начало истории
Время тянулось медленно. Наконец из операционной вышел доктор. Он устало стянул шапочку.
— Всё хорошо. Если бы не отец, не вытянули бы.
Марина заплакала. Сергей присел рядом, обнял её и поднял голову.
— Спасибо вам, доктор.
Наконец Марина немного успокоилась. Она повернулась к Сергею.
— Вы хотели о чём-то поговорить?
— Да, я хотел вам рассказать, как папа попал в инвалидное кресло.
— Мне должно быть это интересно?
— Да, я прошу вас выслушать меня. Просто всё неправильно. Вы оба потеряли столько лет, и я не могу допустить, чтобы и сейчас вы потеряли друг друга. Я уверен, Аня бы поддержала меня.
Марина встала, но потом всё-таки села.
— Хорошо, я выслушаю вас. Только прошу, чтобы вы запомнили: никакого «мы» не существует. И уж конечно, не может существовать.
— Хорошо. Обязательно.
— Всё началось, когда вы ещё не были знакомы с папой. Он избил вас только потому, что был страшно зол.
Марина слушала историю, которая произошла много лет назад, и понимала, что они оба — вернее, она всё-таки дура.
— Сергей, почему ты решил, что он до сих пор любит меня?
Сергей улыбнулся.
— Ну, он всё-таки мой отец, пусть и неродной биологически.
Марина хотела что-то ответить, но увидела, как из реанимации выскочила медсестра и бросилась бегом по коридору. Через несколько секунд в реанимацию уже бежал чуть ли не весь персонал. Сергей поймал кого-то за руку.
— Что? Что там? Аня?
— Нет, Игорь Семёнович.
Он разжал руку, стал бледным. Они с Мариной прилипли к стеклу в реанимацию. Их хотели выгнать, но не получилось. Вокруг отца суетились врачи. Сергей понял по аппаратам, что у отца остановка сердца. Он смотрел и не замечал, как по щекам текли слёзы.
Аня плыла на лодке. Так хорошо, так красиво вокруг. И тут на берегу она увидела бабушку. Старушка стояла, уперев руки в бока, и грозила ей пальцем. Аня хотела подплыть, обнять её, но бабушка стала ругаться:
— Всё отдыхаешь, веселишься! А там, между прочим, твоя помощь нужна!
— Где бабушка? — спросила Аня.
Аня ничего не понимала.
— Уходи!
Аня чуть не расплакалась, но бабушка махнула рукой, и Аню понесло на волне всё выше и выше. Аня уже что-то видела — вернее, слышала. Девушка резко распахнула глаза и сразу повернула голову. Недалеко от неё лежал отец. Рядом стояли доктора, растрёпанные, уставшие.
— Время смерти...
Анне казалось, что она кричит так, что стёкла дрожат. Но на самом деле она сказала это чуть слышно. Её услышали. Один из врачей повернулся.
— Анна, мы очень сожалеем. Вы только нашли отца, а сердце просто остановилось.
— Подкатите меня к нему. Быстро!
Голос Анны крепчал. Слова получались резкими. Врачи переглянулись. Аня почти рявкнула:
— Быстро подвезите меня к нему!
Кто-то подкатил её каталку почти вплотную к каталке отца.
— Отойдите! Быстро!
Сергей легонько толкнул Марину.
— Что там происходит?
Марина подняла голову и улыбнулась.
— Она спасёт его. Она не даст уйти отцу.
— Но как? Неважно. Аня его спасёт.
— Он ушёл, Марина. Его больше нет...
У Сергея начиналась настоящая истерика.
— Не веди себя как баба. Просто поверь мне.
Истерить сразу расхотелось. Сергей уставился туда, где были отец и Аня.
Врачи переглянулись, но послушно отошли. Аня взяла руку папы в свою. Она чувствовала присутствие бабушки.
— Сама бы в таком состоянии я ничего не смогла. Спасибо, бабуль. Я готова.
Заведующий отделением в ужасе посмотрел на остальных. Он уже хотел всё это прекратить, но увидел взгляд Марины через стекло.
Она отрицательно качнула головой, как бы говоря: не мешай.
Странные какие-то все. Ну ладно, пять минут всё равно никакой роли не сыграют.
Аня закрыла глаза. Она чувствовала, как сила бабушки и её сила соединяются и по руке идут к Игорю.
— Папа, папа, ну давай же...
Игорь протяжно вздохнул, потом закашлялся. Задышал часто-часто. Аня уронила его руку — сил не осталось совсем.
Она видела, как врачи забегали, ставили отцу капельницы. Видела, как плачет Сергей за стеклом. А самое главное — видела глаза матери. Мать благодарила её взглядом.
Она тоже плакала. Но это были слёзы радости и успокоения.
Через час Аня и Игорь остались одни — если не считать медсестры, которая следила за приборами. Ресницы Игоря дрогнули, он приоткрыл глаза, сначала смотрел перед собой, потом перевёл взгляд на Аню. Она улыбнулась.
— Привет, папа. Как ты?
— Привет, дочка. А ты?
Они взялись за руки и оба тут же уснули.
Игорь уже мог вставать. Доктора ничего не понимали: исследовав его вдоль и поперёк, они всё-таки пришли к выводу, что остановка сердца была вызвана сильным нервным потрясением. Плюс он отдал немало крови. Описать случай медицинскими терминами никак не получалось — потому что тогда пришлось бы объяснять немыслимое.
Аня смотрела в окно.
Вставать ей ещё не разрешали, но чуть присаживаться на приподнятые подушки уже можно было. На улице кружил первый снег. Так хорошо на душе было, так спокойно.
Дверь в палату открылась. На пороге стоял Сергей.
— Привет. Можно к тебе?
— Спрашиваешь? Конечно. Я скоро со скуки с ума сойду.
Сергей прошёл, стал выкладывать фрукты.
— А ты один?
Он улыбнулся, подкрался к двери, выглянул, потом прикрыл и сказал таинственно:
— Разговаривают.
Аня улыбнулась про себя: Господи, помоги им помириться. Они оба заслужили счастье, хотя бы немного.
Марина и Игорь появились только через час. Аня и Сергей уже успели обсудить всё, что можно.
— А вот и мы.
Аня взглянула на них и улыбнулась.
— Вас можно поздравить?
Игорь удивлённо посмотрел на неё.
— Аня, откуда ты всегда всё знаешь? А ещё можешь ли ты мне объяснить, что за странные разговоры ходят среди персонала о моём пробуждении?
— Ой, папа, ты не знаешь женский коллектив? Им бы только насочинять разного.
Игорь недоверчиво посмотрел на Аню.
Если бы ему рассказала медсестра, он бы посмеялся и всё. А так ему каждый желал поведать то, что произошло. Звучало всё настолько неправдоподобно, что он уже не понимал, чему верить, чему нет.
— Ну, раз от тебя скрыть ничего нельзя, то придётся признаться. Мы с Мариной решили пожениться. Лучше поздно, чем никогда.
Аня улыбнулась.
— Я вас поздравляю! Я так рада за вас, вы не представляете...
Марина бросилась обнимать дочь. А Аня смотрела на Сергея, который обнимал отца. Наконец Сергей откашлялся.
— Раз уж тут время признаний, то я, вернее, мы, хотим вам кое-что сказать.
Игорь удивлённо уставился на сына, а Марина понимающе улыбнулась. Она, как мать, давно чувствовала, что Сергея и Аню связывает нечто большее, чем просто общение. Сергей ей очень нравился — спокойный, надёжный, очень справедливый. Женская материнская интуиция подсказывала: он хороший человек.
— Как только Аня оформит все документы по расторжению брака — а будет это, как вы понимаете, очень быстро, — то мы сразу подаём заявление в ЗАГС.
Игорь Семёнович посмотрел на сына, потом на Аню, а потом на Марину.
— Ты знала?
— Игорь, это же видно невооружённым взглядом.
Марина рассмеялась.
— Ну, не дуйся.
Игорь распахнул объятия.
— Сын, иди! Я тебя обниму!
После взаимных поздравлений Игорь вдруг хитро улыбнулся.
— Если кто не заметил, то я без коляски и без палочки тоже.
Аня рассмеялась.
— Из-за всего этого мы все забыли, зачем и почему изначально познакомились. Папа, прости, я тебя не долечила. Ты сам вылечился.
Прошло два года — вернее, пролетело совсем незаметно. Сергей открыл частную клинику для своей любимой жены. Правда, открытие пришлось немного перенести: первенцу Сергея и Ани приспичило появиться на свет за два дня до срока.
Ранним утром на свет появился Макар Сергеевич. Под окнами роддома ждала целая куча народу. Лида краснела под взглядами друга Сергея — программиста, скромного и одинокого.
Он сразу увидел в девушке родственную душу и старался, но отвести взгляд от Лиды никак не мог.
Катя пыталась быть серьёзной, но не могла: улыбка то и дело появлялась на лице, когда в поле зрения попадал её муж, который важно катал коляску с их дочкой. Марина и Игорь сидели на лавочке, взявшись за руки. А Сергей донимал всех, кого мог достать. Медсёстры от него уже просто убегали, а Марина и Игорь закатывали глаза.
— Кать, ну скажи, три часа уже! Сколько можно? Это же... это же так много! Ну почему?
— Столько, сколько нужно. Может, и сутки.
— Сутки? Нет, сутки — это слишком много. Сутки такого просто не может быть!
Он бросился к отцу.
— Пап! Может, вызовем ещё врачей? Ну у тебя же есть знакомые. Пусть пришлют какого-нибудь профессора. Ну почему так долго? Может, врачи, которые тут, они просто не могут, ничего не понимают, пап?
— Сергей, успокойся. Просто жди.
— Как?
Когда все присутствующие уже хотели его огреть, дверь приёмного отделения открылась.
— Романов!
Сергей рванул туда и громко рявкнул. Медсестра улыбнулась.
— Поздравляю, у вас сын! 4 кг — настоящий богатырь. Мама и ребёнок чувствуют себя хорошо.
Сергей бросился обнимать медсестру, потом Катю, потом друга вместе с Лидой, потом Игоря и Марину. Игорь повернулся к Марине.
— Ну вот, теперь мы с тобой бабушка и дедушка.
Он так протяжно вздохнул, что Марина рассмеялась:
— Самые молодые бабушка и дедушка. Это точно!
новую историю читайте прямо сейчас