Найти в Дзене
Ирина Ладная

— Мы скидываемся поровну, даже если ты в декрете, — бодро объявил муж

Олег произнёс это таким тоном, будто сообщал очевидную истину. Небо голубое, трава зелёная, жена в декрете платит половину коммуналки. Логично же! Я сидела с трёхмесячной Машей на руках и пыталась понять — он шутит? Издевается? Проверяет меня? Нет. Он был абсолютно серьёзен. И даже достал калькулятор, чтобы показать расчёты. Мы с Олегом вместе восемь лет, женаты — шесть. Познакомились на корпоративе у общих друзей. Он тогда работал начальником отдела продаж, я — маркетологом в рекламном агентстве. Оба неплохо зарабатывали, оба привыкли к независимости. На втором свидании Олег сказал: я за честные отношения. Никаких скрытых ожиданий, всё обсуждаем открыто. Мне понравилось. После первого брака, где муж контролировал каждую мою копейку, это звучало как глоток свежего воздуха. Мы договорились: общие расходы — пополам. Квартира, еда, коммуналка. Личные траты — каждый сам. Работало отлично, пока мы оба зарабатывали примерно одинаково. Мне сорок один год. До декрета я получала семьдесят тысяч
Оглавление

Олег произнёс это таким тоном, будто сообщал очевидную истину. Небо голубое, трава зелёная, жена в декрете платит половину коммуналки. Логично же!

Я сидела с трёхмесячной Машей на руках и пыталась понять — он шутит? Издевается? Проверяет меня?

Нет. Он был абсолютно серьёзен. И даже достал калькулятор, чтобы показать расчёты.

***

Мы с Олегом вместе восемь лет, женаты — шесть. Познакомились на корпоративе у общих друзей. Он тогда работал начальником отдела продаж, я — маркетологом в рекламном агентстве. Оба неплохо зарабатывали, оба привыкли к независимости.

На втором свидании Олег сказал: я за честные отношения. Никаких скрытых ожиданий, всё обсуждаем открыто. Мне понравилось. После первого брака, где муж контролировал каждую мою копейку, это звучало как глоток свежего воздуха.

Мы договорились: общие расходы — пополам. Квартира, еда, коммуналка. Личные траты — каждый сам. Работало отлично, пока мы оба зарабатывали примерно одинаково.

Мне сорок один год. До декрета я получала семьдесят тысяч. Олег — сто двадцать. Разница существенная, но я закрывала глаза. Пополам так пополам, договорились же.

Потом я забеременела. Долгожданная беременность после трёх лет попыток, ЭКО, нервов. Маша родилась здоровой, крепкой, горластой. Счастье.

И вот теперь я сижу в декрете с пособием восемнадцать тысяч рублей. А муж требует двадцать пять — мою половину за квартиру и коммуналку.

Олег, ты понимаешь, что моё пособие меньше, чем ты просишь?

Ну, у тебя же есть накопления.

Накопления на чёрный день. Не на оплату твоей половины жизни.

Не моей — нашей. Мы же договаривались: всё пополам.

Он смотрел на меня с искренним непониманием. Для него это была простая математика. Никаких эмоций, никакого «но ты же кормишь нашего ребёнка». Просто цифры.

***

Первую неделю после этого разговора я пыталась объяснить. Спокойно, рационально — так, как он любит.

Олег, декрет — это не отпуск. Я работаю двадцать четыре часа в сутки. Кормлю, меняю подгузники, укачиваю, стираю, готовлю. Это труд.

Это материнство. Ты сама хотела ребёнка.

Мы оба хотели.

Да, но ты же не работаешь. Я хожу в офис каждый день, а ты сидишь дома.

Сидишь дома. Как будто я тут в спа-салоне отдыхаю!

Ты хоть раз вставал к Маше ночью?

У меня работа утром. Я не могу не высыпаться.

А я могу?

Ты же днём отдыхаешь, когда она спит.

Я рассмеялась. Сухо, без веселья.

Когда она спит, я стираю, готовлю, убираю, мою полы. Потому что больше некогда.

Это твой выбор! Можешь не убирать.

Я замолчала. Смотрела на него и пыталась понять: это тот же человек, за которого я выходила замуж? Или он всегда был таким, просто я не замечала?

***

Накопления у меня действительно были. Двести тысяч на отдельном счёте — откладывала несколько лет, хотела подушку безопасности. Теперь эта подушка таяла со скоростью двадцать пять тысяч в месяц.

Я посчитала: при таком раскладе денег хватит на восемь месяцев. А декрет — три года. Дальше — что? Выходить на работу, когда ребёнку полгода? Отдавать Машу няне, которая стоит сорок тысяч?

Олег платить за няню отказался.

Это твои расходы. Ты хочешь работать — ты и плати.

Но если я буду работать, я смогу платить половину. Разве это не выгодно для тебя?

Выгодно. Но няня — твоя инициатива. Я могу посидеть с Машей вечером, когда прихожу с работы.

Вечером он приходил в восемь. В девять Маша уже засыпала. «Посидеть» — это был час между ужином и сном, когда он смотрел телевизор с ребёнком на коленях.

Я начала вести записи. Каждый день — сколько часов на ребёнка, сколько на дом, сколько он помогает. Получилась интересная статистика.

Я: 14-16 часов в сутки на уход за Машей и домашние дела. Олег: 1 час в будни, 3-4 часа в выходные. При этом он требовал равного финансового вклада.

***

Через два месяца я поняла: разговоры бесполезны. Олег не слышал меня. Для него мир был устроен просто: деньги — это вклад, остальное — не считается.

Окей. Тогда я тоже начну считать.

Я нашла в интернете калькулятор стоимости домашнего труда. Вбила всё: уборка, готовка, стирка, глажка, уход за ребёнком, ночные кормления. Получилось интересно.

Если бы Олег нанимал людей для этих услуг, он платил бы: няня — сорок тысяч, домработница — двадцать тысяч, повар — пятнадцать тысяч. Итого семьдесят пять тысяч в месяц.

Я распечатала расчёты и положила перед ним за ужином.

Что это?

Стоимость моего труда! Если мы скидываемся поровну, то ты должен мне тридцать семь с половиной тысяч ежемесячно. Минус мои двадцать пять за квартиру — получается, ты мне должен двенадцать пятьсот.

Олег смотрел на бумаги с нарастающим раздражением.

Это бред.

Почему? Ты же любишь честные расчёты. Вот они.

Ты моя жена! Это твои обязанности!

Обязанности? Где это написано? В брачном договоре? Мы его не заключали. В законе? Там сказано, что супруги ведут хозяйство совместно.

Марина, хватит!

Нет, Олег. Не хватит. Ты хочешь равенства — будет тебе равенство. Полное. С сегодняшнего дня ты готовишь себе сам, стираешь сам, убираешь за собой сам. Я занимаюсь только ребёнком и своими вещами.

Ты серьёзно?

Абсолютно.

***

Первую неделю Олег думал, что я блефую. Приходил с работы — ужина нет. Его рубашки — не глажены. Его чашки — не вымыты.

Марина, это детский сад.

Нет, Олег. Это равенство. Ты хотел — ты получил.

Я работаю весь день!

Я тоже. Только мне за это не платят.

На второй неделе он начал заказывать еду с доставкой. На третьей — отдавать рубашки в хим.чистку. На четвёртой я получила выписку с его карты.

Доставка еды: двадцать две тысячи. Прачечная: восемь тысяч. Клининг (он вызвал уборщицу один раз): четыре тысячи.

Тридцать четыре тысячи за месяц. Плюс моя «половина» — двадцать пять. Итого пятьдесят девять тысяч на то, что я раньше делала бесплатно.

Я показала ему расчёты.

Смотри, Олег. Без моего труда ты тратишь на быт почти шестьдесят тысяч в месяц. С моим трудом — двадцать пять. Разница — тридцать пять тысяч. Это моя зарплата за домашнюю работу. И она больше, чем твоя «половина».

Он молчал. Смотрел на цифры и молчал.

То есть получается, это я тебе должен?

Получается, да. Если считать по-честному.

***

На следующий день он пришёл с работы с цветами. Впервые за полгода.

Марина, давай поговорим.

Давай.

Я был неправ.

Три слова. Простые, но я ждала их два месяца.

В чём именно?

В том, что не видел твой вклад. Ты реально работаешь больше меня. Просто... я не понимал этого.

А теперь понял?

Когда сам попробовал — понял. Это ад, Марина. Я не знаю, как ты справляешься.

Я не ответила. Просто смотрела на него.

Давай отменим это дурацкое правило. Пока ты в декрете — я плачу за квартиру. Всё. Ты вернёшься на работу — будем думать.

А домашние дела?

Разделим. По-честному. Не пополам, но... по возможности.

И ночные кормления?

Машу ты кормишь грудью, тут я не помогу. Но укачивать — могу. По выходным — точно.

Я кивнула.

Хорошо. Попробуем.

***

Прошло четыре месяца. Олег сдержал слово. Платит за квартиру сам, готовит ужин по выходным, встаёт к Маше в субботу утром, чтобы я выспалась.

Идеально? Нет. Он всё ещё считает, что моя работа — это «сидеть дома». Иногда проскальзывают старые фразочки. Но он старается. И это уже немало.

Я тоже сделала выводы. Накопления — это святое. Финансовая независимость — не роскошь, а необходимость. Даже в браке. Особенно в браке.

Когда Маше исполнился год, я вышла на удалённую работу. Неполный день, двадцать тысяч в месяц. Немного, но это мои деньги. Олег предложил снова «скидываться», но я отказалась.

Когда выйду на полную ставку — обсудим. Пока — нет.

Он не спорил. Видимо, урок усвоил.

Мама сказала: ты молодец, что отстояла себя. Подруга сказала: я бы развелась после первого же разговора про «пополам».

А я думаю: развод — это крайняя мера. Сначала нужно попробовать объяснить. Показать. Доказать цифрами, если слова не работают. И только если человек отказывается понимать — тогда уходить.

Олег понял. Не сразу, не легко, но понял. Может, потому что любит. Может, потому что умеет считать деньги и увидел, во сколько ему обходится моё «ничегонеделание».

Неважно, почему. Важно, что услышал.

Маша растёт, я работаю, Олег моет посуду по вечерам. Странная картинка счастья? Может быть. Но это наша картинка. И я сама её нарисовала.

А вы готовы посчитать стоимость своего домашнего труда и предъявить счёт?

Друзья, если вам понравился рассказ, подписывайтесь на мой канал, не забывайте ставить лайки и делитесь своим мнением в комментариях❤️

Что еще почитать: