голову от телефона.
Через час Федя вышел из комнаты. Подошёл ко мне.
— Мам, можно с тобой поговорить?
— Конечно.
Мы вышли на балкон. Закрыли дверь.
— Мам, я хочу сменить фамилию, — сказал он.
— Сменить фамилию?
— Я хочу взять твою фамилию. Смирнов вместо Кузнецов.
— Федя, почему?
Он посмотрел на меня серьёзно. Глаза взрослые.
— Потому что Кузнецов — это папина фамилия. А он не папа. Он чужой человек, который живёт с нами. Настоящий отец помнит, когда родился его сын.
Я обняла его. Молчала.
— Мам, Я правда не хочу носить его фамилию.
— Федя, это серьёзное решение.
— Я знаю. Я думал об этом два года. С двенадцати лет.
— С первого раза?
— Да. Когда он забыл третий раз подряд, всё стало ясно. Он не вспомнит никогда. Ему всё равно. И мне теперь тоже.
Мы стояли на балконе. Федя спокойный. Я — в слезах.
Вечером, когда сын лёг спать, я позвала Вадима на разговор.
— Федя хочет сменить фамилию, — сказала я.
— На какую?
— На мою.
Вадим нахмурился.
— Зачем?
— Потому что ты не отец. Три года подряд забываешь день рождения сына.
— Три года? — удивился он.
— Двенадцать лет, тринадцать, четырнадцать. Три раза подряд, Вадим.
Он задумался. Покачал головой.
— Ну и что с того? Я же извинялся каждый раз.
— Извинения не заменят внимание.
— Слушай, я устал от этого разговора, — он махнул рукой. — Если ребёнок хочет сменить фамилию — пусть меняет. Мне всё равно.
— Всё равно?
— Да. Фамилия — это просто буквы. Он всё равно мой сын.
— Нет, — тихо сказала я. — Он не твой. Ты потерял это право.
— Да хватит драматизировать! — повысил голос Вадим. — Я не помню даты. Ну и что? Я приношу деньги!
— Деньги нельзя обнять, — ответила я. — Деньги не заменят отца.
Вадим ушёл в спальню. Хлопнул дверью.
Я осталась на кухне. Думала о разводе. Держу семью ради Феди. А Феде она не нужна.
Через два месяца Федя официально стал Федей Смирновым.
Сейчас прошло полгода. Мы с Вадимом живём как соседи. Он работает. Я работаю. Федя учится. Общаемся минимально.
Развод пока не оформили. Но это вопрос времени.
Федя спокоен. Даже счастлив. Он больше не ждёт внимания от отца. Не надеется. Не расстраивается.
А Вадим продолжает жить своей жизнью. Не замечает, что потерял сына окончательно. На прошлой неделе он спросил:
— А когда у Феди день рождения?
— Не знаю, — соврала я. — Спроси сам.
Он пожал плечами. Не спросил.
Некоторым людям дети не нужны. Заводят. Потом забывают. Как про старые вещи.
Лучше без отца. Чем с таким.
Сейчас Феде пятнадцать. Вчера Вадим спросил:
— А сколько Феде лет?
Он даже возраст сына не помнит.