Прошло еще немного времени, и Ирина закончила колледж.
Полная надежд и ожиданий, она принялась искать работу. Природный талант плюс полученные знания — все это очень хотелось скорее применить на практике. Ирина жаждала работать, творить, создавать кулинарные шедевры. И, конечно, ей хотелось обрести хоть какую-то финансовую независимость.
Только вот ничего не выходило. Раз за разом Ирина получала отказы в тех кафе и ресторанах, куда приходила на собеседование. Никому не нужна была молоденькая девушка без опыта.
Она умоляла дать ей шанс.
— Я готова бесплатно целый месяц работать, вот увидите, увидите, что я вам подхожу!
Но ее неизменно выпроваживали.
Пришлось девушке обратить внимание на другие вакансии. Денег в семье почти совсем не было, даже на еду не хватало. Из-за долгов по коммуналке им отключили свет. Нужно было как-то выбираться из этой финансовой ямы.
Так Ирина стала уборщицей. Мыла полы в подъездах. Работа такая: сколько потопаешь — столько и полопаешь. Девушка старалась брать больше объектов, чтобы хоть как-то сводить концы с концами. Спина к вечеру отваливалась от усталости. Руки и ноги гудели, кожа на кистях покрывалась трещинами и цыпками от хлорки и холодной воды.
Труд уборщицы не из легких, и уж точно не из приятных, но другого выхода не было. Отец серьезно болел, а к врачам обращаться не хотел. Все тело покрылось пятнами, он тяжело дышал, почти не вставал, смотрел на всех мутными воспалёнными глазами. Ирина понимала: без больницы он долго не протянет.
Она не раз пыталась уговорить отца пройти осмотр, но куда там — тот твёрдо стоял на своём: никаких больниц, никакого лечения.
Незбежное случилось морозной зимней ночью. Ирина даже ничего не услышала. Она так устала на работе, что спала без задних ног. Её разбудил испуганный вскрик Риты, младшей сестры. Именно она обнаружила поутру бездыханное тело отца. Скорая, полиция, заполнение бесконечных протоколов и анкет...
Позже врачи огласили причину смерти — цирроз печени. Что ж, вполне закономерный диагноз при таком образе жизни. Самое обидное — ему можно было бы помочь, если бы отец вовремя обратился за помощью.
И осталась Ирина совсем одна с сестрой-подростком на руках.
Светка давно уже вела свою собственную жизнь. Даже на похороны явилась с очередным ухажёром. Про себя Ирина отметила, что Светкины поклонники становятся всё более маргинального вида. Но Светку всё устраивало. Она взрослый человек, может поступать как хочет.
Ирине приходилось работать в поте лица, чтобы обеспечить себя и Риту. Она настраивала младшую сестру на учёбу, но куда там? Девочка давно выбрала свой путь: удачное замужество. Ну или не замужество, а просто отношения со состоятельным мужчиной. В принципе, Ритку и это бы устроило.
Ирина пыталась воспитывать сестру. Куда там?
— Я не собираюсь, как ты, с тряпкой по грязным подъездам шастать! — кричала Рита на Ирину. — Я молодая, надо пользоваться этим!
Ирине возразить Рите было нечего.
Девочка росла и видела пример двух своих сестёр. Одна пашет с утра до вечера, таскает тяжёлые вёдра, тянет на себе дом. Вторая развлекается за счёт ухажёров, ходит по клубам, не работает. Выбор для Риты был очевиден.
В итоге Рита повторила судьбу матери и Светки. В восемнадцать лет ушла из дома. Пару раз возвращалась — несчастная, испуганная. Вроде бы собиралась начинать новую жизнь, но снова уходила. А потом и вовсе с очередным поклонником укатила в столицу.
С тех пор перемещения сестры Ирина отслеживала только по соцсетям.
Ирина осталась одна. В каком-то смысле стало легче, проще. С другой стороны, одиночество давило, пугало, изматывало.
Тяжело было осознавать, что ты никому не нужна, никем не любима. Ирина пробовала начинать отношения, но всё это было не то. Быстро наступало разочарование. Она сама не понимала, в чём дело. Никто из тех, с кем она встречалась, не понимал её и не принимал полностью. Все хотели её переделать, видели в ней кого-то другого.
Одним словом, личная жизнь Ирины не складывалась, с работой тоже ничего не получалось. Она пыталась — ещё раз пыталась устроиться по профессии, но всё время получала отказы. Иногда девушка готовила что-то для души: для друзей или соседей. То пирожные на детский день рождения, то торт на корпоративный праздник. Люди восхищались её работами. Это было очень приятно.
— Да тебе нужно на заказ работать! — восклицала соседка Регина. — Целое состояние заработаешь!
Ирина иногда думала об этом, но замысел так и оставался на стадии планов и фантазий. На ингредиенты для тортов и пирожных нужны деньги — и немалые. Кроме того, она боялась браться за заказы. Одно дело — приготовить что-то друзьям от души и по собственной инициативе, и совсем другое — работать для заказчика, который платит деньги. А вдруг людям не устроит её изделие? И что тогда?
Ирина жила в своеобразной зоне комфорта, которую сама же для себя и создала: работа, дом, существование на грани нищеты, но всё же…
А потом случилось нечто такое, что перевернуло всю её жизнь. Однажды вечером в дверь Ирины постучали.
На пороге стояли мужчина и женщина. Девушка смутно помнила их лица. Кажется, это были какие-то дальние родственники отца.
— Здравствуй, Ирина, — улыбнулась ей женщина. — У нас к тебе серьёзный разговор.
Девушка проводила незваных гостей в самую большую комнату в доме, которая называлась у них залом. Визитёры присели на диван. Ирина смотрела на них вопросительно.
Зачем эти люди появились здесь? Уж явно неспроста.
Женщина начала свой рассказ. Мужчина иногда перебивал её, дополняя историю важными фактами. Ирина пыталась осознать происходящее и не могла. Правда была слишком уж страшной.
Выяснилось, что дом этот никогда не принадлежал отцу Ирины. У визитёров были все подтверждающие это документы.
Жилплощадь являлась собственностью женщины — и её супруга соответственно тоже.
— Я разрешала ему жить здесь с семьёй, — объясняла женщина, глядя на Ирину слегка виноватыми глазами, — всё же семья у него, трое детей, которым некуда пойти. Вы жили здесь долгое время, но теперь… Теперь мы вынуждены продать дом, потому что наш сын женился, ему нужны деньги на своё жильё. Ты должна понять, вы с сёстрами уже совершеннолетние…
Ирину предупредили, что ей нужно найти, куда съехать, в течение двух-трёх недель. Гости ушли. Ирина в отчаянии опустилась в кресло, закрыла лицо руками. Вся её жизнь прошла в этом доме. Девушка считала, что он принадлежит их семье, даже не сомневалась в этом.
Да, домик ветхий, старый, требующий ремонта, но он родной, знакомый, даже любимый. И куда же ей теперь податься? Куда вернуться? Сёстры — если у них не сложится. Куда податься?
Вариант оставался один-единственный — аренда жилья. Но Ирине её заработка едва-едва на пропитание хватало, а тут ещё и снимать придётся. Делать нечего. Девушка вытерла слёзы, тяжело вздохнула и полезла в интернет подбирать себе подходящую квартиру.
Ирина поняла, что вместе с квартирой ей придётся искать и новую работу, потому что её оклада просто-напросто не хватит на жильё. Как ни крутись, как ни экономь, но как же быть? Ведь съезжать уже через две недели. Не может же она на улице оказаться.
Подходящий вариант нашёлся в неблагополучном районе города — в деревянных длинных двухэтажных бараках. И не отдельная квартира, а комната в бывшей коммуналке. Это означало общий санузел и кухню. Условия, конечно, ужасные, особенно учитывая состав соседей: старенькая глуховатая пенсионерка, постоянно включающая телевизор на полную громкость и имеющая привычку говорить сама с собой, и пьющий молодой дальнобойщик Николай, любящий шумные компании, успевший уже дважды развестись.
Вот этот-то дальнобойщик и стал причиной многих проблем Ирины. Он почему-то решил, что раз дама одинока, она просто нуждается в мужском обществе.
В его обществе. Николай буквально проходу Ирине не давал: откровенные комплименты, сальные взгляды. Хуже всего было, когда он напивался. Вот тогда девушка на самом деле боялась за себя, закрывалась в комнате на замок, лишний раз никуда не выходила.
Иногда к Николаю приходили друзья. Они сидели в кухне до самого утра, разговаривали, смеялись, периодически ссорились и громко матерились. До драк, правда, никогда не доходило. Тут уж и Ирина, и старушка-соседка вели себя тише воды, ниже травы.
Когда беспокойный сосед уходил в рейс, Ирина и старушка выдыхали. Его отсутствие означало неделю, а то и две спокойствия. Можно было вечером посидеть на кухне за чашечкой чая, не волноваться о собственной безопасности.
Но дальнобойщик всегда возвращался из рейса, и всё начиналось по новой. Старушка-соседка жалела Ирину. Именно она и показала девушке то самое объявление. Буйный сосед тогда как раз ушёл в рейс, так что в квартире царило временное спокойствие.
— Девонька, посмотри-ка, что я в газете вычитала, — обратилась старушка к Ирине, когда они томились на кухне вдвоём.
Девушка без особого любопытства взглянула на пожилую женщину. Но что там она могла вычитать?
Старушка указывала сухим длинным пальцем на страницу с объявлениями.
— Погляди, в богатый дом помощница по хозяйству требуется. Зарплата хорошая, плюс проживание в королевских, как мне кажется, условиях. Может, сходишь, попробуешь туда устроиться?
Ирина задумалась. Помощница по хозяйству — это что, служанка, что ли, получается? С другой стороны, это наверняка лучше, чем грязные подъезды драить. Да и переехать из барака очень уж хотелось.
Старушка будто прочла её мысли.
— Съезжать тебе отсюда надо, вот что, — как всегда излишне громко проговорила глуховатая соседка. — Колька вон тебе проходу не даёт. Он так просто не отстанет. А тут и зарплата высокая, и жизнь в хороших условиях. Попробуй!
И Ирина попробовала. Надежды у неё особенной не было. Она ещё прекрасно помнила, как ей отказывали в кафе и ресторанах из-за отсутствия необходимого опыта. Здесь наверняка то же самое будет.
продолжение