ДОРОГИЕ ЧИТАТЕЛИ! ВСЕМ БОЛЬШУЩЕЕ СПАСИБО ЗА ПОЗДРАВЛЕНИЯ! Я ВАС ОЧЕНЬ ЛЮБЛЮ!
В прихожей послышались тяжелые шаги, и через мгновение в гостиную вошел Гавр. Его взгляд сразу метнулся к Юле, застывшей рядом с Алексеем. Он окинул её с ног до головы, задержавшись на запястье. Потом взгляд его переместился на Лёху. В глазах колдуна медленно разгоралось понимание, пробиваясь сквозь пелену первоначального гнева, а за ним вспыхнула ярость. Челюсти мужчины сжались.
- Значит, вот так вы чтите Законы?
- Мы чтим Законы, - спокойно, даже с некоторой отстраненностью ответила Яга. - Где же ты увидел обратное?
Гавр сделал шаг вперед, его мощная фигура угрожающе нависла над Теодорой.
- Вы получили послание от Ковена! - процедил он сквозь зубы. - Там все четко написано. Вы знали, что женщина принадлежит мне. Обещана. Но сделали по-своему.
Яга, прищурившись, выпустила аккуратное колечко дыма.
- Не понимаю, о чем ты толкуешь, любезный, - в её голосе мелькнула легкая насмешка, которая лишь подлила масла в огонь. - Да, молодые захотели пожениться. Что здесь такого? Послание? Ах да, я получила его где-то посредине обряда. Знаешь, прерываться в такой момент я не привыкла. Это же неуважение к древним традициям. Так что там написано, ты говоришь?
Теодора, неторопливо взяла свиток, лежащий на подоконнике, и развернула его. Глаза Яги медленно пробежались по строкам, после чего она едва заметно покачала головой.
- Ой, как же неудобно получилось… - протянула ведьма с наигранным сожалением. - Прямо вот незадача. Но ты сильно не переживай… И на твою жизнь баб хватит. У тебя их и так вагон и маленькая тележка…
- Не стоит ломать комедию! – рявкнул Гавр, а потом угрожающе протянул: - Что ж… Вы сами этого захотели.
Он резко развернулся и исчез в полумраке. Через мгновение хлопнула входная дверь. Напряжение в комнате было таким густым, что его, казалось, можно было резать ножом.
- Ну, вот и всё, - проворчала Яга. - Теперь ждём неприятностей. Но как бы оно, ни было - мы чисты. Никто не сможет доказать, когда именно было прочитано письмо - до обряда или после. А раз так, то и обвинить нас в нарушении воли Ковена не получится. Свидетелей нет, а слово Гавра против моего - это пустой звук. Я как никак еще к Первородным принадлежу… Но чувствую я, что ничего на этом не успокоится. Нужно быть готовыми ко всему. Но сначала решим проблему с Ловцами. По идее, они должны явиться за своим ребенком не позже сегодняшней ночи.
* * *
В гостиной царила тишина. Теодора неподвижно сидела в своем кресле, и её силуэт едва угадывался в рыжих отсветах догорающего очага. Угли изредка потрескивали, рассыпаясь искрами, и этот звук вперемешку с мерным тиканьем старых часов на стене подчеркивал пустоту ночи. Савва и Лёха сидели на диване. Жорик устроился на пуфике за камином.
И в этот момент умиротворение ночи рассыпалось.
Звон разбитого стекла прозвучал как выстрел. В центр комнаты, тяжело подпрыгнув на ковре, вкатился небольшой светящийся шар. Он не горел огнем, но испускал странное фосфоресцирующее сияние. Из него тут же повалил густой, белесый дым с приторно-сладким запахом.
Мужчины начали кашлять. Савва вскочил с дивана, но его движения внезапно стали вязкими, словно он пытался передвигаться в толще воды. Яга даже не шелохнулась, только принюхалась.
- Хм… Похоже на сонную траву… Хреновы выдумщики…
Первым «сдался» Жорик. Его голова безвольно упала на грудь, и парень мгновенно погрузился в беспробудный сон. Следом за ним, глухо охнув, рухнул на пол Савва. Лёха держался дольше всех. Он мотал головой, впивался ногтями в собственные ладони, пытаясь прорваться сквозь навалившееся серое марево, но его глаза тоже неумолимо закрывались.
Теодора поднялась из кресла и отступила в самый темный угол комнаты. А в проеме разбитого окна появилась рука в темной перчатке. Она уверенно нащупала щеколду, открыла раму, и, стараясь не шуметь, внутрь ввалился рослый мужчина. Развернувшись, он протянул руку спутнице, помогая ей забраться в дом.
- Похоже, все вырубились! - бросил мужчина, оглядывая комнату.
- Не все! Вот этот еще не спит! - взволнованно прошептала женщина, указывая на Лёху, который всё еще пытался сфокусировать на них мутный взгляд.
- Уснет! - хмыкнул Ловец, подходя ближе. - Но странно, конечно, что его сразу не взяло… Крепкий попался.
И тут из угла раздался спокойный голос:
- Может, потому не взяло, что во внуке часть моего бессмертия?
Парочка резко развернулась. Теодора медленно вышла на свет.
- Ты кто такая? - нахмурился мужчина, и его рука непроизвольно легла на рукоять ножа.
- А-а-а… ты еще никак не поймешь? - Яга усмехнулась, и в этой усмешке было столько древней силы, что воздух в комнате наэлектризовался.
Ловец непроизвольно попятился, его зрачки расширились от ужаса.
- Яга, ты что ли?
- Что ли, что ли… - передразнила Тео, приближаясь к незваным гостям. – Зачем пожаловали?
- Ребенок наш у тебя, - выдавил он, стараясь, чтобы голос не сорвался. - Отдай. Ведь никто так не поступает… это же против правил.
- А как вы поступаете? - Яга прищурилась, и в её взгляде блеснула сталь. - Вы тоже мое дитя украли. Одинаковой мерою меряем, не так ли?
- Какое дитя мы украли у тебя? - женщина-ловец подалась вперед, в её голосе послышалось искреннее возмущение, смешанное со страхом. - Не было такого!
- Да как же не было? Коргоруша, доча моя названная… Леночка. Верните её, а я вашу верну. Живой и невредимой.
Ловцы испуганно переглянулись.
- Что, уже распорядились её судьбою, да, ироды? – прошипела Яга. – Продали в грязные руки?
- Послушай… - начал, было, мужчина, пытаясь оправдаться, но она резко шикнула на него, вскидывая руку.
- Замолчи!
Она достала из глубокого кармана серебряный свисток и поднесла к губам. По комнате разлилась чистая, неземная мелодия. Она прорезала сонный дым, заставляя его оседать на пол серым пеплом.
И тут же, прямо в центре гостиной появился Ворон Воронович. Он был огромен, его перья отливали иссиня-черным, а глаза светились холодным огнем.
- Вот они. Забирай, - брезгливо фыркнула Яга, кивнув на застывшую от ужаса парочку. — Как договаривались.
Ворон раскинул свои крылья. Тень от них начала расти, заполняя собой всё пространство, поглощая свет очага и сами стены дома. Ловцы даже не успели закричать - тьма накрыла их с головой.