Следующей остановкой стала деревня Инцы. Небольшое, в общем-то, расстояние в 7,5 километра далось нам нелегко. Перейдя по средней воде речку Казаму, пошли по верхней заболоченной террасе, безуспешно пытаясь обнаружить древнюю стоянку, открытую ещё в 1980-е годы архангельским археологом Анатолием Александровичем Куратовым. В итоге к деревне вышли с противоположной стороны.
Само название Инцы – то есть Иисус Назарянин, Царь Иудейский – снова напомнило, что мы находимся в местах, куда после церковного раскола массово уходили старообрядцы.
Оказалось, что в деревне осталось три жилых дома. В одном из них обитала приехавшая на лето пара пенсионеров. Большую часть построек уже смыло море, и окружающая картина выглядела несколько депрессивно.
Решили зайти на местный маяк и попроситься на ночлег. Смотритель маяка Сергей изначально принял нас настороженно. Во-первых, мы шли с противоположной стороны, и он решил, что мы идём от Золотицы, а значит, только что нарушили погранзону, которая как раз начинается в Инцах. Во-вторых, у него на маяке уже жила целая экспедиция геологов, и непонятно было, где размещать ещё двух человек.
Однако, узнав, что документы в порядке и идём мы аж из Койды («Из Койды?!»), Сергей пригласил нас к себе, выдал целую кучу продуктов и наказал приготовить ужин на пятерых – на нас и него с двумя сыновьями, приехавшими на каникулы.
С задачей мы (в основном Семён) справились: нажарили целую сковородку картошки с тушёнкой, и ужин прошёл отлично. Сергей подробно расспрашивал об экспедиции, рассматривал найденные артефакты.
– А маяки вы случайно не изучаете? – вдруг спросил он.
– В каком смысле? – удивились мы. – Как их вообще можно изучать? Что это за наука такая?
– Да приезжали тут до вас какие-то «маяковеды», походили вокруг, пофотографировали, а потом заявили мне, что я уже вымираю. Да пошли они… Сергей подробно расписал, куда должны идти эти горе-учёные.
Пришлось как-то успокаивать Сергея – мол, кто только под науку сейчас не мимикрирует. На всех внимания обращать никаких нервов не хватит.
Ближе к ночи к нам ввалилась толпа геологов, вернувшихся с маршрута. Геологов мы уважаем, это не культурологи какие-нибудь, поэтому с удовольствием присоединились к их компании. Археологам с геологами всегда найдётся, что обсудить. Они изучали, как изменяется береговая линия Белого моря, и выводы их были неутешительными – с существующей скоростью разрушения берега маяк в Инцах сползёт в море через 25 лет, то есть в 2041 году.
Мы ещё пораспрашивали ребят на интересующие нас темы (статья по итогам их исследований уже давно опубликована здесь), попили чаю и пошли спать. Сергей в итоге выделил нам аж две кровати.
Утром позавтракали, попрощались с населением маяка и отправились дальше. По пути осмотрели и сделали фотографии ещё нескольких первобытных стоянок, нормально фиксировать их уже не было времени.
Встретили двух браконьеров, и они от души угостили нас рыбой. Вообще, чем дальше уходили от Ручьёв, где в 2016 году стояла рыбинспекция, тем больше наблюдали по берегу рыбацкой вольности.
После ночёвки в очередной рыбацкой избе подошли к реке Това – последней преграде на пути.
У переправы сидел и перебирал огромную гору подосиновиков флегматичного вида молодой парень. Разговорились. Он оказался мурманчанином, проводящим здесь каникулы.
Узнав, что мы археологи, он спросил:
– Так вы сюда пришли фиксировать древнюю стоянку Това-1?
Вот это осведомлённость! Обычно приходится объяснять, что мы не динозавров искать приехали, а тут и объяснять ничего не надо. На вопрос, откуда такие познания, он безэмоционально ответил:
– Читал книжки.
Юноша перевёз на другой берег реки (в брод её оказалось перейти невозможно), прошли ещё несколько километров и заночевали. Как потом выяснилось, это был наш последний ночлег в избушке. Так что пользуясь случаем, ещё раз хочется поблагодарить местных рыбаков за такой гостеприимный приём. За две недели пути воспользовались палаткой всего два или три раза.
Экспедиция подходила к концу, явно накопилась усталость, а в довершение я где-то ещё у Товы потерял масштабную рейку. Хорошо, что открытый лист распространялся только на Мезенский район – после Инцев археология официально закончилась, и последний участок маршрута мы шли как простые туристы.
Утром следующего дня на календаре было уже 30 июля. Ночи становились всё темнее, а растительность сменялась с тундровой на обычный северный лес.
Подходя к Золотице, мы уже начали мечтать о каком-то празднике, который нас обязательно должен там ждать. Кто должен организовать этот праздник не уточнялось, но с каждым километром, приближающим нас к Золотице, он становился всё более самим собой разумеющимся.
– Ну ты прикинь! Время от времени говорил кто-то из нас вслух, приходим в Золотицу, а там целая поляна накрыта, музыка весёлая, девки пляшут румяные!
Первое, что услышали, подходя к реке – это звук работающей дизельной электростанции. А сквозь звук работающего генератора пробивались другие явно посторонние здесь звуки музыки. Обошли ДЭС и увидели потрясающую картину. На небольшой поляне за столом, ломящимся от самых разных закусок, сидела большая весёлая компания. Рядом с ними стоял большой магнитофон, из которого и раздавалась бодрая танцевальная музыка.
Едва успели снять рюкзаки, как нас усадили за стол на почётное место (в роли стола выступала перевёрнутая вверх дном казанка). Узнав, что мы идём из Койды уже две недели (Из Койды?! Две недели?!), нам немедленно налили по большой рюмке водки и начали угощать колбасой, салом и другими деликатесами.
Оказалось, что компания состояла из владельцев двух местных магазинов и их многочисленных родственников. Они приехали на берег в ожидании корабля, который осуществлял поставку продуктов.
Пока судно «Корсар» ждало высокой воды, чтобы подойти ближе к берегу, ребята решили не терять времени и организовали небольшой пикник, тем более что у одного из них вчера был день рождения.
Когда мы уже окончательно осоловели от количества выпитого и съеденного, закурили, к нам подсел такой же весёлый мужик.
– Ребята, а как вы домой планируете попасть?
– «Беломорье» здесь скоро будет проходить, с ним и уйдём.
– Так-то оно так, только прогноз на эти дни не самый благоприятный: они и мимо могут пройти. Да и не причаливают они здесь, так что вам нужно найти лодочника, который согласится отвезти вас на рейд и как-то предупредить капитана «Беломорья».
– Что же нам делать?
– Вы вот что, на самолёте не хотите улететь? У меня как раз два билета пропадают – мужики из бригады собирались лететь, но планы резко поменялись.
Мы только переглянулись и хором ответили:
– Конечно, хотим!
Чуть позже стало понятно, почему к нам здесь отнеслись с таким участием.
Местные мужики-связисты ещё до появления спутниковой связи регулярно в любую погоду ходили проверять телефонную линию – по сорок-пятьдесят километров туда и обратно. Поэтому нашу прогулку от Койды они восприняли очень близко к сердцу. Да и рюкзаки, конечно, произвели на всех сильное впечатление.
Дождались корабля, помогли загрузить грузовик, запрыгнули в кузов и довольные жизнью поехали в Верхнюю Золотицу.
Следующий день прошёл в приятном ничегонеделание. Зарядил дождь, оставалось только валяться в палатке, предвкушая скорую встречу с цивилизацией.
Утром 1 августа неспеша собрали вещи, пришли на аэродром, погрузились в Ан-2 и полетели домой, напоследок любуясь панорамным видом Зимнего берега из иллюминатора.
Через час мы уже были дома, а через два, приняв горячий душ и переодевшись в чистую(!) одежду, сидели в «Луде» – лучшем ресторане Архангельска, где наливают самое вкусное пиво на Русском Севере.
Вот такая получалась экспедиция. По итогу нашей поездки был написан полевой отчёт, почти без замечаний принятый в Институте археологии Российской Академии наук. Семён выступил на паре конференций, где представил результаты наших работ, а первые самостоятельно собранные коллекции были переданы в музей (Большая Кедовка, Майда, Мегра-1, Мегра-2).
На следующий год было решено развить достигнутый успех, и уже Семён приехал к нам в Мурманскую область для участия в совместной экспедиции. Думаю, ему эта поездка запомнилась не меньше. Всё-таки мурманчане тоже умеют удивлять. Но это уже совсем другая история. Как-нибудь потом расскажу.
Обычно такие сюжеты я заканчиваю благодарностями, но на этот раз ограничусь цитатой из книги моего учителя в археологии Александра Яковлевича Мартынова. От себя добавлю только, что за минувшие с тех пор почти полвека на Зимнем берегу мало что изменилось. Надеюсь, что и через 50 лет всё будет точно также.
Георгий Андреевич Дзенисов, начальник Мурманской археологической экспедиции
Подписывайтесь на Telegram-канал, на группу в ВК или даже в Мах
При желании автора можно поддержать на Бусти