Девушка смущённо улыбалась и пыталась отшучиваться:
— Вы просто слишком много внимания уделяете моей персоне. Я и раньше никогда не ходила с кислым лицом, всегда старалась находить позитивное даже в ненастном дне.
Всеобщего настроения не поддерживала только Валерия. Она в очередной раз потерпела крах в личной жизни и теперь откровенно завидовала семейному счастью подруги.
Однажды во время обеденного перерыва, который они по традиции проводили в кафе неподалёку, Лера даже сделала замечание:
— Зря ты, Катя, выставляешь напоказ свою благополучную жизнь.
Девушка удивилась:
— А мне, наоборот, всегда казалось, что счастливые люди излучают доброту. Лично я готова с любым поделиться.
— Как тебя понимать? Володю, что ли, своего в прокат сдашь?
— Лера, не ожидала от тебя таких слов. Если бы ты не была моей подругой, я бы точно на тебя обиделась. Иногда у меня создаётся впечатление, что ты не радуешься за меня. Или я тебе чем‑то обязана?
Катя чуть не заплакала от обиды, поэтому Лера попыталась исправить ситуацию:
— Ну чего ты сразу раскисла? Ты же знаешь, что я без злости говорю. Ну, язык у меня такой дурной — молотит всякую чушь. Не обижайся, Катюнь. Я же не в обиде на вас с Володей за несостоявшуюся свадьбу.
Напряжение было снято, и обе девушки заулыбались.
Уже в конце трапезы, когда опустели тарелки с десертом, Лера с какой‑то пронизывающей грустью спросила:
— Катя, а какое оно — счастье?
— Наверное, у каждого человека оно своё. Ты знаешь, недавно мне попался сборник стихов одной поэтессы. Короче, она войну пережила. Были в её жизни и любовь, и предательство. Одно её стихотворение меня поразило. Оно про счастье, которое эта женщина всю жизнь собирала по крупицам.
— Но таким способом много счастья не наберёшь. Хотя сказано очень красиво.
— Да, красиво. И правильно. Знаешь, Лера, мне бабушка много раз рассказывала про свою молодость. Ведь дедушка был без ноги, а она за него готова была горло перегрызть. Прости, я не очень удачно выразилась. Но, судя по рассказам моей любимой бабули, раньше ценился сам человек.
— И неважно, какие у него были физические недостатки. Главное — то, что внутри.
Валерия смотрела на Катю широко раскрытыми глазами:
— Ну ты даёшь, подружка! Тебе не в бухгалтерии сидеть, а лекции в каком‑нибудь гуманитарном вузе читать.
— А я скоро оставлю бухгалтерию.
— Что? Ещё один сюрприз? Володя тебе другую работу нашёл?
— Можно и так сказать. У нас скоро будет пополнение.
Эта новость застала Валерию врасплох. Она не успела к ней внутренне подготовиться, и на её симпатичном личике промелькнула недовольная гримаса. Но, быстро взяв себя в руки, девушка наигранно запричитала:
— Катька, я так рада за тебя… То есть за вас двоих. Конечно, столько счастья и в одни руки — от этого же можно и умом тронуться. Но если я пролетела с вашей свадьбой, где хотела засветиться в роли подружки невесты, то хоть в крёстные меня возьмите!
Катя ничего не стала обещать, увернувшись от прямого ответа дежурной фразой:
— Надо ещё родить, а уже потом думать обо всём остальном.
— Кстати, моя бабка говорила, что вообще нельзя даже одёжку для неродившегося ребёночка покупать. Очень плохая это примета.
— А мне кажется, что всё это ерунда. Дремучие поверья. Как говорится, чему быть, того не миновать. Лично я, когда буду готовиться к материнству, всё заранее приготовлю для малыша.
— Как я тебе сейчас завидую! Мне тоже хочется всего этого.
Чтобы успокоить подругу, Катя посоветовала:
— Всё у тебя обязательно будет. Тебе, Лера, просто надо немного изменить взгляды на жизнь. Журавль в небе выглядит привлекательней, потому что он высоко, а на расстоянии недостатки незаметны.
— Намёк поняла, но синица по твоей версии меня точно не устроит. Тебе легко рассуждать. Потому что твой Володя добился того, чего не удаётся другим. У него хорошая должность и зарплата соответствующая. Ты за ним как за стеной, а синица — это утопия. Тот, кто не смог подняться в небо, сам нуждается в помощи, а не в том, чтобы быть для кого‑то стенкой. Я не готова.
Катерина не имела привычки навязывать своё мнение другим. Она решила, что спорить с подругой о ценностях жизни не имеет смысла.
После этого разговора их дорожки стали расходиться в разные стороны. Катя стала избегать совместных обедов в кафешке, а Лера не настаивала.
Вскоре подругу повысили в должности. Свой профессиональный триумф Валерия решила отметить с размахом.
— Девчонки, по такому случаю я накрываю поляну! Место встречи — турбаза «Сосны», за городом. Прошу не опаздывать.
После раздачи указаний Валерия подошла к столу, за которым сидела Катя.
— Надеюсь, ты не отколешься от коллектива.
Но Катерина показала на свой живот:
— Куда мне с таким арбузом? Если бы ещё здесь, на месте, тогда я бы обязательно провела время в тёплой компании. А за город не поеду. Не хочу рисковать.
— Ну, как знаешь?
За месяц до декрета Катя почувствовала себя плохо: у неё сильно отекали ноги, на лице появились некрасивые пятна. Посовещавшись с мужем, она решила взять отпуск. С заявлением в руках она без стука вошла в начальственный кабинет.
— Лера, мне надо…
Валерия сверлила её недружелюбным взглядом:
— Во‑первых, не «Лера», а Валерия Леонидовна. А во‑вторых, культурные люди стучатся перед тем, как войти в кабинет руководителя. Что там у тебя?
Хотя свежеиспечённая начальница прекрасно видела, что Катерине трудно стоять, она даже не предложила ей стул. Напротив, она несколько минут изучала короткий текст — всего из двух строчек.
— Мне очень жаль, но я вынуждена тебе отказать. На носу годовой отчёт, сама понимаешь.
— Но мне всё равно меньше чем через месяц идти в декрет.
— Ну и пойдёшь на отдых, как положено, через месяц.
Катерина была уже у двери, когда услышала язвительное:
— Ну и как там у тебя со счастьем? Много насобирала зёрнышек? Поделиться не хочешь?
Катерина была поражена — скорее не словами, а интонацией, с которой подруга выплеснула на неё своё злорадство.
Но новая начальница решила продолжить:
— А теперь посмотри на себя и на меня. И ответь, кто из нас счастливей? На тебя же смотреть больно.
— Расплылась, как лягушка. А я в фаворе. Хорошая должность, зарплата, уважение. Немного освоюсь — и мужа найду.
Катерина почти физически ощутила, как последняя ниточка, соединяющая её с подругой, оборвалась.
Наверное, этот разрыв негативно отразился на её здоровье, потому что вечером того же дня она попала в больницу на сохранение.
Володя очень переживал за состояние супруги и будущего ребёнка, но врач заверил:
— Всё будет хорошо, особых поводов для волнения нет. Просто ваша жена немного перенервничала, но это пройдёт. Немного у нас отдохнёт — и через пару недель отправится домой.
Доктор не соврал. Действительно, вскоре Катерину выписали, а врач напоследок пошутил:
— Расстаёмся ненадолго. Набирайтесь сил — и снова к нам за малышом!
Оставшееся до родов время Катя усиленно готовилась к будущему материнству. Она перечитала много полезной литературы, но больше ей по душе пришлась книга известного американского педиатра Бенджамина Спока.
Когда Володя застал жену за чтением этого трактата, он удивился:
— Я вижу, ты уже вовсю готова. А мне можно изучить рекомендации? Как ни крути, я тоже хочу принимать самое активное участие.
— Я только за. На, держи.
Владимир взял книгу, но было заметно, что его мысли заняты чем‑то другим. Катя решила ему помочь:
— Дорогой, ты хотел меня о чём‑то спросить?
— Есть такое. Послушай, на днях я был на совещании в мэрии и чуть не лишился дара речи, когда увидел там твою подругу. Кажется, Валерию?
— Да, она самая. Но мы с ней больше не общаемся.
— Если не секрет, почему?
— Никакой тайны. Просто даже маленький кусочек власти очень сильно меняет человека.
— Понятно. Буду иметь в виду. А то я чуть не пригласил её к нам в гости.
— А почему ты мне ничего не говорила?
— Зачем? Володя, ты и сам, наверное, хотя бы раз в жизни сталкивался с ситуацией, когда понимал, что с каким‑то человеком тебе не по пути. Так и у нас с Лерой получилось. Наша дружба оказалась не дружбой, а мыльным пузырём. Но я нисколько не жалею, что мы расстались. Только привкус горечи остался.
— Это пройдёт. Тем более тебе больше не придётся возвращаться в твою бухгалтерию.
— Ты уже за меня всё решил?
— Нет, но я хочу тебе предложить сменить поле деятельности. Мы скоро открываем несколько филиалов, и нам потребуется расширять штат.
— Хорошо, милый. Я подумаю над твоим предложением. Но давай не будем загадывать наперёд.