Когда-то давно папа женился на женщине, но у них никак не получалось родить ребёнка. В итоге он уговорил жену взять меня из дома малюток. Как вы понимаете, это был я. Мне тогда было года три, но я с ужасом вспоминаю, как относилась ко мне та женщина.
В один прекрасный день папа всё узнал. Он сразу подал документы на развод, но она не хотела его отпускать. Меня он отвёз к своей маме — сам был тогда такой нервный. Я знаю, что он сбил какую-то женщину, молодую и, наверное, хорошую. Папа куда-то спешил: его новая жена что-то выкинула, а тут эта женщина на дороге...
И мой папа влюбился. Я плохо помню то время, но однажды он мне всё рассказал. Когда она уехала, отец бросился за ней — хотел вернуть. Он прочёл письмо и понял, что это снова его бывшая жена, которая по сути женой-то уже и не была.
Но в дороге случилась страшная авария. Никто так и не смог понять, что произошло. Папа не помнит несколько часов — у него отказали тормоза.
— Что, простите? — Аня повернулась к Сергею.
— У вашего отца отказали тормоза, неисправны были.
— Но этого не может быть! Машина была совершенно новая, если только...
— Постойте, а вы откуда знаете?
— Просто знаю. Может, когда-нибудь я вам расскажу.
Папу выписали через месяц. Он решил, что поедет к ней только тогда, когда встанет на ноги. Два года, четыре операции — а он так и не встал. Да, он опустил руки. Но какая-то надежда всё-таки теплилась, а сейчас он говорит, чтобы его оставили в покое. Мол, прошло столько лет, теперь-то уже точно ничего не поможет.
Он очень любил ту женщину. Сергей откинулся на сиденье.
— Знаете, мне кажется, что он и сейчас её любит. Только не хочет об этом разговаривать, совсем не хочет. Я даже имени её не знаю, — Аня зажмурилась. — Ну как же так? Два человека любят друг друга больше двадцати лет, но ни один из них даже не пытается найти и поговорить!
Они подъехали к дому, где жила Аня.
— А вы в каком подъезде живёте?
— Вот, в первом, на третьем этаже.
— Надо же. У нас визит на этой неделе сюда предвидится.
— Визит у вас?
— Ну да. Один человек взял у нас крупный кредит под залог квартиры, а отдавать не стал.
Вот дали ему ещё три дня, и потом квартира пойдёт с молотка. Аня наморщила лоб. Странно: на их площадке жили ещё две семьи — очень пожилые пары, такие приличные, вежливые... В висках вдруг застучало.
— Простите, а как зовут мужчину?
— Ну, вообще-то, это тайна. Не Олег? — Сергей внимательно посмотрел на неё. — Не хотите ли вы сказать, что вы с ним знакомы?
Аня вытерла слёзы, которые вдруг ручьём полились из глаз.
— Похоже, что это мой муж...
— Приплыли. А вы что же? Получается, ничего не знали?
Аня замотала головой.
— Мы всего четыре месяца женаты.
— Ясно. Свадьба — траты.
— Нет, свадьбу оплатила моя мама.
Сергей как-то странно посмотрел на неё.
— Послушайте, не расстраивайтесь так. Я завтра сделаю ему ещё отсрочку. Может, он ищет деньги, просто не хочет вас расстраивать... И не говорите, что что-то знаете.
Аня шла домой и никак не могла понять, что же происходит в её такой молодой семье. Хотя, может, у Олега просто что-то случилось, и он на самом деле не хочет её расстраивать. Она решила послушаться совета Сергея: ничего не говорить мужу, ничего не спрашивать.
В больнице, когда Аня пришла на работу, на неё смотрели как на диковинку. Она сначала молчала, потом не выдержала.
— Я не понимаю, почему все так смотрят на меня!
Алла Геннадьевна сразу ответила:
— Мы просто не понимаем, как тебе это удалось!
— Да что именно? Почему вы все такие загадочные?
— Этот твой пациент, Игорь Семёнович. Что с ним?
Анна так испугалась, что Алла Геннадьевна замахала руками.
— Да всё хорошо с ним! Ты чего так разволновалась? Просто сегодня он никого не послал, все назначенные процедуры выполнил и даже не отказался от массажа, который никогда не позволял делать. Только вздохнув, спросил: «Мой доктор назначил?» — «Если мой, то поехали».
Одна из молоденьких медсестёр спросила у Анны:
— Анна Игоревна, может, вы какое волшебное слово знаете?
Аня улыбнулась.
— Может, и знаю, Верочка, но тебе не скажу.
Верочка картинно вздохнула, а все вокруг рассмеялись. Девушка долгое время была объектом для анекдотов. Она, окончив учиться на медсестру, решила во что бы то ни стало выучиться на доктора.
Очень усердно готовилась, замучила всех своими вопросами, а перед самыми вступительными экзаменами так загнала себя, что в тот день, когда нужно было сдавать решающий, просто проспала и проснулась только к вечеру, когда мать с работы пришла.
Естественно, никто не счёл причину «проспала» уважительной, и поэтому поступление Верочки отложилось на год.
Аня остановилась на минуту перед дверью в палату. Игорь Семёнович лежал в платной, самой лучшей палате. Потом она толкнула дверь.
— Доброе утро.
Игорь Семёнович сидел в кровати с ноутбуком.
— О, мой доктор пришёл! Чем вы меня сегодня мучить будете?
Аня рассмеялась.
— Я что, похожа на мучителя?
— Ну, внешне, конечно, нет. А вот взгляд у вас тот ещё.
— Что вы такое говорите, Игорь Семёнович? Сейчас мы с вами съездим в один кабинет, и пока будут делать снимки, пойдём погуляем.
— А так можно? Разве у вас нет других пациентов?
— Нет, я вам больше скажу: теперь со мной и разговаривать боятся. Лишь бы я не передумала с вами заниматься. Я так всех достал, — он смотрел на неё виновато. — Ну, не то чтобы очень, но немного есть.
Они бродили в больничном парке, потом Аня присела на лавочку.
— Смотрите, как красиво. Совсем скоро наступит зима!
— Не понимаю, что красивого в сером небе и деревьях без зелени.
— А вы попробуйте понять. Представьте, что деревья засыпают, им будут сниться сны, что небо серое, потому что охраняет сон Земли от яркого солнышка. А вон, видите, муравьи. Они спешат, им нужно закончить приготовления к морозам. Жизнь никогда не засыпает. Жить нужно, даже если вокруг сплошная мгла.
Игорь Семёнович негромко ответил:
— А если жизнь окажется бессмысленной? Вот всё есть у человека, но кроме тоски, ничего внутри.
— Но ведь раньше смысл был?
— Был, да всплыл. Анна Игоревна, что-то прохладно.
Аня поняла, что дальнейшего разговора не получится. Игорь Семёнович пока был не готов. Она легко встала и покатила коляску к входу.
— А я всё-таки скажу: люди не рождаются просто так, чтобы бессмысленно прожить отведённые годы. Всегда человек рождён для чего-то. Но сами люди иногда теряются и не хотят искать то, в чём смысл.
Игорь промолчал, и Аня тоже не стала больше ничего говорить.
Она оставила пациента в палате и вернулась в кабинет. Никого не было — можно было спокойно посмотреть снимки.
Первый — всё идеально. Второй — тоже хорошо. Третий — то же самое. Но где-то же должна быть причина!
Аня открыла историю болезни, стала перечитывать перечень повреждений, лечение, операций.
Стоп.
Она вытащила маленький листок. «Всего три строчки: большой синяк в височной области головы рассосался сам». Вот это уже интересно! Аня подскочила и пошла к Игорю Семёновичу. Он удивлённо на неё посмотрел.
— Игорь Семёнович, я буду задавать вопросы, а вы мне, пожалуйста, отвечайте.
— Хорошо, попробую.
— Как часто у вас болит голова?
Он недоумённо посмотрел на неё.
— Откуда вы знаете, что у меня болит голова?
— Понятно, значит, часто. Боли сосредоточены в двух висках или только в правом?
— Анна Игоревна, откуда?..
Аня встала, подошла к нему, положила руки на голову. Если придётся переступить через своё обещание, то ради этого человека она переступит.
Аня стояла так минут пять. Руки налились тяжестью, а Игорь Семёнович просто уснул. Она накинула на него плед и вышла. «Мозг заблокировал функцию ходить. Как будто стёр из головы, как это нужно делать». Сейчас Аня точно знала: она заставит ходить Игоря Романова.
Дома её ждал неприятный сюрприз в виде выпившего Олега. Он лез целоваться, потом начинал плакать и жаловаться на судьбу.
Аня с самого детства терпеть не могла выпивших людей, а тут собственный муж. Кое-как уложив его спать, она закрылась на кухне и позвонила матери.
Та сразу поняла, что у Ани что-то не так. Пришлось рассказать про квартиру.
— Ах он гад! Он что, всё до копейки тебе отдаёт? Ему нечем платить?
— Мама, с самой свадьбы он денег дал один раз. И то потому, что я его об этом попросила.
— Ну, зятёк, ладно, мы с тобой что-нибудь придумаем. Не переживай там.
Утром Олег исчез раньше, чем Аня проснулась. Ну что же, может, человек решает проблемы, а она накинулась на него? Вообще, не говорит же ничего — значит, понимает, что делает.
Настроение с утра было никакое. Перед тем как войти в палату к Игорю Семёновичу, Аня постаралась взять себя в руки. Он сразу обернулся.
— Здравствуйте, Анна Игоревна. Скажите, что вы со мной сделали? Я помню, как отвечал на вопросы, а потом просыпаюсь — вечер. И ведь голова почти не болит.
— Здравствуйте, Игорь Семёнович. То ли ещё будет. Скоро мы с вами учиться ходить начнём.
— Учиться?
— Именно. Вы просто забыли, как это делается. Так что всё сначала. Вот только голову полечим.
Аня подошла к окну.
— Анечка, у вас что-то случилось?
— Нет, ну что вы, всё хорошо.
— У меня для вас есть подарок.
— Очень интересно, за какие заслуги! Вы простите, что я вас так называю, я при посторонних буду звать вас по имени-отчеству.
— Даже не знаю, как начать, чтобы вы не отказались. В общем, я богатый человек, а мой банк ещё богаче. В любом банке есть такой фонд на всякие непредвиденные расходы и форс-мажорные ситуации. Сегодня у меня был сын.
Вы уж простите его, но он мне всё рассказал про вашего мужа и квартиру. Мы немного подумали и решили сделать эту ситуацию форс-мажорной. Банк забрал квартиру у вашего мужа. Буквально час назад состоялась её продажа. Знаете, кто новый владелец квартиры?
Аня смотрела на него, не мигая.
— Вижу, что не знаете. Ну конечно, вы. И ещё этот подарок никакого отношения к тому, буду я ходить или нет, не имеет.
— Нет, я не могу. Зачем?
— Можете. Понимаете, если бы я ни разу не общался с вашим мужем, то, может быть, и вмешиваться не стал бы. А так я знаю, что он на самом деле из себя представляет. И я же не уговариваю вас бросить его. Это лично ваше право, но квартира теперь ваша. Такой человек, как вы, не должен думать, где он будет жить в случае чего.
Как же ей хотелось сказать:
«Спасибо, папа».
Но она понимала, что ещё совсем не время. Рано.
продолжение