Рассказ "Сердце под замком"
Глава 1
Глава 11
— Мама, привет. Это я, Герман. Эля не у тебя? — встревоженный голос мужчины зазвучал из динамиков телефона. Зинаида слегка поморщилась, но отвечала очень уверенно:
— Нет, с чего бы? Мы с ней виделись пару дней назад, когда я к вам заезжала. Что-то случилось?
— Пока не знаю, — медленно ответил мужчина. — Элина не отвечает на звонки, сегодня должна была сдать оригиналы документов в учебную часть университета. Кстати, ты в курсе, что она на бюджет поступила? Я хотел её поздравить, думал сегодня обсудить, куда и когда пойдем отмечать.
Зинаида чертыхнулась про себя. Несмотря на ее убедительную просьбу не создавать лишнего шума, исполнители всё-таки сделали что-то не так.
***
Эля открыла глаза и не поняла, где находится. Всё вокруг белое и почему-то мягкое, словно помещение целиком обернули в матрас. Девушка разглядела крошечное окошко на двери, снаружи виднелись металлические прутья.
Стоило Эле приподняться, опираясь на локти, как замок в двери, почти сливавшейся со стеной, щёлкнул. На пороге появился высокий широкоплечий мужчина неопределенного возраста, на лице которого выделялись холодные ярко-голубые глаза и крупный мясистый нос с горбинкой. Он был в маске.
Мужчина сделал шаг вперед и принялся рассматривать лежавшую перед ним Элину с таким видом, словно ему попался редкий экземпляр, какая-то невиданная зверушка. Девушка инстинктивно отодвинулась, и незнакомец прищурился:
— Как самочувствие, красавица? Голова не болит, не кружится? Может, поташнивает?
Элина кивнула, затем резко замерла:
— Кто вы? Где я нахожусь?
— В одном очень уютном месте, куда любопытным вход заказан, — улыбнулся мужчина. —Но не беспокойтесь, вы здесь ненадолго. Поступила информация, что вам кажется будто вас преследуют. Мы вам поможем избавиться от таких тяжких мыслей, и вы забудете обо всем, что вызывало у вас страх.
Элина почувствовала, как по всему телу пробежали мурашки. Особенно страшно ей стало, когда незнакомец подошел ближе и прошептал:
— Мы помогаем всем, кто нас попросит. И вы - не исключение.
— Но я не просила о помощи, — возмутилась Эля. После нескольких безуспешных попыток ей удалось, пошатываясь, встать. Во всем теле была страшная слабость, на спине выступил липкий пот.
— Зачем кому-то преследовать меня?
— Вот и я о том же, — улыбнулся незнакомец.
— Послушайте, это какая-то ошибка. Это чудовищное недоразумение, как вы этого не понимаете?
— Вы себе даже не представляете, сколько лет я работаю с людьми, — устало зевнул мужчина. — Просто уму непостижимо, как легко ломается человеческая психика. Как обычная механическая игрушка. Раз – и всё, она больше не работает. Но я вам еще раз напомню – здесь трудятся настоящие профессионалы, которые помогут вам преодолеть ваши страхи. И вы выйдете отсюда как новенькая.
Что-то в тоне мужчины показалось Элине отталкивающе-зловещим, и она отступила ещё на шаг, чуть не споткнувшись. Незнакомец ещё несколько мгновений сверлил ее взглядом, затем развернулся и отошел к дверям.
— Чтобы наши пациенты быстрее привыкли к новым условиям, мы не кормим новичков первые сутки. Чтобы воспользоваться туалетом, вам нужно будет нажать вон ту красную кнопку. Появится сотрудник, который вас отведет куда нужно. Только учтите, у нас не принято злоупотреблять частыми походами в туалет. Если мы решим, что вы слишком уж часто бегаете туда, то придется нарядить вас в соответствующий наряд.
— В смысле? — брови Эли взмыли на лоб.
— Слышали про такую вещь, как подгузник для взрослых? Чтобы лишний раз никуда не ходить. Элина возмущенно выдохнула:
— Вы… вы не посмеете! Так нельзя поступать, я не беспомощная…
— Может, пока что?
Элине стало страшно. Она судорожно закивала, говоря тем самым, что она больше не будет с ним спорить.
— Вот и договорились. Чуть позже вас переведут в отдельную комнату, за вами постоянно будет присматривать наша сотрудница. Бесполезно ее уговаривать или угрожать, она верна мне как собака. Если ей покажется, что вы говорите слишком много, она охотно вырвет вам язык.
Эля, как когда-то в детстве, мгновенно прижала руки ко рту и замерла. Мужчина в ответ рассмеялся и вышел. Элина без сил рухнула на мягкий пол. В голове билась только одна мысль:
— Папа знает?
У Элины смартфон забрали, как только она отключилась. Однако не в характере настырной Эли было сдаваться, и она решила присмотреться к обстановке. Вспомнила, как отец говорил:
— Не сможешь изменить ситуацию, меняй ее восприятие, отношение к ней. Это поможет найти другой выход.
Элина так и сделала. Целыми днями она послушно сидела в своей комнате, присматриваясь к надзирательнице, которая, как выяснилось, отзывалась на имя Гелла. После короткого знакомства женщина усмехнулась:
— Мой отец был тот еще затейник, считал себя знатоком греческой мифологии.
Элина заметила на руке женщины тонкий белесый шрам. Женщина усмехнулась:
— Красиво? А я думала, что могу без руки остаться. Хорошо, что у врача руки росли, откуда надо, даже шрам почти не видно.
— А что с вами случилось? — робко спросила Элина. Гелла пожала плечами:
— Поранилась металлическим штырем, началось заражение крови. Думала, что останусь безрукой, но та девчонка… она сумела меня спасти. Имя… красивое такое, зовётся как цветок.
Сердце Элины забилось сильнее: а вдруг она говорит про…?
— Ее зовут Лилия Родионовна, да? — голос Элины стал ещё тише. Гелла напряглась:
— Откуда ты знаешь?
— Она и меня спасла. И моего папу, а мы не сумели ее защитить, и она уехала. Живет теперь в другом городе, — Элина не сводила глаз с невозмутимого лица Геллы. Женщина нахмурилась:
— И что с того? Кончай мне зубы заговаривать.
Элина улыбалась: у них есть общая знакомая! Только как бы теперь воспользоваться этим фактом?
***
— Куда она пропала? — Герман в гневе метнул папку в стену и тяжело вздохнул. Элина никогда не позволяла себе уходить без предупреждения, всегда давала знать, где и с кем находится.
Он поднял все свои связи, чтобы найти дочь, но пока ничего утешительного ему не могли сообщить.
— Город большой, да только камеры не везде работают. Возле университета рядом с ней не было никого из посторонних. Может, кто-то вел наблюдение издалека, и это ещё надо выяснить, — доложил бывший опер, которого Герман привлек на поиски Элины.
— Можно как-нибудь ускорить процесс? — прорычал Герман.
— Только по вашему заявлению. Тогда будут задействованы официальные рычаги. Похитители к вам обращались? — спросил мужчина.
Герман покачал головой:
— Нет, никаких звонков или сообщений. Ровным счетом ничего. Хотя прошло больше недели.
— Может, ее и не похищали вовсе… странно всё это выглядит. Но будем проверять каждую ниточку, мало ли, куда она выведет.
Герман кивнул и задумался: что она могла натворить? А если мстили ему через неё?
Мать странным образом присмирела и больше не напоминала о том, что он должен дать Лене второй шанс. Звонила каждый день, чтобы узнать, как продвигаются поиски. Неожиданно Герман вспомнил одну из последних бесед с дочерью. Элина тогда сообщила, что бабушка имеет прямое отношение к увольнению Лилии из больницы.
Но подумать над ее словами не было возможности, ведь тогда Лена ворвалась в квартиру и обвинила бывшего мужа в исчезновении дочери:
— Это ты виноват в том, что наша девочка пропала! Если бы ты вел свои дела, как приличный нормальный человек, Элечка была бы дома, — шипела Лена.
Герман лишь брезгливо поморщился при виде бывшей: сейчас она была похожа на скандальную базарную торговку.
— Не надо кричать, — проговорил Герман. — Если тебе больше нечего сказать, лучше уходи. Мне нужно работать.
— И здесь то же самое «мне нужно работать», — передразнила Лена бывшего супруга. —Даже когда дело касается родной дочери, ты предпочитаешь заниматься не её поисками, а своей проклятой работой.
— Её ищут, — спокойно возразил мужчина. — Я слежу за поисками, встречаюсь со всеми, кто может хоть чем-то помочь.
— Всё как всегда: следишь и встречаешься. Сам же не ищешь ее, — зло фыркнула Лена. Герман подобрался, еле сдерживая гнев:
— А как, по-твоему, должен выглядеть человек, который занят поисками? Бегать по улицам, тыкая в лицо всем прохожим фотографией, и спрашивать: «Вы видели эту девушку?». Лена, это так не работает. Если сомневаешься, сама попробуй.
— Если с Элиной по твоей вине что-то случится, я тебе этого никогда не прощу, — глаза Лены загорелись.
***
На десятый день поисков Герману позвонили с незнакомого номера. Мужчина нажал на кнопку приема звонка и в первое мгновение даже растерялся, услышав знакомый голос. Это была Лилия:
— Герман Александрович, здравствуйте. Я узнала о несчастье в вашей семье… как вы?
Герман рванул резко галстук на шее и глухо ответил:
— Лилия Родионовна? Откуда вы узнали?
— Вернулась сюда, чтобы забрать кое-какие личные вещи и столкнулась с группой молодых людей. Кажется, среди них был ваш сын… Роман, да? Он и рассказал…про Элину. Чем я могу помочь?
— Простите, но это вас не касается, — сухо ответил мужчина. —Благодарю, что не остались равнодушной, но это дела моей семьи.
— Знаете, каждый хирург, спасая человеческую жизнь, берет на себя ответственность за неё. Мне кажется, я спасала вашу дочь не ради того, чтобы спокойно стоять в стороне, когда ей может угрожать опасность.
Герман почувствовал, что у него пересохло во рту.
— Мы можем встретиться?
Через два часа они сидели в небольшом уютном ресторане, куда Герман любил приводить Элину и Рому, когда те были помладше. Мужчина внимательно следил за реакцией Лилии на свои слова, но не уловил ни грамма фальши. Она искренне переживала за Элину. Будь она менее хладнокровной, могла бы и заплакать для пущей убедительности. Однако как хирург, который держал в руках человеческую жизнь, Лилия не позволяла себе лишних эмоций и слов. За что Герман был ей глубоко признателен. И за то, что она не стала попрекать его грубостью в отношении нее самой.
— Я бы обратилась не только в полицию, — заговорила Лилия. — Медицинский персонал тоже много чего видит, но делает вид, что ничего не происходит. Можно было бы поинтересоваться насчет того же Николая Вадимовича. Он знает кучу народа, которые не станут афишировать свое имя. Может, среди них найдется тот, кто сможет помочь хотя бы информацией. Я не доверяю ему, потому что… — она пристально посмотрела на Германа.
Он покачал головой. Может, девушка всё-таки пытается манипулировать им, чтобы отомстить за свое увольнение бывшему начальнику? Однако в словах Лилии была своя логика.
О том, что мысль, поданная Лилией, может оказаться полезной, Герман решил уже после случайно подслушанного разговора в квартире матери…
***
— Ну что, чем порадуешь? Как там моя девочка? — заговорила Зинаида. Она позвонила Николаю Вадимовичу, чтобы узнать про Элину. Женщина знала, что за девушкой пристальный надзор, она не покидает пределов своей комнаты и ни с кем не общается, кроме единственной сотрудницы той закрытой клиники.
— Зин, ну что ты творишь, а? — мужчина устало вздохнул. — Ей дают на ночь успокоительное. Долго ещё держать там? А то мой приятель начинает задавать неудобные вопросы.
— Будет там столько, сколько нужно, — жёстко ответила Зинаида. — Пусть не путается под ногами до поры до времени. Как раз кое-кто дойдет до точки кипения, тогда и можно будет ее выпускать. Прямо так, как и забрали. Чтобы не помнила, как попала в квартиру.
На том конце снова послышался тяжелый вздох.
— Надеюсь, ты понимаешь, что делаешь. Хотя лично я уже вообще ничего не понимаю. Перебор.
— Даже не пытайся понять, — надменно ответила женщина. — Я свяжусь с тобой, когда будет нужно.
Она убрала телефон, повернулась к двери и замерла: в проеме стоял Герман и не сводил с матери напряженного взгляда.
— Привет, мама. С кем ты говорила?
— Мой старый знакомый, — невозмутимо ответила Зинаида. — Я что, не могу поговорить даже с ним? С каких пор, сын?
— Просто твои слова… здесь что-то не так, — ответил Герман, сверля мать тяжелым взглядом.
— Мне всё равно, что ты думаешь, — последовал резкий ответ. — Что там с поисками Элечки? Я уже из последних сил держусь. Из-за постоянного недосыпа на почве стресса стала злее овчарки.
Герман мотнул головой:
— Пока ничего. Столько людей вокруг, и никто ничего не видел. Моя дочь словно испарилась.
Герман не стал говорить о своих подозрениях. Возле университета видели несколько раз одну и ту же машину - светлый минивэн, с рекламой бытовых услуг. Потом эта же машина появилась во дворе дома, где проживал Герман. Но дальше следы терялись, и это спустя почти две недели поисков.
***
Лилия беседовала с жильцами дома, многие знали её как талантливого врача и охотно отвечали на вопросы. Когда девушка отмечала в своем блокноте, с жильцами каких квартир она успела побеседовать, появился Герман. Увидев её, он махнул рукой в знак приветствия. Потом заметил рядом с Лилией незнакомую женщину.
— Когда, вы говорите, пропала соседка? — строго спросила та Лилю.
— Две недели назад.
— Я в тот день была дома. Вышла в аптеку и увидела двух мужчин в медицинских масках.
Герман при этих словах замер и стал вслушиваться. Женщина, стоя к нему спиной, неторопливо продолжала:
— Я возвращалась из аптеки. А они тащили большую коробку, в которой было что-то тяжелое… или хрупкое, они обращались с ней очень бережно. Затолкали в свой фургон и уехали. Когда они проезжали, окно со стороны пассажира было открыто. И я четко услышала, как один сказал: «Девку отвезем, и я свободен».
— А почему вы раньше не сказали? — спросила Лиля.
— Меня никто и не спрашивал. А вечером мне пришлось уехать, потому что заболела родственница в деревне. Там просто некогда следить за новостями, я же вчера только приехала…