Вечер наступил неожиданно, словно мешок с мукой упал на голову. Он подгонял Айзу к кладбищу. Там уже должен был быть Тесей, если он, конечно, пришел на дежурство, а не пропустил его, как в прошлый раз.
Айза оборвала эту мысль. В конце концов, она тоже не всю ночь охраняла кладбище. С наступлением темноты Райн словно вымирал. Все гуляния и развлечения переносились внутрь домов.
Некроманты утверждали, что нет смысла прятать свет за крепкими шторами, но горожане все равно это делали. Казалось, они боялись, что все духи с местных кладбищ соберутся на одинокий огонек. Айза в эти глупости не верила. Но так поступали ее мать, бабушка и даже прабабушка.
И, в конце концов, чаще всего так делала и сама Айза, сугубо по привычке.
Двенадцатое кладбище появилось перед ней еще за полмили. Высокие стены, вокруг которых ощущалось мощное энергетическое поле, охватывающее не только территорию кладбища, но и несколько миль вокруг. Это кладбище, хоть и было самым новым, по размерам не уступало предыдущим.
Здесь хоронили простых людей — в магическом смысле, конечно. Таких большинство даже в Райне. Сюда свозили тела из соседних деревень и небольших городов, где не хотели создавать свои кладбища. С годами кладбища росли. Для обычных людей это, возможно, неприятно, но Айза не жаловалась: больше трупов — больше работы для некроманта.
Она миновала ворота, только легко коснувшись печати защиты. Почувствовав ее слабый поток магии, они уже распахнулись, что несколько удивило Айзу: то ли Тесей уже был внутри и просто забыл захлопнуть дверь, то ли они отворялись любому некроманту, который только пожелал бы попасть на кладбище. Если второе, то дела у них были, откровенно говоря, довольно скверные.
Айза медленно шла между рядами похожих надгробий с круглыми знаками Морены. Алисия сказала правду: на первый взгляд, это кладбище казалось самым скучным в истории всех кладбищ Эстрии. Она побывала на многих — и по учебе, и по работе, и из чистого любопытства. Даже днем эманации смертельных энергий там ощущались сильнее. Айза не знала, что существуют настолько спокойные кладбища.
В Алии трупы не восставали сами по себе — только если кто-то помогал (чаще всего некроманты из Эстрии). В Сентре не было ни одного магического разлома, способного спровоцировать нечто подобное. Поток магии там был настолько управляемым, что Айзе трудно было это представить. Каждый раз, когда она колдовала, ей казалось, что она плывет против течения бурной и глубокой реки.
Фигура Тесея выделялась на фоне беспокойного грозового неба, как тлеющая заноза. Он сменил свой дорогой черный пиджак на еще более вычурный красный. Айза поджала губы — она терпеть не могла излишеств во время работы. Вряд ли этот костюм поможет Тесею в бою с ожесточенными духами.
— Эй, сюда! — Тесей махнул ей рукой, заметив издалека. — И давай быстрее!
Айза замедлила шаг и двинулась к Тесею с максимальной невозмутимостью, хотя обычно мчалась на зов куда быстрее. Некромант нетерпеливо переминался, теребя в руках листок с рунами. Вероятно, это был один из множества талисманов, которые он всегда носил с собой.
Когда Айза приблизилась, Тесей окинул её внимательным взглядом, словно придирчивый наставник, выпускающий дебютантку на бал. От этого её бросило в дрожь.
— Что случилось? — спросила она, откидывая за спину длинную косу. Пряди тут же упали на плечи и лицо, мешая ей.
Тесей молчал, лишь смотрел ей за плечо.
— Да скажи уже! — раздражённо воскликнула Айза.
Он помялся и указал на её рубашку.
- У тебя тут... дырка.
Айза опустила глаза. Рассмотреть свое плечо было непросто, но она все же заметила давнюю заплатку. На мгновение она замялась и все искала взглядом какую-то другую дыру, но поняла, что Тесей говорил именно об этой.
- Я знаю. Она же зашита, - указала она на швы. - Или ты латаной одежды никогда не видел?
Тесей ничего не отвечал, и Айза почему-то предположила, что так оно и было. От этого ее пренебрежение к столичному (вот теперь ей уж точно не приходилось в этом сомневаться) щеглу только возросло.
Она что должна была менять рубашки каждый раз после того, как какой-то труп оставит на них малюсенькую дырочку!
- А чего ты ее не выкинула? - наконец спросил Тесей, склоняя голову в сторону. - Плетения же точно уже нарушены.
Айза нахмурила брови. О чем он вообще говорил? Какие к Лету плетения?
- Что?
- Плетения, - снова повторил Тесей, уже медленнее. Как будто объясняя что-то маленькому ребенку. - Защитные чары на обратной стороне рубашки. Они же теперь действовать не будут.
Тесей смотрел на Айзу с потрясением и недоумением. Она приподняла подол рубашки и показала ему внутреннюю сторону. Ткань была безупречно белой, без единого пятнышка или знака.
— Ты... не носишь защиту? — спросил Тесей, голос его дрожал от удивления. — И с тобой я должен патрулировать? Боги, за что мне это...
Последние слова он пробормотал тихо, но Айза, шедшая рядом, услышала.
– А ты, я вижу, защиты взял на нас двоих, - с тонкой улыбкой сказала она, окидывая насмешливым взглядом перстни, амулеты и талисманы, видневшиеся тут и там на одежде. И когда Тесей вспомнил о рунах на рубашке, Айза не сомневалась и в том, что и весь его камзол и штаны изнутри были исписаны защитными плетениями. Вероятно, Тесей остался бы невредимым, даже если бы на кладбище прямо сейчас упал метеорит.
Без всякого смущения Тесей покрутил один из перстней на пальце, пока из того не выскочила маленькая искорка и погасла в темноте.
— Хоть кто-то должен относиться к работе серьезно, — сказал он, делая шаг вперед. Айза, не торопясь, последовала за ним. Она могла бы обидеться, но вместо этого ее охватило веселье. Интересно, как бы она сама справилась с таким количеством мишуры на одежде?
Айза отказалась от защитных амулетов еще в университете, когда впервые встретилась с беспокойным трупом. Тогда она сильно боялась и надела все артефакты, которые у нее были, а также позаимствовала у друзей из университетского состава. Она была уверена в своих силах и надеялась, что магия амулетов поможет. Но вскоре обнаружила, что ее заклинания искажаются и теряют силу.
Атаки стали слабее, и половина силы заклятий на упокой поглощалась броней. Айза едва выжила в том бою — о полной безопасности и речи не шло. С тех пор она решила носить только верный серп. Все остальное только мешало и отвлекало. В бою одно неверное движение или мгновение промедления могли стоить жизни — и не только ей.
Айзе оставалось только надеяться, что Тесей их не убьет.
Она вспомнила о словах господина Рубчика. Интересно, говорили ли что-то Тесею в городском управлении? И с чего это они должны работать парами вне патрулирования? Айза уже почти осмелилась спросить, когда Тесей снова заговорил.
- Конечно, я тебя не осуждаю. Не все имеют ... возможность купить талисманы. Могу несколько тебе одолжить или даже подарить, если это нужно. Вот только я не думал, что жалованье у некромантов такое уж низкое.
Его тон был спокоен, с совсем тонкой ноткой понимания и более ощутимой – снисхождения. Вероятно, он считал, что Айза побирается и ей нужна помощь – и непременно именно от такого сильного и умелого некроманта, как он, Тесей Эстрийский.
– Не все мы тратим деньги только на одежду, - холодно бросила Айза, пальцем касаясь серпа. Это всегда успокаивало ее и напоминало, для чего она вообще все делает.
- И на что же можно тратить деньги в Райне, кроме как на одежду и еду? Вряд ли все жалованье удается спустить только на пиво – даже тебе.
Айза на мгновение сбилась с шага, и щеки ее окрасил легкий румянец. К счастью, она шла за Тесеем, и он этого не заметил.
- Возможно, я не хочу всю жизнь работать в “Кривом бугре”. Возможно, я хочу начать свое дело.
- Открыть некромантское агентство? - от удивления Тесей аж оглянулся, чтобы посмотреть Айзе в лицо. Та кивнула. - Ты смеешься, да? Для этого нужно столичное образование – и это как минимум. Я уже молчу о каком-то наличии навыков и умений.
Не услышать презрения в его голосе было невозможно. Айза сжала ладони в кулаки так сильно, что ногти вцепились в кожу.
Обычно она легко заводила дружбу с людьми – даже с теми, с которыми ее не связывало абсолютно ничего. На жатву ей присылали открытки дворянские дети, с которыми она училась в университете, а когда она возвращалась по делам в столицу, всегда находились приятели и друзья, готовые пустить ее к себе переночевать. Но Тесей ... каким-то удивительным образом он нажимал на все болезненные точки и унижал ее так, как никто раньше.
Тесея хотелось ударить чем-то тяжелым несмотря на то, что Айза не могла припомнить случая, когда в последний раз ей приходилось драться с живым человеком.
Прежде чем Айза успела собраться с мыслями и сказать, что у неё есть навыки и что она окончила столичный университет, Тесей внезапно остановился. От неожиданности Айза сделала ещё шаг вперёд и уткнулась носом в его камзол.
Тесей пах фиалками и малиной. На мгновение Айзе показалось, что она стоит ночью перед своим домом — в саду, где гудят последние пчёлы и перекликаются соловьи. Но это ощущение длилось лишь секунду, и Айза отстранилась.
— Пришли, — сказал Тесей, отряхивая камзол на спине и плечах, будто Айза могла его испачкать. Айза выглянула из-за его плеча — это было непросто — и наконец увидела могилу. Сомнений больше не оставалось: она была раскопана, а труп исчез.
Тесей продолжил путь, обойдя могилу, и остановился за надгробием, изучая траву. Могила была старой: густая и высокая трава свидетельствовала, что сюда давно никто не приходил. Родственники, вероятно, не заметят исчезновения. Айза без колебаний опустилась на колени у края могилы, чтобы лучше разглядеть. Она заметила странный взгляд Тесея, который явно не понимал ее действий. Но Айза была уверена. Она знала, как расследовать исчезновение тел. Сейчас ей нужно было вспомнить все конспекты и лекции.
Она осмотрела края могилы. Они были ровными и аккуратными, совсем не такими, как при разрыве гроба голыми руками. Кто-то явно потрудился над этим. Это означало, что дело становилось все запутаннее, и они с Тесеем вступали на опасный путь.
— Его кто-то поднял, — сказала Айза, поднимая взгляд на Тесея. Он продолжал что-то разглядывать в траве.
- Да ты что? Невероятная дедукция, - отозвался он, наклоняясь. Затем он поднялся, держа в руке лопату, которую злоумышленник бросил за могилой. - Мне ждать еще какой-нибудь блестящей аналитики? - с иронией спросил он, откидывая лопату на тропинку. Вряд ли она могла им чем-то помочь - это была самая привычная лопата, какую только Айза могла себе представить.
Айза заглянула внутрь гроба, все еще лежавшего на дне могилы. Он не был сломан, и крышку кто-то просто аккуратно откинул, а не взломал изнутри. Внутри гроба рядочком лежали гвоздики, которые были забиты в крышку. В лунном свете что-то блеснуло.
Айза не была уверена, не показалось ли ей. Возможно, это просто металл гвоздика не заржавел и просто отражал свет. Или?
Путь проверить был только один. Без лишних размышлений Айза села на край могилы, спустив у нее ноги, а потом и спрыгнула вниз. Высота была немалой-едва ли не вдвое больше ее роста, и Айза изрядно стукнулась коленом о деревянную крышку во время прыжка.
О том, как она будет вылезать обратно, она еще не думала – только надеялась, что Тесей не оставит ее в яме. Впрочем, от него она могла бы ожидать и такого.
- Эй! - услышала она испуганный вскрик наверху. - Ты что делаешь?
Айза не стала отвечать. Вместо этого она уселась на деревянный низ гроба, стараясь не обращать внимания на боль в ногах. Что-то там точно блеснуло. Возможно, в гробу еще что-то осталось.
Через мгновение свет над ней, и до того слабый, полностью исчез. Айза подняла голову и увидела Тесея, склонившегося над могилой. Она не могла разглядеть выражения его лица, но не тешила себя надеждами, что там было что-то приятное.
- Ты что, упала в могилу? - с веселостью спросил Тесей, протягивая ей руку. - Хватайся, сейчас вытащу.
Айза только вздохнула.
— Отойди, ты мне свет загораживаешь, — сказала она, снова склоняясь над досками. Тесей неуверенно отодвинулся, и под лучом Луны Айза заметила слабый отблеск. Предмет был совсем маленьким, и Айза уже сомневалась, стоило ли прыгать в глубокую могилу.
Она нагнулась и подняла безделушку. Спиной она задела стенку могилы, и на голову посыпались комки земли. Вещь была плоской и круглой, и Айза сразу поняла, что это монета. Теперь прыжок казался еще более бессмысленным.
Она поднесла монету к глазам. Серебро, настолько старое, что выбитый рисунок почти стерся. Края монеты были более плоскими, чем Айза ожидала, и сквозь центр она видела землю — в монете была дыра.
— Собираешься там всю ночь провести? — спросил Тесей, нависая сверху.
Айза показала ему монету и протянула руку. Тесей не медлил и потянул ее наверх. Айза оттолкнулась от стенок могилы, но мышцы в руке и спине напряглись, когда Тесей вытаскивал ее. Из-за этого она чуть не уронила монету, но успела схватить ее кончиками пальцев в последний момент.
— Что это? — заинтересованно спросил Тесей, разглядывая монету. Она была небольшой и не выглядела как подсказка или доказательство. Скорее всего, это была одна из странных безделушек, которые кладут в могилу, чтобы обеспечить покойнику лучшую жизнь после смерти.
Айза протянула монету Тесею, однако он только покачал головой с поднятыми бровями.
- Оставь лучше себе. Будет существенный вклад в твое... дело.
Айза снова почувствовала, что начинает краснеть вплоть до ушей – и от стыда, и от злости. Вероятно, Тесею не приходилось экономить и копить на что-то деньги никогда в жизни, ему все подносили уже готовым на золотом блюде. Но закончили они одинаково - некромантами в Райне. Эта мысль отрезвила Айзу, и она с неопределенным "угу" положила монету в карман брюк.
- А теперь, когда ты уже, надеюсь, облазила все, что хотела, перейдем наконец к расследованию…
Тесей отвернулся от нее и вернулся на тропу. Айза осталась стоять у могилы – с расхристанной косой и несколькими комочками могильной земли за пазухой. Она искоса наблюдала за Тесеем – а там и впрямь было, на что посмотреть.
Один за другим, как некий фокусник на ярмарке, он начал доставать из карманов своего камзола и штанов амулеты, странные металлические палочки, назначение которых Айза представляла довольно приблизительно, маленькие ветрячки – похожие на те, которыми сама Айза играла в детстве, и еще несколько предметов, которые можно было бы с натяжкой назвать артефактами. Все это он складывал аккуратными рядами на ближайшую могилу, пока на ней не образовалась какая-то переносная лаборатория. Айза даже не представляла, как должен был бы звенеть Тесей во время бега со всеми этими принадлежностями в одежде.
– Хлебом не корми, дай только выпендриться, – тихо сказала Айза, отходя от могилы. Она не знала, что задумал Тесей, но интуитивно чувствовала, что это вряд ли даст результат.
– Ты что-то сказала? – спросил Тесей с легкой чопорностью. Он наливал каплю голубой жидкости из крошечного флакона в металлическую трубку.
– Ничего, ничего, – ответила Айза, присаживаясь на траву рядом с раскопанной могилой и откидываясь назад. Ночь была прохладной и приятной – грозовые тучи все же разошлись, позволив им работать.
Тесей стоял над могилой с двумя изогнутыми трубками в руках. Он водил ими в воздухе, словно надеясь что-то увидеть. Похоже, он действительно ожидал чего-то, потому что через несколько минут, когда ничего не произошло, его лицо омрачилось разочарованием.
Легкий ветерок всколыхнул ночной воздух. Он мягко развеял волосы Айзы, отвлек Тесея и нарушил его работу с трубками, которые он теперь держал вверх ногами. До Айзы донесся знакомый, приятный запах, напомнивший ей лето в самом разгаре – пышные цветы зверобоя и легкое разнотравье.
Но лето уже закончилось. Зверобой отцвел, и эти травы не должны были так пахнуть. Айза выпрямилась. Она не собиралась этого делать, но все же коснулась пальцами воздуха, пытаясь уловить потоки магии. Его не было.
Она попробовала снова и все с тем же результатом. Словно пальцы что-то и находили такое знакомое, но потом оно распадалось, как капли воды.
Сомнений не оставалось, кто-то изрядно поработал над тем, чтобы ни Айза, ни Тесей не нашли никаких следов. Вот только не на ту напали – Айза могла узнать штын-зелье по половине ноты – у них в деревне его использовали едва ли не ежедневно как один из дешевых, хоть и ненадежных способов разжижить потоки магии в воздухе.
Только вот надо найти эти веточки ... Зверобой должен был лежать где-то у могилы, достаточно близко, чтобы мешать им что-либо заметить, но не на виду. Айза огляделась вокруг. Она заглянула в траву, но там не было ничего, кроме того, что и должно было бы быть в траве – земли, червей и каких-то сухих тростинок. Потом поднялась и прогулялась к надгробию – намеренно спокойным шагом, чтобы не обращать на себя внимание Тесея.
Тот же тем временем уже отложил металлические трубки, оказавшиеся бесполезными, и теперь колдовал над талисманом, изредка прорисовывая руны на тропинке под ногами. Воздух вокруг Тесея искрил, но на этом все удивительные открытия и заканчивались.
За надгробием – старым, затертым и настолько покрытым мхом, что нельзя было прочесть ни дат, ни имени, Айза тоже ничегошеньки не нашла. Она уже начала понемногу сомневаться, а не привиделся ли ей запах штын-зелья, когда ветер повеял снова, и она вторично ощутила аромат разнотравья. теперь она знала, где искать.
Отойдя немного от раскопанной могилы на краю кладбища, Айза наконец-то заметила то, что искала. Люди приходили сюда не только на жатву — здесь были похоронены родственники местных жителей, поэтому могилы посещали чаще. Сначала она не обратила внимания на букет у одного из надгробий. Цветы были обычными: полевые, несколько лилий и хризантем. Но сверху кто-то аккуратно положил охапку зверобоя. Трава уже начала вянуть, но всё ещё сильно и резко пахла. Этот букет словно рассеивал магические потоки и тонкие энергетические нити вокруг.
Айза осторожно взяла цветы, натянув рукав рубашки на ладонь. Она не хотела связываться со штын-зельем, даже если оно высохло. Тесей стоял перед ней, теперь с другим амулетом и серией рун у ног. Он мог бы разрисовать ими всё кладбище, но это бы не помогло – Айза была уверена.
— Эй…
Не успела она ничего сказать, как Тесей прервал бормотание. Подняв руку, он обернулся и шикнул на неё:
— Тихо! Не мешай…
Айза подняла брови и отступила. Если Тесей хотел поиграть с талисманами, она не собиралась мешать. Ночь длинная, спешить некуда. Она вернулась к своему месту в траве, отложила букет и села наблюдать.
Тесей снова сменил амулет, который выглядел куда более внушительно. Айза была уверена, что половину этих предметов не давали даже городским артефакторам, не умеющим работать с магическими потоками. Тесей яростно стер руны под ногами и начал рисовать новые, превращая их в уравнения.
Закончив расчеты, он взялся за трубки и забормотал вспомогательное заклинание. Айза наконец поняла, что он делает, и чуть подалась вперед, желая его остановить. Но в последний момент передумала. Тесей просил не мешать, значит, она не станет.
А что посеешь, то и пожнешь и этот щеголь должен был ответить за неуважение.
Айза прищурилась как раз вовремя. Амулет, который держал Тесей, взорвался у него в руке, осветив на мгновение все кладбище ярким светом. Сперва Айза думала - возможно, стоило все-таки что-то сказать; а что, если он опалил лицо?
Но затем она услышала отборную брань, которую не ожидала от столичных жителей, и расслабилась. Она бросила взгляд на Тесея: тот стоял, отряхивая красный плащ от пепла и откашливаясь. Когда Тесей повернулся к Айзе, она заметила, что ему сожгло половину брови, что вызвало у нее смех.
– Не вижу ничего смешного, – прорычал Тесей, часто моргая. Из глаза, где сгорела бровь, потекли слезы. Вид у него был жалкий, как раз такой, какого и хотела Айза. – Я хотя бы что-то делаю, в отличие от некоторых…
Он поднял голову к небу и продолжил моргать, а Айза кивнула. Она уже поняла, что спорить с ним – не лучшая идея.
Когда слезы наконец остановились и он отряхнулся от остатков талисмана, его шикарный плащ стал чуть более серым. Размашистым жестом ноги он снова стер все формулы.
– Кто-то уже работал с потоками до нас. Ничего не получается найти.
– В самом деле? – удивленно спросила Айза.
Она подняла букет зверобоя, который лежал рядом с ней в траве, и помахала им в воздухе, чтобы запах наверняка дошел до некроманта.
Ему понадобилось лишь несколько мгновений, чтобы все понять.
– Ты! Почему ты не сказала?! – казалось, Тесей вот-вот захлебнется от гнева. Но Айзе было все равно.
– Ты просил меня не мешать, – пожала плечами Айза, оставаясь на траве. – И велел быть тихой. Я подумала, что ты знаешь, что делаешь.
Она постаралась вложить в голос столько наивности, чтобы Тесей понял: она смеется над ним.