Первая ночь прошла без сна.
Фантик освоился быстро - обнюхал каждый угол квартиры, заглянул под все шкафы, проверил все подоконники. Выбрал себе место на кресле у окна и устроился там, свернувшись рыжим клубком.
А в три часа ночи начал орать.
Не мяукать - именно орать. Громко, требовательно, на одной ноте. Марина вскочила с кровати, испугавшись, что случилось что-то страшное. Прибежала в комнату.
Фантик сидел у пустой миски и смотрел на неё.
– Ты голодный? В три ночи?
Кот мяукнул - коротко, утвердительно.
– Я же тебя кормила в десять!
Фантик снова открыл рот, и Марина торопливо потянулась к пакету с кормом. Соседи снизу, Савченко, спали чутко - ещё пожалуются.
Насыпала корм в миску. Фантик понюхал, покрутился - и начал есть. Спокойно, не торопясь, будто не он только что будил весь дом воплями.
Марина стояла и смотрела.
«Знает, чего хочет. Не соглашается на меньшее».
Слова Лены из приюта всплыли в голове. Марина усмехнулась - невесело, но с каким-то новым пониманием.
Из спальни вышел Павел - в майке, с всклокоченными волосами.
– Это что было?
– Кот есть хотел.
– В три ночи?!
– Он так привык.
Павел посмотрел на кота, потом на жену.
– Ты с ума сошла, Марина. Верни его завтра же.
И ушёл обратно в спальню.
Марина не пошла за ним. Села на стул у окна, рядом с креслом, где обычно сидел Фантик. Кот закончил есть, умылся лапой и запрыгнул обратно - в её кресло. Посмотрел на неё - мол, что стоишь?
Она протянула руку, чтобы погладить.
Фантик отвернулся.
«Не сейчас», - казалось, говорил его взгляд. - «Я не хочу».
И Марина убрала руку.
***
Первая неделя была кошмаром.
Фантик демонстративно игнорировал лоток - ходил рядом, в угол за диваном. Марина вычищала, мыла, обрабатывала - на следующий день повторялось. Павел то ругался, то не разговаривал с ней сутками. Приходил с работы, ужинал молча, уходил к телевизору.
Диван пострадал на третий день. Марина вернулась из магазина - а на подлокотнике три глубокие царапины, до самого поролона. Фантик сидел рядом и вылизывал лапу.
– Зачем? - спросила она устало. - Я же когтеточку купила!
Кот не ответил. Конечно.
Катя позвонила в четверг. Голос у дочери был напряжённый, чужой.
– Мам, папа сказал, ты кота завела. Это правда?
– Правда.
– Зачем? Ты же знаешь, он против животных!
– Я хотела.
Пауза. Катя явно не ожидала такого ответа.
– Мам, тебе не кажется, что это... странно? В твоём возрасте? Заводить кота?
– Почему странно?
– Ну... ты же никогда не хотела. И папа против. И вообще...
– Катя, - Марина перебила дочь впервые за много лет. - Это мой кот. Моё решение. Ты не обязана его принимать. Но я не буду обсуждать это.
Тишина. Потом короткие гудки - Катя положила трубку.
Марина сидела на кухне и смотрела на жёлтые занавески. Пора бы их сменить, давно пора. На зелёные. Те, что она хотела пятнадцать лет назад.
***
На восьмой день случилось странное.
Марина сидела на диване, листала журнал - старый, про сад и огород, ещё свекровь выписывала. Рядом, на полке, стоял её школьный альбом с рисунками - она наткнулась на него неделю назад, когда искала паспорт. Не открывала, просто поставила на видное место. Может, когда-нибудь.
Фантик всю неделю держался на расстоянии: ел, спал, орал в три ночи, но близко не подходил. Не давался в руки, не мурчал, не тёрся о ноги. Жил в квартире как квартирант - отдельно, независимо.
А в тот вечер он вдруг запрыгнул на диван.
Марина замерла. Боялась пошевелиться, спугнуть.
Фантик подошёл ближе. Понюхал её колено. Потоптался на месте - три раза обернулся вокруг своей оси. И лёг рядом. Не на колени, не у ног - рядом. На расстоянии ладони.
Она медленно протянула руку.
Кот не отвернулся. Не ушёл. Позволил коснуться - легко, кончиками пальцев.
Шерсть была мягкой. Тёплой. Под рукой чувствовалось ровное дыхание.
Марина гладила его осторожно, едва касаясь. Боялась сделать что-то не так - и он снова уйдёт, снова отвернётся.
Фантик закрыл глаза.
Он не мурчал. Просто лежал рядом. На своих условиях, по своему желанию.
«Он не изменится ради меня», - поняла вдруг Марина. - «Он просто такой какой есть. И я могу принять это. Или не принять - тогда он уйдёт обратно в приют. Но он не станет другим, чтобы мне было удобнее».
Эта мысль почему-то успокоила.
Она всю жизнь менялась ради других. Подстраивалась, уступала, становилась той, кого от неё ожидали. Удобной женой, удобной матерью, удобной работницей. И рядом с ней никогда не было никого, кто принимал бы её такой, какая она есть на самом деле.
Потому что она сама не знала - какая она есть. Забыла. Или никогда не знала.
А этот кот знал, кто он такой. И не собирался притворяться.
Павел вошёл в комнату, увидел их на диване - и остановился.
– Он... лежит рядом с тобой?
– Да.
– Сам пришёл?
– Сам.
Муж постоял молча. Что-то промелькнуло в его глазах - не злость, скорее растерянность. Он привык, что жена всегда уступает. Привык, что всё идёт по его правилам. А тут - кот на диване, жена с незнакомым выражением лица, и ничего не понятно.
Он ушёл в другую комнату, не сказав ни слова.
***
На вторую неделю Фантик перестал ходить мимо лотка.
Марина не знала почему. Может, привык. Может, понял, что это его дом. Может, просто решил, что хватит испытаний.
Но по-прежнему будил, уже в пять утра. Точно по часам, как будильник. Приходил к кровати, садился рядом и начинал орать - пока она не встанет.
Павел ворчал, накрывал голову подушкой. Марина вставала, кормила кота, варила себе кофе. В пять утра, когда весь дом ещё спал.
Странное дело - ей даже нравилось. Тишина раннего утра. Свет только-только пробивается сквозь занавески. Кофе горячий, чёрный, без сахара - как она любит. Фантик сидит на подоконнике и смотрит на пустой двор.
Это было её время. Только её. Впервые за двадцать пять лет.
***
В зоомагазине она простояла полчаса перед стеллажом с кормом.
Фантик вчера отказался есть. Понюхал миску, демонстративно закопал её лапой - хотя копать было нечего, линолеум - и ушёл. Голодовка продолжалась сутки.
Марина перепугалась. Позвонила Лене в приют.
– Бывает, - сказала Лена спокойно. - Фантик привередливый. Дешёвый корм не ест. Попробуйте более хороший, премиум-класса.
Хороший корм стоил дороже. Марина смотрела на пакет и думала: это же безумие. Столько денег на кошачью еду? Павел точно убьёт.
Но потом вспомнила: а на себя она когда последний раз покупала то, что хочет? Не то, что практичнее. Не то, что дешевле. Не то, что муж одобрит. А то, что она сама хочет?
Крем для лица, который понравился в рекламе? Нет, взяла тот, что был по скидке.
Платье в витрине, зелёное, красивое? Нет, прошла мимо - куда его носить.
Книгу, которую хотела прочитать? Нет, не до книг, некогда.
Она никогда не тратила на себя то, что считала лишним. Всегда экономила, откладывала, отказывала себе. Чтобы дети, чтобы муж, чтобы семья.
А кот - этот рыжий, упрямый, невыносимый кот - отказался есть дешёвый корм. Потому что знал, чего достоин.
Марина взяла дорогой пакет. И ещё один, про запас.
***
Дома Павел увидел покупку.
– Сколько это стоит?
Марина назвала цену.
– Ты в своём уме? Это же грабёж! За эти деньги можно...
– Он не ест другой.
– Так пусть поголодает! Проголодается - сожрёт что дадут.
Марина покачала головой.
– Нет. Он не такой.
Она высыпала корм в миску. Фантик подошёл, понюхал - и начал есть. Спокойно, с достоинством. Как и положено коту, который знает себе цену.
Павел смотрел на это. Потом на жену.
– Ты изменилась, - сказал он вдруг.
– Может быть.
– Я не понимаю, что происходит.
Марина не ответила. Она и сама не до конца понимала.
***
Вечером был разговор.
Павел пришёл на кухню, сел. Долго молчал, смотрел в стол. Потом сказал:
– Марин. Или кот, или нормальная жизнь. Выбирай.
Она подняла на него глаза.
– В смысле?
– Я устал. Он орёт по ночам. Он дерёт мебель. Ты тратишь на него деньги. Ты... ты другая стала. Не знаю какая. Чужая.
Марина молчала.
– Раньше ты со мной советовалась. Раньше мы всё решали вместе. А теперь... этот кот важнее меня?
– Паш, - она произнесла его имя мягко, без злости. - Мы двадцать пять лет решали вместе. Только решал ты. А я соглашалась.
– Что?
– Квартира - ты выбрал. Мебель - ты выбрал. Отпуск каждый год на рыбалку - ты решил. Занавески на кухне - твоя мама подарила. Даже торт на мой день рождения - каждый год один и тот же, потому что ты его любишь. А я люблю медовик, Паш. Двадцать пять лет люблю медовик. Ты знал?
Павел смотрел на неё молча.
– Я не жалуюсь, - продолжила Марина. - Ты хороший муж. Не пьёшь, не бьёшь, деньги в дом. По меркам наших соседей - золотой человек. Но я... я тоже хочу что-то решать. Сама. Для себя.
– И кот - это...
– Это первое, что я решила сама. За долгое время.
Тишина.
Фантик сидел на пороге кухни и смотрел на них. Янтарные глаза переводили взгляд с одного на другого.
– Я не буду его отдавать, - сказала Марина. Голос был ровный, спокойный. Без истерики, без слёз. Просто факт.
Павел встал. Постоял, глядя в окно. Потом молча ушёл в другую комнату.
Ночью он спал отдельно. В детской, на старом диване.
Марина лежала одна в их общей кровати и смотрела в потолок. Фантик пришёл около полуночи, устроился в ногах. Не мурчал, не тёрся - просто был рядом.
Как дальше сложатся отношения Марины, Фантика и Павла?
Узнаем во второй части! Подписывайтесь и читайте дальше: